Бомбардир
Шрифт:
– Ваш чай!
– Нет, благодарю. И желаю всяческих удач…
Вежливый Омельченко мне не понравился. Хотя причем тут он? Злился я, в первую очередь, на себя. Притащиться за столько сотен километров в полной уверенности, что цель выбрана верно, и уткнуться лбом в стену!
Смысла оставаться в Днепропетровске не было абсолютно. Но и возвращаться в Киев – значит признать поражение. Эйфория, спешка, а в результате – вояж в никуда.
В уличном киоске мне нацедили жидковатого кофе, и пока я его прихлебывал, пытаясь избавиться от привкуса «академического» пойла, голова моя гудела, как потревоженный
Я скомкал опустевший стаканчик и торопливо зашагал в сторону гостиницы. Там я собрал свой нехитрый скарб и в таком же темпе понесся на автовокзал.
Мне повезло – маршрутки в Марганец отправлялись каждые полчаса, и до ближайшей оставалось всего несколько минут.
Я ехал туда, где родился и вырос Сережа Гайдук.
Сто двадцать километров, два часа езды. На этот раз я не позволил себе расслабиться – всю дорогу пережевывал пресную информационную жвачку, содержавшуюся в распечатках. Ничего другого там не нашлось. К тому же покрытие на дорогах Днепропетровщины больше всего походило на поверхность стиральной доски – если кто еще помнит это устройство, вышедшее из употребления, а амортизаторы у «Богдана» сами знаете какие.
В Марганце, выгрузившись на площадке перед автостанцией, я первым делом огляделся. Что тут скажешь? Типичный промышленный городок юго-востока – из тех, в которых с развалом СССР и началом тогдашней депрессии всякая эволюция замерла. Несмотря на то что стоит он на крупнейшем в мире месторождении марганцевой руды, то есть на несметных сокровищах, ничего общего с Катаром и Эмиратами. Ни одного нового здания, никаких стройплощадок. Городок просто переваривал сам себя, а все его сорок с лишним тысяч населения ютились в закопченных «хрущобах», стоявших вперемешку с двухэтажками, построенными еще немецкими военнопленными. Дальше – частный сектор, и тот не в лучшем состоянии.
Автостанция и ее окрестности выглядели вылинявшими, обшарпанными и грязными. Первые этажи блочной застройки превращены в кафешки, магазинчики, отделения банков, парикмахерские салоны. Необычное множество нотариальных контор и бюро ритуальных услуг, многие из них – в тесном соседстве. Кричащих цветов вывески из дешевого пластика, какая-то дилетантская реклама.
Погода, подумал я. Все та же серость и сырость. Со стороны водохранилища наползает туман. В сущности, каждый провинциальный городок в ту или иную пору года может выглядеть вполне симпатичным, но этот буквально создан для поздней осени.
Пройдя совсем немного, я оказался на центральной площади. И снова странное ощущение: будто пересек временной портал, ведущий в прошлое. В детстве мне доводилось дважды в год бывать у маминого брата, моего дяди, в ровно таком же городке на Донбассе. И площадь выглядела точь-в-точь, как эта.
В центре высился гранитный постамент с надписью «В. И. Ленин»», правда, не все буквы уцелели. Скульптура отсутствовала – «ленинопад», недавно пронесшийся по Украине, заглянул и сюда. Однако название местного стадиона уцелело – само собой, он носил то же имя. Вход с помпезным ионическим портиком торчал прямо напротив осиротевшего постамента.
От остановки тем временем отчалил дряхлый ПАЗик, чадя и заваливаясь на одну сторону, следом подкатил желтый городской «Богдан». Фонарный столб по соседству неряшливо оброс объявлениями. Я пригляделся –
на одном из самых свежих стояло: «Сдается посуточно».Я набрал указанный номер, и через полчаса за двести гривен снял хоромы с видом на все тот же пьедестал, некогда принадлежавший Ильичу.
Хозяйкой оказалась плотно сбитая усатая дама примерно моей весовой категории, но на две головы меньше ростом. Вследствие такой комплекции ей не всегда удавалось с ходу протиснуться в дверь, и она, словно мяч в воротах, пару раз рикошетила от косяка к косяку, и только после этого оказывалась в комнате. Никакого радушия – принят я был крайне сурово.
– Паспорт с собой? – первым делом осведомилась она, обшаривая меня мрачным взглядом из-под густейших бровей.
– Само собой, – я протянул документ. – А у вас?
– И у меня…
– Ну, тогда хоть прямо сейчас в загс.
В ответ – возмущенное сопение.
– Я замужем! И предупреждаю: в доме не пить, не курить. Оплата – минимум за двое суток. Еще сто гривен – залог на случай, если что-то испортите. Все ясно?
– Так точно.
– Вы надолго к нам?
– Пока на два дня. Если понадобится, можно будет продлить?
– Там будет видно. Желающих много.
Я ухмыльнулся про себя. Не похоже, чтобы по городу шатались толпы приезжих в поисках жилья.
Впрочем, все это не имело значения, потому что комната оказалась светлой и чистой, а постельное белье свежим.
– Не подскажете, сколько в Марганце школ? – спросил я перед тем, как распрощаться с хозяйкой.
Та покосилась подозрительно, но все-таки ответила:
– Обычных – десять.
– А что, есть и необычные? Вроде Хогвартса?
Женщина почему-то обиделась.
– Да ничего подобного! Есть еще музыкальная, пара интернатов и вечерняя.
– Спасибо! Удачного вам дня!
В общем, что-то в этом роде я и предполагал. И что теперь – обходить все эти школы одну за другой? Для этого потребуется масса времени, и не факт, что будет результат.
Действовать следовало иначе. Я запер дверь, спустился на улицу, пересек площадь и оказался под колоннами у входа на стадион. На поле шла тренировка какой-то местной команды. Игроки без экипировки, двигаются лениво. Тренер – пожилой, с топорно вылепленным лицом, смахивающим на шишковатую картофелину, поминутно свистел и орал на своих подопечных, приправляя указания матерком.
Вмешиваться в процесс я не стал, тем более, что зацепился взглядом за парнишку лет десяти, который с самым серьезным видом наблюдал за тренировкой, а когда мяч покидал пределы поля – опрометью мчался за ним и возвращал в игру.
– Привет! – сказал я, подходя поближе.
Парнишка оценивающе взглянул снизу вверх.
– Здрасьте…
– Любишь футбол?
– Ну.
– Многих игроков знаешь?
– Ну.
– А кто тебе больше всех нравится?
– Месси.
– А почему не Роналду?
Парень сморщил нос:
– Фраер!
– Это кто тебе сказал?
– Пацаны.
– Авторитетное мнение, – согласился я. – А Гайдука знаешь?
– Ну!
– Он же ваш, из Марганца.
– А то!
– Не слышал, в какой он школе учился?
Парень слегка раздулся от гордости:
– В нашей!
– Это какая же – ваша?
– Вторая.
– А где она находится?
– Так рядом же, на Садовой.
– Рядом, говоришь? Ну ладно, удачи тебе.
В следующую секунду парень уже забыл обо мне.