Цзи

– Ему очень стыдно перед нами за Китай, – перевела она на английский, видя, что Андрей не понимает. – Сильно извиняется. И приглашает нас в свою закусочную, накормит бесплатно.

– Я не против, – пожал плечами Огневский.

Он понял, что за время одиноких блужданий соскучился по человеческому общению. И удивился себе – до этого долгие месяцы, наоборот, не хотел никого видеть и слышать… Гляди-ка, неужели путешествия идут на пользу?

А может, просто проголодался. Андрей нормально не ел с утра, только в автобусе перекусил «псевдососиской» – закуской из местного супермаркета, сделанной явно не из мяса.

– Спасибо огромное, – сказала девушка, когда они сели в харчевне за пластмассовым столом.

Заведение было самое скромное, маленькое, человек на десять максимум. На стене висел красный пластмассовый щит с иероглифическим меню.

– В сумке и кошелек, и ключи от машины… – продолжила незнакомка. У нее был чуть заметный акцент непонятного происхождения. – Что бы я в этой глуши делала без них! Называется, решила прогуляться… Два часа вела машину, устала сидеть, пошла размять ноги…

Андрей еле поспевал за ее манерой речи, похоже, брюнетка любит поговорить, быстро и много.

– Меня зовут Стася. А тебя?

– Андрей, – представился Огневский.

– Рус? – удивилась она, – а я србина!

Они стали сбивчиво общаться на смеси своих языков и более-менее понимали друг друга. Это было весело, но утомительно. Скоро все-таки перешли обратно на английский. У Стаси были густые черные волосы, слегка растрепанные из-за путешествия, курносый нос, тонкие брови и озорной взгляд. Андрей залюбовался изящными чертами.

– Вот это акробатика! – поражалась Стася его трюку с автобусом. – Ты что, в цирке работал?

– Вся жизнь – это цирк… – философски заметил Андрей. – Кругом в основном клоуны, дрессированные собаки, а еще – зубастые львы, готовые тебя сожрать.

Подошел владелец в фартуке, стал снова оживленно что-то говорить. Андрей уловил слово «цзинча» – «полиция».

– Бу юн лэ [Не надо. – кит.], – ответила ему сербка и добавила что-то еще.

– Хочет вызвать полицию? – угадал Андрей.

– Ага, но я убедила, что не стоит. Рюкзак у меня, а вора все равно не догнать. Тащиться в участок… зачем оно нам?

Огневский кивнул. Попадать в участок ему было никак нельзя.

Хозяин харчевни еще что-то спросил и показал на меню. Видимо, хочет знать, что приготовить. Стася назвала какое-то блюдо.

А Андрей применил свой обычный метод для заказа еды – пробежался глазами по меню, нашел первую строчку, в которой были иероглифы ?? («говядина») и ? («лапша»), ткнул в нее пальцем, сказал:

– Чжэгэ. [Вот это. – кит. разг.]

– Ты точно хочешь лапшу с говяжьей кровью и требухой? – удивилась Стася.

– Ой… – Огневский развел руками. – Я смог прочесть, что там говядина и лапша. А что за остальные три иероглифа, не знаю… Всегда так заказываю еду, на удачу. Пищевая китайская рулетка.

– Ты смелый человек, – засмеялась девушка. – Но сегодня отдохни от кулинарных приключений. Я неплохо читаю по-китайски, чего бы ты хотел?

Она помогла ему выбрать, остановились на лапше в костном говяжьем бульоне. Владелец харчевни постарался, принес оба заказа за пару минут.

– Если серьезно, – Стася склонилась над миской чего-то овощного, политого темным соусом, – откуда такие навыки?

– Служил в спецвойсках… – неохотно ответил Андрей.

Касаться службы он очень не любил и давно почти ни с кем не говорил на эту тему. Но с этой незнакомой иностранкой почему-то стало легче, язык развязывался сам собой. Ее странная манера – болтливость и смесь иронии с пафосом – оказалась очень заразительной.

– Меня, кстати, в 2002-м едва не послали на миротворческую операцию на Балканы, – сказал Андрей. – Потому по-сербски немного знаю, готовился. Но в итоге отправили на Кавказ. Там у нас шла собственная большая война… Нашлись миротворцы, блин, – проворчал он, – у самих проблем выше крыши.

Стася вдруг обиженно нахмурилась:

– Если бы не Россия, от нас бы вообще ничего не оставили. Вы были единственными, кто не бросил сербов или хотя бы постарался не бросить. Ну да ладно… – Она торжественно взмахнула в воздухе палочками. – Хватит о прошлом. Ты в Китае, здесь уже будущее! Давно приехал?

– Около месяца назад.

– И что здесь делаешь?

Огневский пожал плечами:

– Не знаю. Куда-то еду…

– Путешествуешь? – не поняла сербка. – В отпуске?

– В вечном отпуске, – угрюмо согласился Огневский, выуживая в густом дымящемся бульоне лапшу.

– А в этот городок как попал? Здесь вообще иностранцев не бывает!

– Тем же способом, которым выбираю еду. Подошел в кассу на автовокзале, ткнул пальцем в первое попавшееся название.

– Оригинально! Надо будет попробовать, – рассмеялась Стася. – А ночевать где будешь, где остановился?

– Пока нигде… – ответил Огневский. – Только что с автовокзала, ищу что-нибудь недорогое.

– Тогда тебе повезло, – заявила Стася, – я остановилась на той стороне от пагоды, отель «Чанбайшань». Комнаты приличные, юаней за пятнадцать возьмешь неплохой номер, я покажу дорогу.

– Пойдет, – пожал плечами Андрей.

Обычно он выбирал места подешевле, но сейчас сильно не хотелось опять бродить по улицам одному.

– А ты живешь в Китае? – спросил Андрей. – Чем занимаешься?

– Работаю на богатого китайца… – как-то неохотно ответила Стася. – Он торгует дорогим антиквариатом, а я отвечаю за контакты с иностранными покупателями и партнерами.

– А здесь, в… – Огневский все еще не знал, как называется город. – В этой глуши у тебя тоже есть клиенты?

– Ну… Вроде того. – Стася наморщила красивый лоб. – Нужно встретиться с одним человеком. Он из наших, из сербов, но… со странностями. Мотается по Китаю в поисках разных древностей, почему-то его занесло сюда, назначил мне встречу в этом отеле.

Огневский не стал допытываться. Стася продолжила:

– Думаю, ты его увидишь, когда заселишься. Вечером посидим, выпьем за единение славян!

– Отлично, – согласился Андрей.

Китайская еда оставалась одной из немногих вещей в жизни, еще радовавших и интересовавших Огневского. Среди сотен местных блюд есть вкусные, очень вкусные, странные, просто отвратительные и откровенно несъедобные. И, заказывая путем «гадания по меню», никогда не знаешь, какая категория тебе попадется.