Цзи

Андрей удивился. Отношения с родителем у него были специфические: после нескольких лет скандалов отец и сын сошлись на «вооруженном нейтралитете», постепенно перешедшем во взаимное игнорирование.

Если Огневский-старший пытается выйти на связь – явно случилось что-то из ряда вон.

– Привет, – сказал отец, когда Андрей перезвонил, стоя на перроне в ожидании электрички в город.

Голос был как всегда: уверенный, прямой, слегка угрюмый и, конечно, с приказной ноткой. Сразу слышно, что говорит потомственный военный и командующий ракетной частью. – Как ты?

– Никак, – честно ответил Огневский, глядя, как лохматые снежинки, предвестники грядущего бурана, медленно ложатся на рельсы.

Полгода назад, узнав о ранении отпрыска, отец приехал навестить его в московском госпитале. Но проявлять сочувствие у него получалось плохо, даже когда старался, – не тот характер. Андрей же был в полной апатии и даже особо не запомнил того короткого визита. Отношения быстро вернулись к статус-кво.

– Что случилось? – теперь спросил сын.

– Случились серьезные проблемы. У тебя, – ответил отец. – Ты где сейчас вообще?

– Деревня Кузнецово, Лазовский район Приморского края…

Огневский-старший сердито хмыкнул.

– Пока ты шляешься по гребеням, военная прокуратура готовит на тебя дело. Что-то о хищении… Рассказывай, чего там натворил?

Андрей вздохнул.

– Ничего. Честно. Поссорился с кем не надо.

Отец тихо выругался.

– В общем, – сказал он, – тебя скоро объявят в розыск по подозрению. Мы с Колей, конечно, постараемся тебя прикрыть, – Колей звали дядю Андрея, крупного военного дипломата, – но если не хочешь сидеть в СИЗО, тебе надо уехать из страны. Есть три дня, не больше. Ты в Приморье? Тогда дуй в Китай, это оттуда недалеко. Или в Таиланд, там, говорят, тепло. Деньги нужны?

– Нет, – ответил Андрей.

За время службы он и правда кое-что скопил, а потеряв аппетит ко всему на свете, тратил теперь очень мало.

– Я переведу на твой счет, – отрезал отец. – Собирай манатки – и мотай за бугор, понятно? Мне еще сына-зека не хватало!

– А я думал, ты за меня переживаешь, – угрюмо пошутил Андрей. – Ладно, я понял. Три дня так три дня.

И вот они катили по белому льду в сторону китайской границы. Два дня миновало, начинался третий – завтра, наверно, начнут искать. Но Огневскому было все равно, терять в любом случае нечего. Но раз обещал отцу «дуть за бугор», придется дуть.

Мерный шелест резины по льду сменился рычащим хрустом – машина пересекла залив и снова выбралась на сушу. По галечному берегу въехали в пустынного вида поселок. Пара лодок, вытащенных на сушу, пара бетонных строений да низкие деревянные дома, темные от морской сырости.

«Что ж, ледяной Стикс пересекли», – иронически подумал Огневский.

– Полуостров Песчаный, – объявил Вовка, показывая рукой на зимний пейзаж. У Брагина было добродушное обветренное лицо и веселые карие глаза. – Формально эта территория считается одним из районов Владивостока и слывет глухоманью. Но на самом деле мы въезжаем в сказочные места! Отсюда и до самой границы уникальный природный регион. И флора, и фауна, каких больше нигде нет на свете… Да ведь здесь водятся одновременно амурский тигр и дальневосточный леопард! Я москвичам рассказываю, что у нас здесь леопарды есть, – не верят, болваны! А его ареал именно здесь, на юге Приморья, среди сопок и деревень вот этих. Самый крупный из леопардов в мире, голубоглазый, пушистый, такое чудо! Мы вообще живем тут в стране чудес!

– Бог слишком плотно нашпиговал Россию чудесами, – философски заметил Огневский, – оттого и мучаемся. Передоз.

Вовка рассмеялся.

Остановились у автовокзала в поселке Славянка. Через полчаса отсюда должен отходить автобус в городок Хуньчунь китайской провинции Гирин. Огневский выскочил из машины на мороз, добежал до кассы, купил у хмурой толстой тетки билет.

Вовка отказался сразу уезжать:

– Чего ты будешь мерзнуть в этом вагончике? – Он кивнул на неприметное здание автостанции. – На улице минус двадцать с ветром… Посидим, чай в термосе есть.

Они ждали в машине, пили сладкий чай, вспоминая свои путешествия. Андрей смотрел через запотевшие стекла наружу. Яркий рассвет догорел, наползли вечные приморские облака. Славянка, популярный летний курорт, была зимой пуста, холодна и уродлива.

Прибыл китайский автобус с большими красными иероглифами на бортах. Огневский вышел из машины, закинул на спину рюкзак, на прощание пожал другу руку.

Вовкин джип покатил обратно, а Огневский стоял и ждал перед закрытыми дверьми автобуса – водитель запер машину и куда-то исчез.

– Мать вашу, – прошипел сквозь зубы худощавый парень чуть постарше Огневского, единственный, кроме Андрея, пассажир. Из-под серой шерстяной шапки выбивались тонкие рыжие локоны. – Совсем с ними околеешь! Уже время отправляться, куда этот козел делся?!

Огневский протянул парню термос с остатками горячего чая, выданный на прощание Вовкой.

– Гребаная страна, – проворчал парень, жадно прикладываясь. – Даже когда уезжаешь отсюда, заставляют тебя помучиться!

– Вроде это китайский автобус? – пожал плечами Огневский.

Парень только горько усмехнулся:

– Никогда, сука, сюда не вернусь, никогда!

– Так ты в Китай с концами? – с интересом спросил Андрей.

– Ага, – со злобным торжеством ответил собеседник. – Выучу язык, найду работу, там ее полно сейчас. Никогда в этот проклятый концлагерь не вернусь… Наконец-то свобода!

– Свобода? В Китае? – удивился Огневский. – Там вроде коммунизм… Диктатура пролетариата. Смертная казнь активно применяется, в отличие от России.

– Ну это для китайцев, – отмахнулся рыжий, – а для белых там вольная воля! И куча возможностей! А еще люди хорошие, не то что здешнее быдло.

Андрей вспомнил Вовку и хотел заступиться за соотечественников, но тут появился водитель-китаец. Следом за ним – две русские тетки с большими холщовыми сумками.

– Васенька, ты постарайся в этот раз побыстрее посты проскочить, – сказала китайцу одна из них. – Фуры вперед не пропускай, а то полдня опять простоим.

– Халасо, халасо, – проговорил в ответ водитель со смешным акцентом, – попэлобую.

Огневского очень заинтересовал этот китайский «Васенька» и его две знакомые.

– В общем, – обратилась одна из теток к своей спутнице, – сегодня вечером после семи заходи ко мне. Шмурдяк доковырять надо. В этот раз не повезло, много дунсей хреновых подвезли, сволочи. Но ничего, разберем сегодня, а завтра с новой группой помогаек через границу сплавим… Вон у Васи рейс завтра с утра, на этой же чиче. Да, Васенька?

– Утэлом, да, – подтвердил китаец.

Андрей слушал как зачарованный. Казалось, эти трое были из какой-то сказочной гибридной страны, смеси России с Китаем.