Дети Солнца. Во мраке дня

– Я постараюсь, - ответил я.

– Не постараешься, а сделаешь, или к стенке встанешь вместе со своими друзьями, но мне кажется, ты и раньше это понимал.

– Да, товарищ генерал!

– Давай всё ещё раз обговорим, - предложил, явно волновавшийся генерал. – Ты уверен, что артиллерийская подготовка не нужна? Мы можем в короткое время гаубицы ещё подтянуть.

– Нет, тогда элемент внезапности потеряется, - сказал я.

– Ну смотри, дело твоё, тебе же сложнее будет, - видимо пытался переубедить меня генерал. – Ай, ладно. В общем берёге берег, как только вы подавите пулемёты и миномёты, стреляете вверх зелёной ракетой, после этого войска форсируют реку. Если же что-то пойдёт не так и у вас ничего не получится, выстреливай красной ракетой.

– Да, уже ведь три раза обговорили, - сказал я.

Генерал ушёл, сел в повозку, и двинулся обратно в штаб дивизии, откуда, видимо планировал осуществлять командование всей атакой.

А я вернулся к своим ребятам, которые построились на берегу.

– Формы красных на всех хватило? – спросил я подходя.

– Никак нет товарищ полковник! – ответил самый рослый, видимо их негласный старший. – Очень много одежды изорвано, сильно.

– Одевайте всю, нужно триста человек как минимум в форму красных переодеть, - сказал я. – Давайте, давайте, время идёт. Так те кто переоделся, ложитесь на плоты, под себя личное оружие.

Личный состав побежал занимать место на плотах, причаливших к берегу вчера. Они клали под себя автоматы, а сами ложились на них, по началу всё складывалось хорошо, пока один не лёг на другого, и метал не стал давить на тело.

– Товарищ полковник! – обратился мне один из солдат. – На оружие лечь не получается, больно слишком, и так сверху давят, ещё и с низу железо это упирается.

– Твою ж мать, - злобно сплюнул я.

– Что прикажете делать?

– Оружие оставить на берегу, - ответил я. – С собой взять только по гранате, и по штык ножу на каждого. Спрячьте те их в карманы, в сапоги, куда угодной, только что заметно не было.

Боец отдал мне честь и побежал исполнять приказ. На десять плотом должны были поместиться три сотни человек, переодетых в форму красных. Я и мои товарищи, должны были этими самыми плотами управлять и доплыть до противоположного берега, нам тоже предстояло переодеться, что я уже и сделал.

– Голова не болит? – спросил Денис, подходя ко мне. – А то смотри, вместо тебя кого-нибудь поставим, а ты на берегу останешься, со второй волной. Зачем этот бессмысленный риск? Тем более после такой травмы.

– Нормально всё, - отмахнулся я. – Ответственность лежит полностью на мне, значит, и делать всё мне.

– Если что-то пойдёт не так, красные в тебя выстрелят в первую очередь, ты на плоту будешь стоять в полный рост.

– Да я понимаю, но что делать?

К нам подбежал всё тот же рядовой, и отдав честь загорланил:

– Погрузка на плоты завершена! Можем начинать!

– Займи своё место на плоту, сейчас я подойду.

– Есть!

Я пожал руку Денису, попрощался с ним, ведь я мог больше никогда его не увидеть, мы шли в бой, и не у кого не было уверенности, в том, что всё получится. Я управлял первым плотом, и должен был отправиться естественно первым. Дальше по порядку шли Артём, Абрам, Джордж, остальных я уже по именам не знал. Денис и Древаль остались на берегу, чтобы командовать второй волной нашей атаки.

Я встал на край плота, перекрестился, и оттолкнулся от берега. Началось.

Мы старались плыть медленнее, поворачивать плавно, и вообще не делать резких движений. Те же, кто притворялся трупами, были крайне напряжены. Казалось, что нет мускула на их теле, который бы не был напряжён. Им было жутко не удобно, особенно на тех, кто снизу, ведь на них сверху давили все остальные. Тем кто сверху, тоже было не сладко. Если начнут стрелять, то они умрут сразу, пули поразят их первыми, они быстро умрут, и это пугало не знание того, когда придёт смерть, а придти она могла в любую секунду.

До берега оставалось всего пол сотни метров, ещё минута, и мы коснемся земли, но там никакого шевеления видно не было, а от красных можно было ожидать любого подвоха.

– Кто такие? – крикнул кто-то из красных на том берегу.– А ну стойте, или иначе откроем огонь на поражение.

Он что бредит, какой огонь на поражение? В кого он стрелять будет? В оборванных гребцов и гору трупов на плотах. Скорее всего, они все просто в замешательстве, иначе это объяснить сложно. Они растеряны, и сейчас стараются строго действовать инструкции, ибо ситуации из ряда вон. В их позициям плывут десять плотом, нагруженных трупами их товарищей. По большёму счёту, в их уставе, написано-то же что и в нашем, стрелять во всех кто плывёт с того берега. Но здесь.… На это я и рассчитывал.

– Не стреляйте! – крикнул в ответ я. – Товарищи, помогите лучше.

Мой плот причалил к берегу, я отбросил длинную палку в воду, дабы она мне не мешалась, и изображая хромого, раненого в ногу (для пущей достоверности штанина на левой ноге была изорвана, облита кровью, и перевязана). Осторожно ступая, я спустился с плота на землю, однако, меня остановили. Ко мне приближались трое, как ни странно, у всех «калаши».

– Ты кто такой? Доложить по форме! – приказал мне офицер красных, держащий меня на мушке.

– Рядовой Рабочей Красноярской Красной Армии Василий Колкин, из полка 14 Ленинского Гвардейского полка в живых остался я один, остальные вон, на плоту, - доложил я заранее заученную реплику, имя и номер полка я не придумывал, взял с документов одного из убитых.

– Вас же ещё вчера в атаку послали? Почему вернулись только сегодня? – допрашивал меня красноармеец.

– Мы вступили в бой, мы думали их там всех, миномётным обстрелом перебило, а нет, видать наши били не кучно, мы только высадились, по нам из винтовок стали стрелять, а зачем в бой, штыковой. Спереди штыки, сзади вода, отступать было не куда, в атаку сильно не разбежишься, вот нас всех там и побили.

– Почему тебя отпустили?

– Они сказали мне трупы своих, сложить на плот, и увезти обратно, всю ночь грузил, всё утро и весь вчерашний вечер, помогите, товарищи, - врал я, и видимо, мне поверили. – Нужно наших с плотов перетаскать, и похоронить, а то они уже со вчера лежать, вонять скоро будет, скорее надо.

– Не имеем полномочий, - сказал офицер. – Сначала вы должны будите доложить обо всё офицеру разведки, затем ваши показания проверят и примут решения.

– Брось, Андрюха, они что, здесь целый день ещё лежать будут, - шепнул на уху офицеру один из солдат. – Давай похороним сначала, а потом уже доложим по форме. Они за дело правое погибли, а их даже по-человечески похоронить не могут.

Тем временем к берегу стали причаливать остальные плоты, по легенде, они были с другого участка фронта, показания наши были одними и теми же. Человеческое желание придать павших воинов земле, пересилило законы военного времени, и положив оружие на землю, бойцы стали перетаскивать тела с плотом на землю.

– Давайте сюда, товарищи! – жестом позвал я на помощь тех бойцов, что оставались сидеть на оборонительных рубежах.

– Бойцы, сюда, живо! – дублировал мою команду офицер.

Пока всё шло, так как мы запланировали. На рубежах послышалось копошение, шевеление, почти все поголовны, шли помогать без оружия. Конечно, вряд ли вышли все. Скорее всего, пулемётчики и снайперы остались на своих позициях, и при необходимости они нас здесь всех положат. Нужно было что-то делать.