Чейзер

– Послушай, - спросил я, - а куда мы идем?

– Здесь недалеко есть неплохая гостиница, - пояснила Эплбери.
– Я всегда в ней останавливаюсь. Потерпи, осталось совсем немного идти.

– Ты, наверное, хорошо знаешь этот городок, верно?

– Более-менее. А что?

– Мне нужен Брен Неллер из школы военных капелланов. Слышала о нем?

– Есть тут школа военных капелланов, но тебя туда не пустят. Можно, конечно, дожидаться этого Неллера на улице под дождем, но лучше спросить в гостинице, где он живет и потом сходить к нему домой. Хозяин гостиницы, дядюшка Парис, знает в городе всех жителей.

– Прям-таки и всех, - проворчал я.
– Ладно, веди!

Гостиница, о которой говорила Эплбери, оказалась в конце улицы и называлась "Добрый покой". Странное какое-то название, хорошо, хоть не "Вечный покой". Судя по внешнему виду, это заведение даже на одну хиленькую звездочку не тянуло: один из углов здания заметно осел, отчего между крышей и верхним краем стены образовалась заметная щель. Перед входом стояла огромная лужа, покрытая масляными разводами - правда, какой-то креативный ум догадался перебросить через лужу широкие доски, по которым мы и добрались до дверей. Нижний этаж гостиницы представлял собой один большой зал, темный, закопченный, чадный и пропахший самыми радикальными запахами. Народу, слава Богу, было немного - человек пять от силы, однако они тут же оторвались от кружек с пивом и брагой и уставились на нас с уже знакомой мне настороженностью. Хозяин, огромный детина с плечами, широкими как классная доска и кудлатой бородой, рубил большим секачом куриные тушки и раскладывал куски на противне.

– Святые Высшие, да кого я вижу!
– выпалил он, завидев нас.
– Это же дамзель Эплбери, выпей золотуха мои старые глаза!

– Давненько не видела вас, дядюшка Парис, - ответила Эплбери с кокетливой улыбкой.
– Как поживаете?

– Хорошо поживаю, благодарение Высшим и ее светлости герцогине! Давненько тебя не видел, красотка. Совсем забыла про меня, ветреница ты эдакая.
– Тут бородач соизволил и на меня обратить внимание.
– А это кто с тобой?

– Это Сандер, мой друг, - заявила Эплбери, опередив меня.
– Он впервые в Донкастере и хочет найти одного человека. Знаете ли вы Брена Неллера?

– Да кто ж его не знает!
– Дядюшка Парис вытащил из ведра очередную курицу, приговоренную к четвертованию.
– Почтенный человек, весь город его знает. Сейчас он в школе, будущих капелланов премудрости учит.

– Мне надо с ним встретиться, - сказал я.

– Школа недалеко туточки, если по Шорной улице идти враз и придете. Только без специальной гербовой бумаги тебя туды не пустят, парень.

– А если домой к нему сходить?

– Тоже можно, но это до вечера ждать надо. Так-то милсдарь Неллер у Собачьего рынка живет, там всяк тебе его дом покажет, другого такого дворца окрест не найти.
– Дядюшка Парис полюбовался на противень с разложенной на нем курятиной, вытер измазанные кровью и жиром руки о передник.
– Лучше вам непогоду у меня переждать. Пива, вина гретого подам, а то и покрепче чего. Колбаски могу предложить, сырку, каперсов, холодной свининки, а чуть апосля отведаете моей печеной курочки с чесноком.
– Тут трактирщик изучающе так на нас посмотрел.
– Или комнату вам надобно?

– Комнату, - заявила Эплбери и положила на прилавок серебряную монету.

Ого, вот это я понимаю - взять быка за рога! Я даже сказать ничего не успел: трактирщик мигом смахнул монету в ладонь, и сделка была заключена.

– Я вам в гнездышко глинтвейну прикажу снести, - заявил он с ухмылкой, которая показалась мне мерзкой.
– Ступайте наверх, комната первая справа по коридору.

Эплбери сделала мне приглашающий жест и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Я, гадая, что все это может означать, потопал за ней. Комната оказалась под стать всей гостинице, но у нее имелась дверь, окно было плотно закрыто, в камине оказались приготовленные к растопке дрова, и пол был чистым. Когда мы вошли, Эплбери затворила дверь на засов и сказала:

– Теперь нам никто не помешает.

– Да?
– Я ошалело посмотрел на нее.
– А ты не любишь терять время на разговоры.

– Как раз я хочу с тобой поговорить, - заявила магичка.
– Да так, чтобы никто уши не грел.

Она вытянула руку к камину, произнесла заклинание, и дрова, сложенные в топке пирамидкой, вспыхнули разом. Потом Эплбери так же заклинанием зажгла две свечи на столе, и в комнате стало вполне уютно. Бросив на кровать свой посох, магичка предложила мне сесть.

– Можешь даже лечь, - добавила она.
– Но разговор у нас будет долгим, так что не засни.

– О чем ты хочешь поговорить со мной?

– О тебе. Хочу узнать тебя получше.

– Ну, это не так страшно, - пошутил я и протянул к ней руки.
– Я бы тоже познакомился с тобой поближе.

– Это не то, что ты думаешь, - с самым серьезным выражением лица заявила Эплбери.
– Если ты про секс, ничего не получится. У меня чисто деловое предложение.

– В самом деле?
– Я почувствовал разочарование.
– Ладно, говори, что там у тебя.

– Я все думаю над тем, что случилось в Эммене.

– Случилось то, что случилось. Мне неприятно об этом говорить. Развели меня эти гадюки.

– Я не об этом. Меня интересует другое - откуда ты вообще взялся?

– Я же сказал, я пришел из Грейвульского монастыря.

– А в монастырь как попал?

– Как?
– Я с подозрением посмотрел на магичку.
– А тебе-то что?

– Я сразу почувствовала, что ты особенный. Маскировка может обмануть кого угодно, но только не мага.

– И в чем моя особенность?

– Я ведь оказалась в Эммене не случайно. Меня послали узнать, по какой причине в окрестностях Эммена дважды за последнее время возникал пространственный разлом. Я нашла место, где был открыт первый портал - ту самую Адову Пасть, в которую ты сунулся, не разобравшись, что к чему. С ним было все очевидно: его открыли ведьмы из Ковена при помощи Синей звезды - другой вопрос, зачем? А вот следов второго портала я не нашла. И он, как мне кажется, связан с тобой.

– Ты что, сыщик?

– Я свободный маг. Или. как нас называют на Двуглавой горе, маг-ренегат. Такие как я не желают иметь дела ни с Санктуром, ни с Тойфельгартеном.

– Интересно. И кому же ты служишь?

– Тем, кто желает спасти Десятигорье. Наши земли в огромной опасности.

– Да, я что-то слышал о войне магов.

– Прочитал книгу Арденаля Гетты?
– Эплбери хмыкнула.
– Да вобщем там все верно написано. Две официальные корпорации магов, Санктур и Тойфельгартен, враждуют не одно столетие, это так. Но страдает от этого весь наш мир. Выпущенная на свободу магия несет великие беды, только двум грызущимся псам с Двуглавой горы этого не объяснить. Что ты знаешь о магии, Сандер?

– Ну, это волшебство, - неуверенно начал я.
– Сила, заклинания, волшебные палочки там всякие.

– Волшебные палочки!
– Эплбери посмотрела на меня, как на идиота.
– Если бы так... Магия - зло. Она очень легко превращается в стихию, над которой породивший ее маг уже не имеет никакой власти. Она оборачивается огненными бурями, которые выжигают посевы и леса, моровыми болезнями людей и животных, нашествиями восставших мертвецов и массовым безумием. Вырвавшаяся на свободу магия несет смерть и уничтожение. И в Санктуре, и в Тойфельгартене прекрасно знают об этом, но все равно используют самые смертоносные виды магических энергий в своей бессмысленной бесконечной войне. Чем дольше продолжается эта война, тем страшнее ее последствия. До сих пор только чудо спасало нас от гибели.