Челюсти-2
Шрифт:
Майк отчаянно устал и с большим трудом двигал руками. Но, черт побери, он показал всем, что если за кем-то гонится Майк Броуди, спастись в океане не удастся.
Он грубо оттолкнул Ларри, повернулся на спину и стал отдыхать.
– Извращенец, - бросил презрительно.
– Вонючий, подсматривающий извращенец.
Оба лежали на воде, стараясь отдышаться. Их разносило волной в разные стороны. Майк перевел глаза на военно-морской вертолет, приближавшийся к ним. Вертолет сдал назад, задрожал и спустил на воду что-то темное. Он знал, что вертолеты разыскивают подлодки из Нью-Лондона.
Его охватил восторг. Если
Он больше не боялся океана. И вообще ничего не боялся.
Джеки это понимала. И он теперь в любое время может делать с ней все, что пожелает.
Пилот зевнул. Оператор отвел от глаз бинокль и сказал:
– Все в порядке, сэр. Они просто балуются.
Пилот помахал подросткам ручкой и потянул рычаг на себя, удерживая машину на месте.
– Как ты думаешь, а не пора ли нам заканчивать?
– предложил он напарнику.
– Как скажете, сэр, - ответил тот, но в голосе не чувствовалось энтузиазма.
Паренек, конечно, остался неудовлетворенным. Наверняка ему еще ни разу не удалось прослушать подлодку, а "Групер" мог появиться в любую секунду.
– Ладно, сынок, - сдался пилот.
– Можешь еще немного поиграть со своей игрушкой.
Оператор радостно заулыбался и поправил на голове наушники.
Пилот снова зевнул. Покатать бы этого паренька при патрулировании сутки или больше, и он сам запросится домой.
Он откинулся на спинку сиденья и стал слушать скрип лебедки, опускавшей шар сонара.
Она догнала звук сверху, но уже не обращала на него внимания. Теперь она была нацелена на мишень на воде. Та, что была поближе, практически не двигалась, и она инстинктивно последовала за другой, которая билась в воде. Она руководствовалась своими примитивными ушами и прочими сенсорами, подававшими сигналы в мозг.
Самый маленький самец в ее правой матке начал понимать, что, если через несколько часов не поступит пища, его сожрут близкие родственники. Он зажался в угол, чтобы занять более выгодную позицию для обороны.
Мать как будто поняла, что ему грозит опасность, и увеличила скорость. Она стала всплывать с глубины к цели на поверхности. Теперь она хорошо слышала всплески...
Впереди, под грохот сверху, Большая Белая неожиданно услышала, как что-то плюхнулось в воду. В полутьме удалось разглядеть нечто темное, похожее на необычно большой футбольный мяч, опускавшееся прямо перед ней. Она распахнула пасть и схватила предмет рядами острых зубов. В какой-то момент показалось, что наверху этот предмет удерживают гигантские руки. Потом она его отхватила и, сдавив в пасти, тотчас же выплюнула в виде проводов и искореженного зубами металла.
Какое-то время постояла на месте.
С поверхности не доносилось всплесков и даже звук стал удаляться.
Она проплыла вдоль линии прибоя, а затем повернула в открытый океан.
Оператор звукового локатора все еще не мог прийти в себя, да и пилот обнаружил, что у него самого трясутся руки. Он решил сорвать зло на операторе.
– Зачем ты так глубоко опустил эту проклятую штуковину?
Паренек беспомощно покачал головой.
– Десять-двенадцать футов, сэр. Ваш прибор показывал
высоту в пятьдесят футов и на приборе лебедки было футов шестьдесят... Самое большее - десять футов, сэр.Пилот посылал машину все выше и выше. У него было только одно желание: набрать достаточную высоту для автоматического вращения, чтобы скомпенсировать ущерб от невиданной силы, потянувшей их вниз. На высоте в шестьдесят футов у них не было ни малейших шансов выжить. За все свои двадцать лет, проведенных в воздухе, ему не случалось пережить рывок такой силы.
По мере набора высоты он вслушивался в звук лопастей, опасаясь самого страшного. Машину тряхнуло со страшной силой. Ущерб смогут определить только по возвращении в Квонсет. Или лучше сесть прямо на пляже? Так было бы безопаснее. Но, кажется, обошлось, и можно отправиться на базу...
Уж теперь-то ему покажется в баре вдвойне приятно. Пожалел, что не прихватил с собой плоскую флягу с виски.
– Ты что? Задел за дно?
– спросил он оператора.
– Ни в коем случае, сэр, - запротестовал оператор.
– Шар не дошел до дна по крайней мере двадцати пяти футов.
– Так что же это было? "Групер" схватил тебя за яйца?
Паренек был явно озадачен.
– Нет, - ответил паренек нерешительно, - это был не "Групер". И не дно. Ведь слышно, когда скребешь по дну. Это что-то другое. Мне послышался вроде скользящий звук. Не знаю. Может быть, зацепили большого ската или осьминога? Как вы думаете?
– Нет, - фыркнул пилот.
– Просто ты выпустил трос на слишком большую длину, и мы зацепили подводную скалу или затонувшее судно.
Он продолжал набирать высоту, пока не достиг двух тысяч футов, и тогда встал на курс. Проверил давление масла, тахометр и температуру в головке цилиндров двигателя. Казалось, все было в порядке, но его не покидало ощущение, что это не так.
– Проклятье! А ты знаешь, сынок, сколько стоит такой шарик?
– Двенадцать тысяч долларов, - ответил оператор. Казалось, еще минута, и он расплачется.
– И это, не считая ущерба для машины, - добавил пилот.
Внезапно послышался скрежет, который ему очень не понравился. Пилот поискал на воде "Леона М. Купера", потому как корабль им бы очень пригодился в случае беды. Но над океаном виднелись только клочья тумана. Тогда он взял левее к Квонсету. Нажал на кнопку, чтобы вызвать "Купера", описать обстановку и выйти из патрулирования. Но не успел пилот вымолвить и слова, как рычаг принялся скакать в его руке. Вибрация была столь сильной, что у него онемела кисть.
– Пэн [1] ! Подаю сигнал Пэн! Вызываю "Леона М. Купера" с военно-морского вертолета. Вынужден прекратить полет. Возвращаюсь в...
– Внезапно он понял, что все кончено.
Когда-то в Корее ему доводилось снимать с вершин холмов над Пхеньяном морских пехотинцев. Десять лет назад он подбирал пилотов морской авиации в заливе. А сейчас понял, что после всех тех ужасов ему предстоит закончить свою жизнь неподалеку от идиотского пляжного городка, название которого никогда не мог запомнить.
1
Пэн - сигнал бедствия, котирующийся чуть ниже сигнала СОС.