Библиотека

Самое смешное, что я абсолютно не вру. Более пяти лет я шутом при нашем губернаторе, пережил с ним очередную выборную компанию, две официальные проверки, громкое дело о коррупции и шесть (нет, уже семь) выносов моего тела из его дома.

– Нет, ну надо же, - восхищению охранника нет предела, - А-то думал, сейчас нет такого.

Наивный. Что изменилось? Название строя? И что? Забавы людей, власть предержащих неизменны. И шуты у их престола, как и в старое время, тоже имеются. Разве что в тарифной сетке такая профессия как шут сейчас отсутствует. Вот клоун есть. Но клоун в цирке и для всех. А шут для одного.

– Хочешь сказать, что царей сейчас нет?
– специально для него картинно изумляюсь, - Да их больше чем до революции. Только корон они не носят. А возможностей у них побольше, чем у былых королей.

– И в чём заключается твоя работа?
– любопытствует охранник.

Уже на "ты". Удивляться нечему, кругом одни начальники и тузы, их жёны и любовницы, тоже слова не скажи, а тут шут, клоун, скоморох, прислуга, одним словом. С этим можно и запанибрата. Обидеться на него? Или всё же не стоит обижаться на деревенщину? Разъясняю:

– Моя работа - не давать скучать нашему губернатору. Потому как уныние - один из смертных грехов.

Сомневаюсь, что он слышал о смертных грехах. Хотя, чего это я наговариваю? Чай не в пустыне живём. Если не читал, уж в кино о них слышал. Но, бьюсь об заклад, все семь смертных грехов он не перечислит. Точно, в глазах не мысли об истине и вечном, а бытовая зависть:

– И это всё?

Его можно понять: чужая работа завсегда пустяк. И этих иллюзий ничем не разрушить. Пусть завидует, коли потребность имеется. Можно и стимульнуть её, чтоб завидовалось ярче.

– От обжорства и жадности пусть его другие спасают, - говорю, - А я уж как-нибудь с унынием поборюсь. Ну, иногда и с гордыней. За что и огребаю.

И опять мои последние слова остались без внимания.

– И что, прям так и можно устроиться шутом к губернатору?

Непосредственность собеседника даже радует. С таким не скучно время коротать. Киваю:

– Ага. Приходишь в кадры, отдаёшь резюме. Потом проверки, как полагается, самого, родственников, сидел кто или находился в оккупации. С этим строго. Где большие люди, там секретность большая. Сам понимаешь.

Охранник кивает головой, а я "гоню" дальше:

– Если всё нормально, назначают собеседование. А дальше сам уж не плошай.

За этим следует минутная пауза переваривания моего бреда, после громкое "А-а-а!" и потрясание пальцем в мою сторону. Нет, ну а как он хотел? Правду только дураки лепят. Это мне ещё губернатор сказал в нашу первую встречу.

– Вам ли не знать, - согласился тогда я.

– Это точно, - усмехнулся губернатор, - С правдой во все времена плохо было.

– Ну, как-то ты попал к нему?!
– продолжает любопытствовать охранник, закончив свою пантомиму под названием "Озарение".

– Попал, - строю гримасу серьёзной задумчивости, - Встретил случайно.... В туалете.

Тут я не вру и ловлю себя на мысли, что это единственный позитив от правды за последнее время. Ею я не разрушаю мечту этого человека, олицетворяющего собой среднестатистического гражданина. Моё появление в свите губернатора должно быть случайным. Только так. Заикнись я о блате - конец сказке. Потому как из грязи в князи иначе как случайным или лихим образом не попасть. "От забот праведных не наживёшь палат каменных", - говаривал мой дед. Я давно согласился с ним. Мы - азиатчина, у нас по-другому не бывает.

– Где?
– округляет глаза охранник, - В туалете?

– Нет, блин, - не выдерживаю я, - С губернатором мы столкнулись в очереди в "Магните". Разговорились, то да сё и так далее.

Неподдельный интерес в глазах собеседника неотвратимо угасает. Я почти физически ощущаю, как намертво впечатываюсь в его сознание безнадёжным балабоном. А что я такого сказал? Про туалет? Не так уж чудовищна эта правда, чтобы сразу не верить в неё. Ведь если подумать, где ещё можно встретить губернатора просто так, как не в туалете?

В тот судьбоносный день, меня, журналиста уездной газетёнки, сослали в мэрию на встречу с губернатором. Сиятельный чего-то вдруг вознамерился посетить наш несчастный городок. В мою задачу входило тихонько отсидеть официальную часть где-нибудь в последних рядах, а затем сляпать передовицу из дежурных фраз.

Отправляя меня на встречу, главред строго-настрого предупредил:

– Не вздумай задавать глупых вопросов. Вообще не задавай.

– Само собой, - чистосердечно заверил я начальника.

Мне сейчас только наболевшие вопросы озвучивать.

– И никакого пива!
– прокричал мне вслед главред.

Ага, слушаться его. Из недельного запоя на леденцах не выкарабкаешься. Пивком, плавненько так пивком, без надрыва. Обычно я в затяжную с Бахусом не яшкаюсь. С такими дружками здоровье надо иметь лошадиное. В последний раз со мной такое случалось, когда я разводился. Главред - умница, мужик, сам проходил через это. Сейчас повод был не менее серьёзный - врачи прибили меня диагнозом "рак лёгких". Везение наоборот. Жизнь - вообще лотерея: кто-то выиграл, кто-то в холостую поиграл. Миллиарды людей курят и лишь мне выпал билет "скоро сдохнешь". Как тут не залить новость коньяком-вином-водкой? К концу недели главред устал от меня, а я от пьянки и по совокупности интересов его, моих, а также пива, я очутился в туалете мэрии. Туда же с дороги заскочил и наш губернатор. Для влиятельных людей, оказывается, ничто человеческое тоже не чуждо.

Короче, стоим мы рядышком перед фаянсовыми "изваяниями", а я вдруг и брякни:

– Наверное, это единственное место, где мы на равных.

Губернатор с таким лицом, словно с ним заговорил писсуар, посмотрел на меня:

– Серьёзно?

Меня вдруг понесло:

– А разве - нет?
– пауза, - Если только Вы не одаряете это фаянсовое чудо золотом. Простите, мне отсюда не видно.

Губернатор рассмеялся:

– Ты откуда такой взялся, юморист?

– Пришёл на встречу с умным человеком из области. Только боюсь, не увижу его.

– Это почему?
– спросил губернатор, переходя к умывальнику.

Я следом:

– А он сейчас шагнёт за дверь, наденет казённую маску, за которой человека уже не разглядишь.

– Так уж не разглядишь?

– Увы, - картинно поджимаю губы, словно сокрушаюсь.

Собеседник наблюдает за моими гримасами. Мы стоим перед большим зеркалом и видим друг друга.

– Костюм, маска, слова - всё согласно статусу, - поясняю я, - Это обязаловка, как постылая жена к достойному приданному.