Говорю да и нет,ты зовешь это пафосом,поколение интернетс электронным адресом.А мой адрес: улица, сад,розы-мимозы в одном флаконе.И я, как и ты, смотрю вперед, а не назад,хотя и стою на старом балконе.Я ничуть не горда, я проще стакана,что наполовину пуст, а наполовину полон,и только наличье волшебного кранадержит уровень, даже если солон.Не солонее крови, пусть и стоит труда,слышишь, мой оппонент любезный?Сил не жалея, поколение интердасооружает воздушный мост над бездной.
22 июня 2001
«Неразрешимый трагизм бытия…»
Александру
Мелихову
Неразрешимый трагизм бытияраскладывается на цвета по спектру,и там же, где белизна жития,кто-то синий идет до ветру,чем-то красным морочит умы,плачет под зеленой плакучей ивой,запросто от сумы до тюрьмывытянув билет торопливый.Гармонией утешаем слабую плотьвместе с духом выморочным и капризным —ничего уже не одолеть и не перемолоть,а бунт остался по ту сторону жизни.
26 июня 2001
«Я беженец, я без вести пропала…»
Я беженец, я без вести пропала,заложница за ложный выкуп,я тот солдат, кому из самопалапатрон последний на прощанье выпал.Я тот старик гундосый и старуха,что в доме престарелых позабыты,с потерей вкуса, зрения и слуха,за что, попавши под руку, избиты.Я тот полковник, с жабьими очами,снасильничавший тощую чеченку,расстрелянная, брошенная в яме,я им размазана кишками по застенку.Убийца и убитый, соглядатайвсего, что на земле при мне творится,я молча в этой должности треклятойсмотрю, когда же небо отворится.
8 июля 2001
«Варили кружовенное варенье…»
Олегу Чухонцеву
Варили кружовенное варенье,как в старой классической литературе,мне выпало хвостики резать, Елене —помешивать варево в медной кастрюле.Неспешно воскресное наше занятье,ум праздный лениво и вольно блуждает,от ягоды встану колени размять я,мне ягода круглая взор услаждает.Арбузная форма, высокая норма,прозрачно-зеленая слезная мякоть —и от хлорофилла, не от хлороформа,какого рожна захотелось вдруг плакать?Оставлены цели, отпали задачи,внезапным исходом – умиротворенье.Кружовник с утра собирали на даче.В России варенье – всегда откровенье.
31 июля 2001
«Выкричать, вырыдать, в пропасть скользя…»
Выкричать, вырыдать, в пропасть скользя,с мясом и кровью на раз.А нельзя.
5 сентября 2001
Радио шансон
Эти песенки смешные,по рупь сорок каждая, —наши жизни расписные,плевые, неважные.Приключения и страсти,слезной влагой смочены,к самой проигрышной мастисмертно приторочены.Пыль сезонная на зоне,а на воле вольности, —о певце, как о Кобзоне,нет печальней повести.Бедный Гамлет, бедный Йорикс бедной Лизой, драные,чуть пожиже суп перловый,перлы те же самые.Полудетские угрозы,тонны философии,от Любви с Надеждой позык матери их – Софии.Плачут жесткие вагоныпо мякинным песенкам,стынет мозг и сердце стонет —все мы люди местные.
8 сентября 2001
«Что не сделано – то сделано…»
Владимиру Соколову
Что не сделано – то сделано,и того не переделать,старым новое пристрелянов изменившихся пределах.Ствол дрожит, и пуля-дурадурака в стволе валяет,и пропащая натураземлю кровью заливает.Не туда, не тот, не эта,бы да бы на дыбе пыток.Голос
раненый поэта —он убит, и я убита.
11 сентября 2001
«Природная любовь…»
Валеше
Природная любовь,без цели и расчета,как столкновенье лбовбез всякого почета,упрямая игравсе в те же кошки-мышки,заветная порадевчонки и мальчишки,не кончится вовек,что началось когда-то,назначен парный бег,и спутаны все даты,и в черном серебро —пустяк и неизбежность,и ангелом в ребропросвечивает нежность.
28 сентября 2001
In memoriаm
Дождь заливает море,море становится мокрым.Вино заливает горе,вино становится горьким.Взрослые и деткикак новенькие монетки.Но вотсамолетврезается в зданье,начиненный живыми, как мертвыми,и в мертвой петлечеловек и его мирозданьенакрываются пятаками стертыми.
11 октября 2001
Овечий источник
Малага. Ветер, сбивающий с ног,стелятся пальмы под старою башней.Кадис с Марбейей погодой вчерашнейдразнят, да вышел вчерашнему срок:яркое солнце пропало из глаз,чар ослепительных как не бывало,синее море, как небо, пропало,милость небесная оборвалась.Яростный ветер, пастух-поводырь,тучные тучи в стада собирая,пастбищем-пологом, рваным до дыр,землю накрыл, чтобы стала сырая,чтоб не забыли, куда мы уйдем,не увлекались дешевым загаром,кобальт свинцом заменил нам недаром,серый навесил окрест окоем,в море баранов кипенных нагнал,кружевом бешеным мол оторочил,бедных паломников вмиг заморочил,кто-то упал, заработав фингал.Блеска изнанка валялась в грязишкуркой овечки, раздавленной ночью.Был не на сцене показан – воочью —край овехуны фуэнты вблизи.
11 октября 2001
Майкл Найман
Одинаковые музыки круги,точно ровные из печи пироги,а в ответ сопротивленье на нуле,держит музыка сознанье на игле,взяв в кольцо, не выпускает из кольца,ламцадрица-ламцадрица-ца,механический статический фасон,цилиндрический классический вазон,расцветают звукозаписи цветыодинаковой округлой красоты,надышавшись их дурманом, к краю льну,в наркотическом, дурак, у них плену.Найман, выпусти из клетки дурака,целиком не потерял себя пока,чтобы музыкой плененный молодецне нашел себе в петле ее конец.
15 октября 2001
Русский ремонт
Вляпалась в ремонт квартирыотчаянно и безнадежно,не работяги – мортиры,бьют прицельно, куда только можно.Разрушены вещи,что жили, как дети, с нами,знаки разрушенья зловещи,пыль покрыла предметы и память.Кажется, продолжай занятья,к каким привычка свыше,одно непонятно,почему так время в висках свищет,почему на душу без огласкисвалилась эта тяжелая штука,точно ведро масляной краски,а ты в ответ ни звука,без голоса, с терпеньем урода,с тупостью, которую можно принять за мужество,а нехватку кислородасписать, скажем, на неудачное замужество,все пойдет в строку, если на пределе,не отыщешь приема против общего лома,вражьи сущности одолели,когда нет дома.Ремонта по-русски безобразны сценки,пропала милая жизнь, пропала квартира!..Но вдруг засветился кусок белоснежной стенкии засиял зеленый мрамор сортира.