Челюсти-2

Питерсон отпивал виски мелкими глотками.

– Неплохо, "Джони Уокер" с черной этикеткой?

Броуди остался доволен вопросом. Он наливал виски из бутылки, которую купил за девять долларов для особых случаев.

– Нет, не с черной, а всего лишь с красной. Но у тебя неплохой вкус.

– Черная, красная... Я никогда не мог определить разницу.
– Питерсон поболтал кусками льда в стакане, потом наклонился вперед. В его серых глазах читалось напряжение.

– Броуди, мне не хватает средств.

– Ну, у всех с деньгами не просто.

– Но ты можешь взять кредит.

Броуди, кажется, начал понимать, куда клонит Питерсон.

– Ты хочешь сказать, что для тебя кредит исключен?

– Банк мне не даст ни цента. Я ведь уже заложил участки, в том числе и купленный у тебя, а также все сооружения, пакет акций компании "Эй-Ти энд Ти". Больше у меня ничего нет.

Броуди был шокирован. Разлеталась его мечта о возрождении Эмити, как птицы Феникс.

– Ты собираешься прекратить строительство?

Нет, он кое-что предпринял. Но если случится задержка с принятием закона об азартных играх, все полетит к чертям.

– И ясно, что, если ты не откажешься от обвинений против Джеппса, закон тормознут.

Броуди не спускал с него глаз. Этот человек прибыл из штата Нью-Джерси, тихий, вежливый, и он был чист перед людьми, как папа Римский. Броуди это точно знал. По просьбе муниципального совета Эмити он провел тщательную проверку и в течение трех дней просмотрел полицейские архивы, все это время чувствуя себя как известный частный детектив Дик Трейси. Ларри Вогэн утверждал, что провел проверку Питерсона по своей линии - у торговцев недвижимостью.

Если будет принят закон, разрешающий азартные игры, Эмити получит лицензию на открытие одного казино, и никто не хотел, чтобы это заведение оказалось в руках жулика или человека с сомнительной репутацией.

Лишь после того, как была закончена всесторонняя проверка, городской совет дал разрешение на строительство.

– Нет, Питерсон, не могу я отказаться от обвинений. Просто не могу.

– Вилли Нортон готов изменить свое решение, - вставил Питерсон.

– Вилли были представлены улики, и на их основании он сделал свое дело, - пояснил Броуди.
– В роли обвинителя выступает Эмити, а Эмити представляю я.

Питерсон выглядел смущенным. Ему явно не нравилась собственная роль.

– Ты хороший человек, Броуди.

Броуди покраснел.

– Однажды я уступил, когда требовалось закрыть пляж. В результате погиб мальчишка.

– Мне рассказывали, - сказал Питерсон тихо.
– Поэтому давай-ка я лучше введу тебя в курс дела.

Он пододвинулся к окну, а за ним последовал Броуди. Они смотрели на бухту Эмити. Туман сгустился и все чаще звучали ревуны. Даже если экипаж вертолета выжил при крушении, найти людей в воде сейчас казалось невозможным. С той стороны залива раздался знакомый гудок: возвращался домой паром, завершая работу за день. Говорили, что капитан Лоуэлл, управляющий паромом тридцать лет, мог поставить его на место, даже если не видел свет на собственной корме из-за тумана, спиртного или того и другого, вместе взятых.

– Я был вынужден взять партнеров, - негромко признался Питерсон.

– Каких партнеров?
– насторожился Броуди.

Казалось, Питерсону было трудно выговаривать слова.

– Я же говорил, что мне нечего было предложить в залог под новый кредит. Так каких же партнеров я мог получить?

– Акул?
– спросил Броуди.

Питерсон кивнул.

– Откуда?

– Нью-Йорк, Квинз. Мне требовались три четверти миллиона долларов.

– Кто?

– Болз Тучиано, Тони ди Леоне...

Броуди о них не слышал.

– И Шаффлс Москотти, - быстро добавил Питерсон.

– Москотти, - простонал Броуди.
– Только не он.

Шаффлс был единственным мафиозным боссом, которого когда-либо видел Броуди.
– Огромный, спокойный, лопоухий, блестевший золотым зубом в широкой улыбке. Уже много лет он содержал летнюю дачу на Виста-Нолл, точнее, громадный дом, который когда-то принадлежал городскому врачу. Когда Клайд Бронсон выдвинул в комитете законодательного собрания штата проект закона, разрешающий азартные игры, Москотти чуть не купил через Вогэна городскую гостиницу. Броуди устроил такой крик, что Вогэн сдался и отменил сделку. Кроме этого случая, и если не считать того, что он разрешил своему сыну вступить в младшие скауты в Эмити, Москотти держался вдали от жизни города, подобно другим приезжающим на лето. И так должно было оставаться.

Никогда еще со времен Беды не чувствовал Броуди такую угрозу для города. Удивится ли Ларри Вогэн? Или он уже обо всем знает? А может быть, с самого начала была заключена тайная сделка?

– Почему ты мне об этом говоришь именно сейчас?

Питерсон пристально посмотрел на него.

– Потому что ты мне нравишься. И Эллен мне нравится. И Вилли Нортон - мой друг. У него тоже есть дети. Реальная сила Москотти и ему подобных - это подвластные им политики в Олбани. Если закон об азартных играх не будет принят... Черт возьми, Броуди, забудь о Джеппсе! Брось ты это все!

– Иначе что?
– подступился к нему Броуди со сжатым кулаком.
– Ты хочешь сказать, что, если я не отступлюсь, нам сделают больно?

Питерсону нельзя было отказать в храбрости. Он не сдвинулся с места.

– Не знаю, - послышался ответ.

Броуди подумал, что хочет вышвырнуть его за дверь, но в этот момент услышал, как Эллен поставила машину у гаража, тут же раздалось радостное тявканье Сэмми и шум воды. Шон поливал тюленя. Сверху доносились звуки музыки из радиоприемника Майка.

– Ступай вон!
– сказал он Питерсону.
– Вогэн из моего дома!

Броуди открыл дверь, схватил его за руку и выволок наружу. Питерсон повернулся и сказал:

– Пожалуйста, Броуди, закрой это дело.

– Иди!

В гостиной он увидел Эллен, стоящую у кухонной двери.

– Куда он пошел?

Она видела машину Питерсона.

– Он ушел черным ходом. Эллен, мне кое-что надо тебе сказать.

– Это о мафии? Мне Нортон уже все рассказал. Броуди, что с нами будет?

– С нашим городом? Не знаю.

– К черту город! Что будет с нами? С нашей семьей? Ведь ты же начальник полиции!
– Она была сильно напугана.
– Тебе нужно подать в отставку. Завтра же.

Эллен села на диван и закрыла лицо руками. Он сел рядом, и, неловко ее обняв, попытался поцеловать жену, у него упали очки.

– Эллен, не плачь.

– Ты не сможешь с ними справиться! Никто тебя к этому не готовил, и людей у тебя нет, да и...

– Смелости не хватит?
– добавил он тихо.

– Нет, смелости хватит, но ты не умеешь в нужный момент вцепиться в горло противнику.