Бестии
Шрифт:
Гуманизма не дождётесь. Здешние законы не защищают. Во всяком случае – не тех, кого должны.
Грёбаный двухмерный мир… Всё неправильно… всё через…
Та-ак. Пора двигать.
Машина едет следом. Со скоростью шага.
Стоп. Минуту назад она пролетела в противоположную сторону. Номер тот же. Наконец пригодилась шизофреническая привычка складывать цифры в номерах.
Значит, объехала два квартала. Раньше не повернуть.
Кому ж я так приглянулась? Богатенькому сыночку?
Ну, погоди…
Нейтральная полоса – широкий газон – через полсотни метров кончится. Поворот – и паркинг, совершенно голое место. Придётся выйти
Только не оглядываться.
Заставила руки опуститься, а пальцы – разжаться. Жаль, куртка без карманов. Будь нож в руке – было б спокойнее…
А мне и так спокойно. И ледяное спокойствие плавно готовится перейти во что-то иное. Забытое почти так же хорошо, как некогда было знакомо.
– Тебе и небо по плечу… 11
Ярость.
Одно движение со стороны врага – и вспыхнет тёмно-алым. Как фон постера в очередной витрине. Ну давай, родной. Выходи. Открой ротик и скажи: «Девушка, а можно с вами познакомиться?» Порву как рыбу – вот и польза. Глядишь, на душе прояснеет…
– … не хочу, не оставляй меня… 12
Успокойся. Раздраконилась с утра пораньше. Это уже мания преследования. Мало ли – может, не местный? Хочет дорогу спросить.
11
фрагмент из песни «Не оставляй меня, любимый», исп. группа «ВИА Гра»
12
фрагмент из песни «Не оставляй меня, любимый», исп. группа «ВИА Гра»
Щассс. Дорогу спрашивают на остановках. Это во-первых. А во-вторых, с чего буквально жжёт между лопаток? Странно, что не ниже, было б логичнее.
Тормознуть, что ли, маршрутку?
Не-ет, это успеется. Сперва позабавлюсь.
Отражение в витрине встало секундой позже.
Нет. Это не мания. Это преследование.
Но кто? Уж не Шахов ли?
Да откуда у него такая тачка-то? Он не из тех, что у своей же фирмы воруют. Чего-чего – а этого не отнять.
Дверь справа от водителя открылась.
Но разглядеть фигуру в проёме помешал сильный толчок в плечо.
Пьяненький мужик – хорошо за полтинник.
И что вас разбирает, хотела б я знать… Ваш, что ль, праздник?
Зато – повод оглядеться. Сейчас обернусь – вроде как возмутиться – и…
– Девушка, вас подвезти?
Так может звучать лишь один голос.
Из распахнутой двери «бэхи» улыбается Тиг.
Ни слов. Ни сил двинуться. Лишь из задохнувшегося горла – из самой души – вырвалось недопетое:
– … любимый… 13
Невозможно.
Глюк. От голода, недосыпа… не знаю, точно глюк!
Но… вот же он, смотрит трёхцветными глазищами. Словно солнце прожгло тучи и слетело на серую
улицу – чтоб и здесь осветить все. Человек-праздник. И появляется-то по праздникам.(я усматриваю в этом тенденцию)
Мозг, холодный, язвительный, вновь заработал на полную мощность. Но язык лишь шевельнулся:
13
фрагмент из песни «Не оставляй меня, любимый», исп. группа «ВИА Гра»
– А… э…
Тиг молча отодвинулся в глубь машины.
Прыжок – сквозь окаймляющие газон кусты. Ветки безжалостно хлестнули по коленям, от десятка дырок в колготках брызнули «стрелки».
Дверь захлопнулась уже на ходу.
– Рвём, пока менты не засекли.
– Нарушаем?
– По-чёрному. Всё ради тебя.
Быстрый, ёмкий взгляд.
– Классно выглядишь.
– Неужто узнал?
– Не сразу, если честно… Вот зараза, что ж ты встал поперёк… Еду – и вдруг… словно толкнуло что-то. Будто что-то пропустил. Дай, думаю, вернусь. Гляжу – та-акая красотка топает.
– Девочку снять захотел – так и скажи. Все вы, мужики, сволочи. Небось, давно забыл, что я в природе есть…
– Не преуменьшай своих способностей – ровным голосом сказал Тиг, глаза держат дорогу, – комплименты и так получишь в неограниченном количестве…
– Подлый льстец.
– Ничего подобного. Просто не привык тебя в таких одёжках видеть.
– Теперь только такие.
Всё, что напоминало об офисе, в первую же неделю безработной жизни отправилось в помойку. Это был реально ка-айф…
– И причёска новая. Но вот ножки… Таких ни у кого на свете нет.
– Правда?
– Серьёзно. Не видел.
– Ну, раз говорит искушённый столичный мужчина… столичный?
– Пока да.
– Надолго к нам?
– На недельку. Переговоры.
– Кого представляешь?
– Себя хорошего. Фирма по… ах ты!
На дорогу выметнулась шальная детвора – чуть не прямо под колёса. Тиг резко вывернул руль. На прежней скорости машина обогнула детей – опередив даже сигнал.
– Ну, народ… Фирму я открыл. «Рэндомайз Интрейд».
– Давно приехал?
– Да только из гостиницы. И тут – ты. Первый знакомый человек. Хорошая примета. Теперь у меня точно всё получится.
– Твоя машина?
– Не-а, я ж самолётом. Друг в Темноречке одолжил. Нравится?
– Ага. Везёт тебе на «бэхи», я смотрю.
Хитро прищурился.
– Спешишь?
– Да нет.
– Поехали на трассу. Надо ж зверя обкатать. А то он злой, резкий…
– Тебя слушается.
– Да уж.
– А где та, шестая?
– Продали за долги, я слышал. Ещё осенью.
– Так она служебная?!
– Ну да.
Обнищали, бедолажки…
Знала б – выкупила. Кредит бы взяла. Хоть пожизненный…
– Да откуда там кабриолет-то? Сплошь седаны бэушные…
– Приступ безумия у Суханова.
– Любишь кататься – люби и самочек возить?
Лёгкая улыбка.
– Типа того. Не дурак был насчёт этого…
– Как ты?
– Ну… Его дирекция знаешь как звала?
– Как?
– Маэстро.
– В смысле – кобеляжа?
– Ну.
Суханов мне нравился. Но не настолько, чтоб решить, что – хочу. Взаимно. И – по ощущениям – не тянул на «кобелино», не тянул… Холодноглазый, утончённый, сдержанный, как английский лорд. Оно, конечно, в таких болотах самые черти и водятся… но огонь – хоть горящий, хоть тлеющий – ни под какой наледью не скрыть. Я б учуяла.