Чёрная Дань

Ему даже удалось немного оторваться от грузовика – тот ехал слишком медленно, да и деревья, хоть он и легко сокрушал их, всё же задерживали его, будто жертвуя собой ради спасения Кирилла. Изредка парень оглядывался, не сбавляя хода и видел, как преследует его грузовик, подпрыгивая на кочках. Расстояние между ними стало увеличиваться. Кирилл обрадовался было, что фургон начал выдыхаться, или у него кончается бензин, или дали о себе знать многочисленные повреждения.

Но чуть позже машина, будто заставив себя сделать рывок, резко увеличила скорость и стала догонять беглеца.

Тогда-то Кирилл и нашёл решение. Через несколько десятков метров впереди лес обрывался – дальше деревья росли лишь где-то у линии горизонта. Будто чья-то гигантская рука вырвала кусок леса вместе с землёй.

«Овраг, – пронеслось в голове Кирилла, – обрыв».

Он ещё не понял даже сам, что собирается сделать, а ноги уже понесли его к обрыву с удвоенной силой.

Грузовик догонял его, рокот двигателя становился всё громче. И, хотя Кирилл совсем уже выбился из сил, он не позволял себе сбавить шага.

«Ещё чуть-чуть, – твердил он себе, – Ещё совсем немного».

Обрыв приближался, но и фургон тоже. Наступил, наконец, миг, когда грузовик накрыл Кирилла своей тенью. До оврага же оставалось ещё несколько метров. Однако, юноша чувствовал, что передний бампер грузовика почти касается его спины.

Кирилл сделал последний рывок, после которого оказался буквально в полуметре от обрыва и лишь тогда резко свернул в сторону. Чтобы не свалиться в овраг ему даже пришлось ухватиться за ближайшее дерево. Щупленькая берёзка нагнулась к земле, но удержала-таки Кирилла на самом краю обрыва, после чего тот рухнул на траву.

Машина неспособна была повернуть или затормозить столь резко, а потому фургон, пронёсшись меньше чем в метре от Кирилла, пустился в свободный полёт. Кирилл привстал, чтобы увидеть, как он покатится вниз.

Какое-то время – слишком долгое, как показалось Кириллу – грузовик ещё оставался на одном уровне с травой, по которой только что ехал, затем стал падать. Но, двигаясь вниз, он в то же время нёсся и вперёд, а земля под ним наклонилась почти вертикально. И потому фургон нескоро коснулся почвы вновь.

Когда же это произошло, он завалился, упал набок, затем перевернулся на крышу, подпрыгнул и вновь оказался на колёсах, но лишь для того, чтобы начать новый кувырок. Он продолжал катиться вниз, вертясь, будто был огромным цилиндром.

Овраг оказался глубоким – когда фургон достиг его дна, он уменьшился до такой степени, что напоминал самую малюсенькую игрушечную машинку. То есть, так было бы, если бы грузовик остался более или менее целым. Однако же он развалился окончательно. Кабина отделилась от кузова, от неё отвалились двери и капот, детали под капотом вывалились наружу. От кузова же отлетели двери. Колёса тоже сорвались со своих мест и покатились каждое в свою сторону. Достигнув-таки дна оврага, фургон превратился в груду металлолома.

Кирилл ожидал, что кабина грузовика загорится, а затем взорвётся, но ничего подобного не происходило. Он ждал минуту, другую, третью. Тишина.

Но, когда Кирилл уже собрался было развернуться и уйти, фургон ещё раз удивил его. Нет, он не взорвался. Вместо этого, его части вдруг потемнели, постепенно, но быстро – за пару секунд, затем согнулись и смялись, превратившись в красно-бурые комки разных размеров. На этом всё и кончилось.

Но перед смертью живой фургон ещё раз издал свой отчаянный, полный страдания крик.

Кирилл отодвинулся от края обрыва и встал. Какое-то время он ещё стоял, переводя дыхание. «Неужели всё это не сон?» – спрашивал он себя.

Он собирался уже развернуться и отправиться искать одноклассников, когда к его шее спереди прижалось что-то холодное и тонкое. В правое плечо при этом вцепилась чья-то рука с длинными ногтями, которые больно впивались в кожу даже через футболку. Кто-то схватил его сзади и приставил к горлу нож.

Левым ухом Кирилл почувствовал чьё-то дыхание и скрипучий голос произнёс:

– Молодец, сынок. А теперь пойдём, отыщем твоих товарищей.

Глава 3. Даниил

Оказавшись возле Кати и Насти, Даниил швырнул похитителя на землю. Ирка и Руслан, не выдержав увеличившейся нагрузки, тоже выронили ношу. Мужчина приподнялся на локтях и облокотился спиной о ближайшее дерево. Даниил тут же влепил ему затрещину и, направив дуло автомата в лицо, сказал:

– Имя!

Катька, Настя, Ирка и Руслан лишь молча наблюдали за его действиями, но только что догнавшая их Вика тут же всполошилась.

– Что ты делаешь, Дани? – спросила она.

Даниил давно предпочитал, чтобы его имя сокращали именно так. Не Даня, а Дани, почему-то ему казалось, что это вариант звучит более мужественно.

– Ты что, собираешься его допрашивать?

– А что, по-твоему, следует с ним сделать?!

Вика ахнула.

– Так вот зачем ты заставил всех его тащить! – сказала она, – Не чтобы спасти, а чтобы выпытывать.

– Молодец, Петрова, пять, – отвечал Даниил, – А теперь сядь за парту и не мешай.

– Но он ранен! – завопила Виктория, – Ты его изувечил. Ему нужна помощь.

– Плевал я на него!

До этого Даниил разговаривал с ней, не отрывая взгляда от своей жертвы, но теперь обернулся, чтобы назойливая девчонка поняла, что он кричит именно на неё.

– Он, может статься, собирался нас убить, – сказал Дани, – А ты хочешь лечить его раны? Ты не думала о том, что он их заслужил?

– Да, но… – начала Вика.

– Вот и славно, – перебил её Даниил, – А теперь замолчи, будь добра. Не мешай мне.

После этого он вновь повернулся к незнакомцу и повторил:

– Имя.

Похититель, превратившийся в пленника, посмотрел на Даниила исподлобья. Его лицо скривилось в усмешке.

– Брейд, – ответил он.

– Как? – Даниил нахмурил брови, – Брейд? Ты что, иностранец?

Брейд усмехнулся и покачал головой.

– Не-ет, – протянул он, – Я-то как раз местный. А вот вы здесь иностранцы. И это ещё не то слово.

– Не морочь мне голову, ублюдок! – рявкнул Даниил, – Говори правду.