Девочка-наваждение

Но жалеть пришлось мне. Меня поймали возле спортзала. Их было трое Борис, Артем Холодов и Харитон Панков. Сначала я думала, что просто будут задирать, но на этот раз все было гораздо страшнее.

Дорогу мне перегородил Харламов. У Панкова был руках телефон.

– Привет, Алисонька. А расстегни нам кофточку, - противно заржал Панков.

Я дернулась, чтобы проскочить между ними, но Борис схватил меня. А потом разорвал на мне блузку.

– Давай, детка жги. Да не бойся ты. Не собираемся мы тебя насиловать Больно надо. Сиськи у тебя красивые. Пусть ребята в чатиках посмотрят, - Панков глумился, снимая все, что происходит.

– Борь, не надо!
– попросила я, продолжая плакать. Но это только разозлило его.

Харламов встряхнул меня за тонкие и рыкнул:

– Ты, что, идиотка, вообразила?

Харитон протянул:

– Бор, сколько можно? Пусть сиськи покажет. Что ты ее уломать никак не можешь!

Недалеко от него к стенке привалился Холодов, который наблюдал за всем происходившим со скукой. И молча.

– Не ннадо. Пожалуйста-а-а! Нне трогайте мме-е-ня, - тихонько умоляла я.

Вдруг откуда-то со стороны раздалось:

– Плейбой купи. Там сиськи и посмотришь - это сказал парень из параллельного класса.

Матвей, кажется. Я не спешила радоваться, что он вмешался. Он один, а их трое.

Харитон направился к нему:

– Слушай, новенький, вот чего ты лезешь? Ты куда шёл? Стипендию отрабатывать? Так и ступай. Не мешайся.

Я замолчала, не знаю, что сейчас будет.

– Ай-яй-яй, Харитон. Не учили тебя, что девочек обижать нельзя? Не учили... Жаль. А стипендия... Не ты ж мне её платишь. Борь, отпусти девочку, - Матвей вел себя уверенно.

Холодов не поменял положения. И не вмешался в разговор.

– А то что?
– оскалился Борис, сжимая мои руки сильнее.

Мне больно. Я задержала дыхание, но почему-то не осмелилась просить помощи.

Дальше все произошло так быстро, что я не успела понять.

Матвей совершил один рывок - Харитон отлетел в сторону, а Борька согнулся от удара под дых. Я же оказалась у своего защитника за спиной.

– Ну всё, ушлёпок. Здесь ты учиться не будешь, - захрипел Харламов всё ещё из полусогнутого положения.

– А мне похрен!
– раздалось бодрое в ответ.

– Что здесь происходит?
– мы не заметили, как к нам подошли учителя.

На вопрос ответил Холодов.

– Белов пытался Алису изнасиловать. Мы с Харламовым и Панковым вмешались. Он кинулся драться.

И через паузу обратился ко мне:

– Так ведь, Алис?

Я его боюсь. Сильнее, чем Харламова и Панкова. Есть в нем что-то такое. Безжалостное. Артем раздавит и даже под ноги себе не посмотрит. Трясущимися руками я стянула на груди разорванную блузку.

Что мне отвечать?!

Судорожный вздох и прежде чем ответить, зажмуриваюсь:

– Артём...- голос у меня хрипит и выговорить сразу не получается, - Артём правду говорит.

Ненавижу себя. Но не могу сказать, как все было на самом деле. Слишком боюсь.

Матвей хмыкает.

– В кабинет директора. Все! Живо!
– рявкает учительница.

От ужаса еле переставляю ноги. Чем же это все закончится?

Глава 18

Алиса. Школа.

Жарикова, та учительница, что нашла нас, настолько вышла из себя, что загнала нашу процессию в кабинет к директору, даже не спросив у него разрешения.

И очень об этом пожалела.

Директор был не один. У окна в его кабинете, спиной к нам стоял отец Артема Холодова, Владислав Сергеевич, который, обернувшись к нам вполоборота, спокойно спросил:

– В чем дело, Артем?

Мне стало дурно. В кабинете установилась давящая тишина. Артем и Владислав Сергеевич смотрели друг на друга.

Директор школы, Антонов, учитель физкультуры и Жарикова замерли, чувствуя себя не в своей тарелке.

Мне показалось, что я сейчас потеряю сознание.

– Так в чем дело?
– повторил свой вопрос отец Артема, на этот раз конкретно ни к кому не обращаясь.

У меня вспотели ладони и взмокла спина. Лицо пылало.

Жарикова сказала:

– Новый ученик -Белов пытался изнасиловать девушку из 11 "б" - Селиванову Алису.

Зачем я согласилась с Артемом? Ведь при взрослых они мне ничего не сделают. Но вот потом...

Матвей окатил Жарикову странным взглядом. И негромко, но четко произнес:

– Виктория Васильевна, у меня нет необходимости кого-то насиловать. Мне девушки так дают. Не устояв перед обаянием. И удовольствия от принуждения я никогда не испытывал. Не то, что ваша золотая молодежь. Которая, судя по всему, нуждается в услугах хороших психиатров.

Женщина растерялась не зная, как реагировать. Учителя не связываются с Артемом, боятся потерять работу, ведь его отец - учредитель школы.

Директор побагровел и залепетал, обращаясь к отцу Артема:

– Владислав Сергеевич, мы сейчас во всем разберемся.

Отец Артема подошел к Матвею и спросил:

– Не боишься?

Хоть и спрашивал не у меня, но мне стало еще страшнее, чем было.

– Нет, - ответил парень ровно, - Не смотрели фильм Бодрова? Сила в правде.

Откуда у него столько смелости? Ведь с такими, как Холодовы, бесполезно бороться.

– Так что же случилось, Виктория Васильевна?
– теперь отец Артема обратился напрямую к Жариковой.

Она ответила. Неправду.

– Антонов искал ученика моего класса Белова Матвея, так как у них должна быть тренировка. Не мог найти. И попросил меня помочь. Поиски привели к площадке перед запасным выходом из спортзала. Там были Белов, Селиванова, Ваш сын, Харламов, Панков. На Селивановой была разорвана блузка - тараторит она в ответ, - Ваш сын сказал, что Белов пытался изнасиловать Алису, однако он с Панкратовым и Харловым успели помешать. Белов кинулся драться. Алиса подтвердила слова Вашего сына.

Холодов-старший посмотрел на меня, а у меня душа ушла в пятки.