Бестии
Шрифт:
– Я…
– Да я рада была и счастлива, что ты уехал! Чтоб драться, за тебя не опасаясь…
Его руки сжали меня так, что стало больно.
– Что-о?! С ней воевать? В одиночку?!
– Не привыкать. Не такая уж я беспомощная, да будет тебе известно. Пусти, рёбра сломаешь.
– И думать не смей! Это должны делать специалисты!
– И где их взять? Что б ты понимал, а…
– Тоже мне, изгоняющая дьявола!
– Я сказала – прекрати меня душить. Деспот, блин!
– Прости. Но тебе нельзя вме…
– Ещё не понял? Мы в одной лодке. Смотри.
Он
– Убедился? И ведь не везде. Только в закрытом пространстве.
– Почему?
– Классика жанра. Хочешь сделать замеры в помещении – не проветривай. А у нас – до того, как ты покурить решил – закрыто было наглухо. Не считая того, что на скорости окно…
Дальше объяснять не пришлось.
Ахнув, ударил по кнопкам. Окна открылись до упора. Дверь отлетела.
Словно не чувствуя, как ледяные капли косого дождя оседают на голой спине, медленно повернулся ко мне.
– Под колпаком…
– Оба.
– Так вот почему я… Господи, мы же разбиться могли! Ты знала?
– Нет. Но было ясно – что-то не так.
– Просто хотел тебя прокатить с ветерком. Но после старта…
Замолк. Ладони с силой трут лицо. Будто умывается. Ещё бы. Меня тоже тянет – если б не макияж.
– Ты почувствовал, что хочешь гнать быстрее и быстрее, так? Что хочешь чего-то добиться… от меня или… Так на тебя не похоже…
– Господи, да нет, конечно! Просто я… я вдруг захотел, чтоб ты испугалась, начала просить остановиться. Только это в голове и было… Но как увидел, что ты делаешь… Решил – прыгнуть хочешь. Сам перепугался насмерть.
– Да не собиралась я! Просто задыхалась. Будто кровь забирали. Руки не слушались. Отнялись почти.
– Может, нервное?
– Вряд ли. Да и не до того стало. Надо ж было тебя в чувство приводить.
Смешок.
– Да уж… Классно получилось. Но по-настоящему я опомнился, когда твою кровь увидел. Это тоже… ну, чтоб меня в чувство привести?
– Ты что!
(а странно, что сама не додумалась)
– Тебя я уж точно поранить не хотела. Я нечаянно. Извини.
– Да ну, ерунда какая… Кстати, твоё-то как ранение?
– Норма…
Ощущение неприятной влажности. И, похоже, давно.
На сиденье лужица крови шириной с ладонь. Липкая, уже схватывается. А ранка – подсохшая.
Перевернула руку Тига ладонью вверх.
Аналогично. Подсохшая струйка крови обрывается в паре сантиметров ниже запястья.
Пять минут сквозняка – и…
– Всё ясно. Как с фотками. Надо было раньше догадаться. Как тогда, в офисе…
Точно б кровью истекла. Или захлебнулась. Если б не Нат…
Мороз по хребту. От воспоминаний передёрнулась.
Тиг – тоже. Прикусил губу.
– Я виноват. Втянул тебя…
– Сама влезла. Она там за полгода до тебя была. Самое меньшее. И сразу поняла, что я её засекла.
– А я-то думал – это против меня.
– Ещё чего не хватало. И прекрати самоедство. Я сама решаю. У тебя и опыта
нет, чтоб мне указывать.Тиг сплёл руки на груди.
– А у тебя?
Я легко выдержала взгляд.
– Я всю жизнь в этом.
– В чём?
– Веришь в душу?
– Переселение душ, хождения вне тела… ух ты! Это, да?
– Всё из одной оперы. Есть душа – есть и остальное. Так веришь?
Пауза.
– Хочу верить. Только не верю глупостям, что об этом пишут.
– И правильно. На деле всё не так.
Глаза сверкнули.
– Помнишь прошлые жизни? Хоть одну?
– Две. Довольно хорошо.
(в одной из которых был ты… почти наверняка… по-другому не объяснить)
(но даже и помнить незачем)
(я же и так люблю тебя)
(больше жизни)
(а помнить – это как расщепление)
(один раз такое уже случилось)
(очень давно… боже, как же давно…)
– Обалдеть… А вне тела?
– Всего хватало. Но я думала – кончилось. Ведь столько лет уже – и ничего… ремиссия…
– Так ты и в прошлой жизни здесь жила?
– Нет. Просто везёт мне на людей и события, да ещё город такой… Меридианы и параллели знаешь?
– Ну.
– Земной шар опоясывают силовые линии. По тому же принципу. Только их больше. Намного. И рисунок сложней. Кстати, ближайшие как раз здесь где-то в полях и пересекаются. Узловая точка. Супергеопатогенная зона.
– Так вот почему мне здесь нравится!
– Ага. Здоровская у тебя интуиция, я скажу… Но жить рядом нельзя. Только приезжать – питаться. И то не всем подходит.
– Но ведь полсотни километров до города! Что до вашего, что до…
– Так это не много. Но аномалии только у нас. В Воздвиженске норма.
– Почему?
– Сравни: мячик, что закатился в угол – и мячик, что лежит на улице через стенку, пусть на стыке того же угла. Второй всеми ветрами обдувает, а первый трёмя плоскостями окружён. Надо ж было место выбрать… У нас знаешь какая статистика по полтергейстам, геопатогенкам и т.д.? А радиоактивные отвалы? Одна шарага сколько сбрасывает – и не она одна. Мы ж центр краевой промышленности. А в Отечественную такие бои шли… Полгорода – на немецких могилах братских. Особенно новостройки. Про высоковольтные линии вообще молчу. Короче – зашибись местечко. Что угодно может случиться.
– Обалдеть. А чего не переедешь?
– В Москву вашу? Всем помойкам помойка! Да ещё со всей страны шушера слетается. У нас хоть нарков и скинов на квадратный метр поменьше… И вообще. Свой город ни на что не променяю. С каждым камушком история связана.
– Расскажешь?
– В полгода не уложимся. Тебе своих проблем хватает.
Но о твари пришлось поведать. В подробностях.
И рада б говорить спокойно, но совладала лишь с голосом. Бьёт озноб. Руки «смеются», ладони мокрые, в горле сухо. Сама не заметила, как на полном автопилоте стала ожесточённо грызть цепочку Тига – благо длина позволяет (особенно если прижаться). А он словно не слышит, что цепочка врезалась в шею. Слушает молча – бледный, пришибленный. Глаза – как у ребёнка на фильме ужасов.