Без чувств
Шрифт:
— Нет, — быстро ответил герцог.
— Тогда, развлеки лучше Её величество, а мы с твоей подопечной просто побеседуем, — повинуясь движению бровей супруга, императрица отложила приборы и покосилась на Д*Арси.
Тот немедленно подскочил и отодвинул стул, помогая женщине встать.
— Пойдемте к камину, — проговорила Её величество, — пусть нам туда подадут чай. О, вы уже пробовали этот восхитительный напиток? Его совсем недавно привезли из далёкой страны. Необычный вкус, очень бодрит!
Стефан с тревогой обернулся на девушку, но делать было нечего — предложил руку императрице и повёл её к креслам у камина.
— Итак,
Лина подумала, как ответить. Врать или писать правду? Кто его знает, может быть, у императора есть не только амулет, рассеивающий иллюзии, но и что-нибудь, помогающее отличать правду от лжи? В любом случае, она пришла сюда под своим именем, и Его величество видит её настоящую. То, что герцог считает её временной заменой, ничего не значит.
Лина вздохнула, пододвинула табличку и написала.
«Сложно сказать. Его Светлость не хотел мне навредить, но он меня напугал»
— Что именно он вам сказал? Чем пригрозил?
«Я — не вещь! Поклялась перед Единым, что выйду замуж только за того, кто полюбит меня, и кого полюблю я сама. Не хочу жить в заточении, не имея возможности ни с кем общаться. Герцогу от меня нужен только наследник, я его не интересую, поэтому он требует полного подчинения и не желает считаться с моим мнением».
— Но, так живут все семьи! — удивился император. — Разве ваш отец не руководит вашей матерью? Не решает единолично все семейные вопросы? Вы мне показались разумной девушкой, откуда в вашей голове глупые идеи?
«У моей матери, как оказалось, всегда под рукой баночка мази, избавляющей от синяков. Я не хочу жить также!»
— Разве, Его светлость угрожал вам наставить синяки? — уточнил мужчина.
«Он не угрожал, он наставил».
— Вот, как? Что ж, это меняет дело. Тогда я понимаю ваши опасения: если мужчина, не будучи мужем, уже распускает руки, мало какая девушка захочет ему довериться. Я поговорю с племянником.
Лина в ужасе замотала головой, чувствуя, как на глазах выступили слезы, затем схватила стило и торопливо написала.
«Не надо! Пожалуйста! Он обещал сделать страшные вещи, если я его расстрою. Конечно, потом вы его накажете, но мне уже будет всё рано — своё наказание я получу в полной мере».
Император откинулся на спинку стула, внимательно вглядываясь в лицо девушки.
— Хорошо, — решил он, — я ничего не скажу Стефану, но буду за ним приглядывать. Вы, точно, не хотите за него замуж?
Лина отчаянно закивала головой.
— Жаль, вы мне нравитесь, и из вас получилась бы отличная пара. Тогда вы должны знать, что власть Его Светлости ограничена тремя неделями. Или чуть больше. Иными словами, он должен в течение месяца со дня подписания договора или жениться на вас сам, или выдать за кого-то другого. В противном случае, вы переходите под мою опеку. Вы — красивая девушка, с сильным даром, претендентов на вашу руку будет масса, и я, если вы устоите перед напором Стефана, дам вам возможность самой сделать выбор, когда вы станете мой подопечной.
Аэлина, в ошеломлении, посмотрела на
императора.«Зачем вам это?»
— Моему племяннику давно пора понять, что не весь мир вертится вокруг него. Вы — редкий бриллиант. Если герцог настолько глуп и самоуверен, что позволит вам избежать брака с ним, то так ему и надо! Мы с Её величеством с удовольствием понаблюдаем, как Стефан будет крутиться. Информация о трёх неделях, которой я с вами поделился, должна остаться в тайне. Пусть Его Светлость считает, что вы не в курсе, насколько он ограничен во времени. Так, ещё — навредить вам он не может. Может угрожать, обещать, стращать, но ни малейшего вреда причинить не имеет права.
«А, мои синяки?»
— Каким образом это случилось?
«Его Светлость крепко взял меня за подбородок и держал, больно сжимая, когда выговаривал, что мне будет, если я проявлю неповиновение».
— Ясно. Эти синяки — случайность, герцог не рассчитал силу. Но я приму меры. Ничего не бойтесь! Ах, да — история с настойками — правда?
Лина покачала головой и густо покраснела.
— Ясно, племянник решил обезопасить себя, боится, что вы скажете лишнего, и запретил вам говорить. Что ж, еще один минус в его сторону, — император наклонился и похлопал по руке девушки. — Слушайте меня, не возражайте и не удивляйтесь, чтобы ни услышали.
Лина вздохнула — мало ей руководства Огаста, теперь ещё один нарисовался. И этому, точно, не откажешь! Интересно, как герцог с другом будут выкручиваться?
— Стефан, я соскучился по моей дорогой Амидане, возвращайтесь сюда! — позвал император.
— Может быть, лучше вы перейдете к камину? — подала голос императрица. — Здесь очень уютно и вкусно.
— О, тогда мы идем к вам! — Император встал и предложил руку Лине.
Императрица и магистр уютно расположились в креслах, придвинутых к мерцающему камину, и прихлебывали какой-то напиток из чашек, ведя неторопливую беседу. При приближении к ним Его величества с Аэлиной, герцог встал и одарил девушку цепким взглядом. Внутренне она опять похолодела — что, если она просчиталась, ответив правдиво на вопросы императора, вдруг, дядя и племянник заодно? Тогда ей, точно, не жить…
— Стефан, прекрати прожигать Аэлину, лучше предложи девушке пирожное, — невозмутимо проговорил император, показывая, что можно садиться.
— Допрос прошел успешно? — добродушно спросила Её величество. — Милая, мой супруг не напугал вас?
Лина отрицательно качнула головой и благодарно улыбнулась, принимая из рук герцога чашку с темно-красным горячим напитком.
Как императрица говорила? Чай? Интересно, что за штука?
Запах приятный, свежий и немного терпкий. А вкус?
Лина осторожно отхлебнула немножко.
Вкусно!
— Попробуйте с пирожным! — предложила Амидана. — Если, откусить кусочек, прожевать и запить чаем — вкус просто необыкновенный!
Аэлина проделала всё, что посоветовала императрица и довольно закивала — восхитительно!
— Ну-с, пока женщины обмениваются впечатлениями от напитка, — заговорил Его величество, придвигаясь ближе к магистру, — я предлагаю поговорить о насущных делах. Мне понравилась твоя подопечная. Девочка умна, воспитана, красива. Нельзя запирать её в четырех стенах.