Бестолочь

Ничего, расслабься,

вытри стан!

Что у вас в глазах?

Это соль, да?

Какой, однако же горячий вы,

Тристан!

И изо льда ваша

Изольда!

Вы стихотворец,

и поэтому прёт

Из вас целая

тонна боли.

Всевышний подумает

и поэтом упрёт

Стены двухсотграммовой

люболи.

11.11.2002.

Жертвоприношение

Она вылетает в окно каждый вечер,

Взмывает в мясистую пыль-синеву.

Потуже крыла закрепляет, на плечи

Взвалив гору праздности. Путь ей намечен.

Уносит её за Неву.

Она возвращается с огненно-красным

Восходом и падает на руки мне.

И полуживую её я напрасно

Кладу, подложив ей под голову грязных,

Затасканных пару камней.

Уставший, бинтую ей свежие раны,

Срывая с себя килограммы одежд.

Хотя и жива она – мыть ещё рано –

Я мою, свои же набрав из-под крана

Нелепые слёзы надежд.

Я высосал пыль из её рваных лёгких,

Набив себя грязью безумства её

Ночного полёта и радостей многих.

Мой выход сегодня опять не из лёгких –

Покончить с собой за неё.

01.02.03.

Jazz

Ольге Шашкиной

Слизью моих проспиртованных песен

В руки мне льётся бокал наваждения –

Вновь на губах сладко-кислая плесень

Вкуса безудержного наслаждения…

Jazz! Мои пальцы трясутся, сжимая

Стёкла. Ломают, и красные полосы

Вниз зажурчали – играет живая,

Тонкая, звучная лирика голоса.

Вечной весной в одиночной мне камере,

Плача погибнуть, в любовь свою веруя,

Мне напророчили песни. И камни мне

Снова стремятся в глаза. Свою меру я

Знаю и чувствую –

это конец.

8.03.2003.

Осень

Осень.

Волшебная пора

Опять все оставляет без ответа.

Лето.

Древесная кора

И сумерки. И сумерки без сна.

Весна.

И свежие деревья.

И снова безответна и нема

Зима.

Спокоен и не в гневе я.

Листвой с утра опять меня заносит

Осень.

Волшебная пора…

 6.09.2007.

Завтра выпадет снег

Ужасно скверно…

Стелется туманом

Пожар, наверно,

За пределом зрения

Пылает осень

Дымчатым обманом.

Ко мне приносит

Облако прозрения.

Презрение!

В осеннем танце

Кружится торнадо.

В потертом ранце

Я таскаю месяцы.

Портвейн с хандрою –

Это то, что надо.

Гнилой порою

Время во мне бесится.

Поднебесица!!!

Загорелись фары

Лиры и кифары!

Октябрь ублюдок!

Влились в желудок

С горечью соды

Аэды и рапсоды!

Хандра пропала!

Несу куда попало

Осеннюю околесицу.

Поднебесица!

Поднебесица!!!

Поднебесица…

7.10.2003

Художник

Уставшим от сумки с палитрой, плечом

Я дверь отворил машинально и просто.

С собою опять поболтал ни о чём

И лёг на холодную простынь.

Замёрзнув, с трудом своё тело поднял.

Прошаркал на кухню, холодный, измятый.

Ещё не унюхав, что ждёт западня,

Согрел себя чаем из мяты.

Почувствовав счастье и гордость щетин,

В тепле, у камина зажёг сигарету.

И, вдруг, себя жизни царём ощутил.

«Карету мне, типа, карету!»

Внезапно, сорвало с руки тормоза.

В картон полетели игривые пятна –

И вправо и влево, вперёд и назад…

Картина пока не понятна.

Мольберт раскалился, творят виражи

Потёртые, верные много лет, кисти.

И вот, на столе, будто вечность лежит

Шедевром испорченный листик.

И снова покой… И опять не король.

И снова один. Сижу в кресле-качалке,

Исполнив последнюю главную роль…

Художник умрет.

И не жалко.

1.11.2003

Отцу

Застенчивой улыбки свет даря,

По-прежнему со мною каждый миг ты делишь.

Во сне со мною часто говоря,

По-прежнему в меня безудержно ты веришь.

С одним отцовским словом «хорошо»

В сравненье не идут все льстивые подвохи.

Что значат клады все, что ты нашёл,

С одной всего отцовской фразой: «Это плохо»!

Я горд, что я похож. Я – сын Петра!

Сын Человека Настоящего! Но это