Девушка с пистолетом "ТТ"

Зоя находилась на просёлочной дороге, соединяющей две главные трассы и проходящей мимо небольшого села Красное. Дорога была заброшенной, надеяться на проезжающую попутку не приходилось. Кроме того, стояла глубокая послеобеденная пора, и приближались ранние мартовские сумерки. В общем, положение было хуже некуда.

В этой глуши она оказалась по милости Галки, своей лучшей подруги. Та уговорила Зою приехать посмотреть на её новую дачу, а заодно устроить маленький междусобойчик, как в старые добрые времена. Дача находилась довольно далеко от города, но в очень живописной местности. Участки там стоили баснословные деньги, и Галка с мужем, люди отнюдь не бедные, потратили три года на то, чтобы довести её до ума. Сейчас Игорь находился где-то в ближнем зарубежье по своим делам, а Галина предложила Зое заехать к ней на вечерок. Мужчин не было потому, что у Галки с Игорем до сих пор была безумная любовь, и она ждала его возвращения из поездки, а у Зои был Матвей, который, хотя и сидел у неё в печёнках, не мог допустить, чтобы она встречалась ещё с кем-то. В этом случае Матвей мог, не раздумывая, прихлопнуть их обоих, как мух.

Хотя, когда она предупредила Матвея, что поедет к Галине, тот чересчур уж легко и поспешно отпустил её. Уже не в первый раз тревожный звоночек зазвенел в голове у Зои. Она чувствовала, что ещё чуть-чуть, и её вышвырнут, как ненужную вещь. И, хотя Матвея Зоя не любила, да и как было его полюбить, если Матвей чуть ли не силой заставил её стать своей любовницей (а отказаться нельзя было, попробуй тут откажись), ей было неприятно, что с ней обращаются, как с последней шлюхой. Но, иногда, теми редкими вечерами, когда Зоя оставалась дома одна, что-то внутри неё говорило, что, кроме как шлюхой, её назвать действительно нельзя. Тогда слёзы закипали в уголках ярко-зелёных глаз. Но она гнала эти мысли прочь, заталкивая их глубоко-глубоко, куда-то в самые дальние неосвещённые чуланчики своего сознания. Следовало жить. Жить и двигаться вперёд, несмотря ни на что. И надеяться, что, когда-нибудь, всё станет хорошо.

Зоя приехала к Галке вечером, и они просидели у камина за коньяком и беседой до двух часов ночи, вспоминая события прошлых лет, общих знакомых, делясь новостями. Лёгкая беседа согревала сердце, коньяк разгонял кровь, совместные воспоминания бередили душу, и, конечно, Зоя никуда не поехала, а осталась ночевать. На следующий день Галка повела её прогуляться по окрестностям, которые действительно оказались очень красивыми. Участок Галки и Игоря плавно спускался к небольшой речке, обрамлённой с обеих сторон невысокими скалами, покрытыми растительностью. Деревья, сцепившись ветками, своими тёмными кронами нависали над водой. Зоя даже не предполагала, что рядом с их городом есть такая красота.

К обеду они вернулись назад, сообразили стол из того, что находилось в холодильнике, а затем Зоя засобиралась домой.

И вот теперь она стояла здесь, у отказавшей машины, дорога была пуста, а небо затягивали противные серые дождевые тучи. Нужно что-то делать. Зоя поёжилась, застёгивая плащ на все пуговицы. Существовали две возможности: идти на трассу, ловить машину и просить водителя подъехать сюда и отбуксировать её «восьмёрку» до города, или идти в село и просить помощи там. До трассы было километров пять, до Красного, по прикидкам Зои, километра два. Зоя посмотрела на грунтовую дорогу, на свои сапоги, вздохнула и, заперев машину, направилась в сторону села. «Два, всё-таки, меньше пяти»- решила она.

До Красного Зоя добралась где-то за полчаса. Она шла по улице, высматривая дом, возле которого будет гараж. Увидев такой, она толкнула калитку и, пройдя двор, постучала в двери. Ей открыла невысокая симпатичная женщина, лет сорока, со скорбно сведёнными к переносице бровями.

– Вам кого? – спросила она вместо приветствия.

– Здравствуйте. Вы извините, ради Бога, - сказала Зоя, стоя на пороге. – У меня здесь недалеко поломалась машина. А на дороге никого нет. Скажите, ваш муж не мог бы отбуксировать меня до города? Я заплачу, - добавила она, заметив тень, скользнувшую по лицу хозяйки.

Женщина, с жалостью глядя на Зою, скорбно развела руками:

– Он уже с бригады пришёл никакой, - пояснила она, кивая вглубь хаты. – Набрался так, что даже раздеться не смог. Лежит сейчас бревно бревном, как пингвин.

– Ну, извините, - разочарованно сказала Зоя.

– А вы пройдите дальше, - посоветовала женщина. – Вон, через два дома, зайдите к Сенчукам. Поговорите с ними, они должны помочь. Мой Семён, когда трезвый, вас, конечно, обязательно бы отвёз, но …

Женщина опять развела руками.

– Понятно. Спасибо, - поблагодарила Зоя, спускаясь с крыльца.

Но ни во втором, ни в третьем, ни в четвёртом дворе ей не повезло. Состояние глав семей в двух следующих домах, где были гаражи, мало отличалось от состояния так и не увиденного ею Семёна. В следующем доме на стук вообще никто не открыл, не было хозяев. В другом – хозяин был на месте и трезв, но машина уже вторую неделю находилась в разобранном состоянии. Зое начало казаться, что она попала в заколдованный круг, и ей уже никогда отсюда не выбраться.

Когда она зашла в очередной дом и узнала, что хозяина нет, уехал на машине и будет только поздно вечером, Зоя в отчаянии спросила:

– А хоть телефон у вас здесь где-нибудь есть?

Телефоны были в двух домах. В одном, находящемся на другом конце села, и в доме, где она побывала перед этим.

Зоя вернулась туда, извинилась перед хозяевами и попросила разрешения позвонить. Те, естественно, не возражали, но предупредили, что связи с городом может и не быть, что уже стало для них, в общем-то, привычным. Зоя и сама догадывалась, что если судить по тому, как всё складывается, то дозвониться она не сможет. В трубке действительно раздавался треск, шум, но слышался слабый сигнал и, к своему удивлению, со второй попытки Зоя попала на Матвея.

Матвей, сняв трубку, сначала не мог ничего разобрать из-за помех, доносившихся оттуда.

– Да… Что? … Громче … громче говори… Кто? … А-а-а, - наконец врубился он. – Где ты?… Как?… Понятно… Понятно, говорю. Как называется село? Красное? А где машина?… Ясно. Значит так, возвращайся к машине и жди, сейчас к тебе приедут. Всё.

Он положил трубку.

– Кто это, котик? – капризно, надув ярко накрашенные губки, спросила сидящая на диване темноволосая девушка лет двадцати. Её умопомрачительно длинные ноги, открываемые короткой юбкой, разделяли диван двумя молниями и походили на знак СС.

– Одна бывшая знакомая, - холодно ответил Матвей, набирая номер Биты. – Просит помочь, по старой памяти.

Зоя поблагодарила хозяев и вышла на улицу. Серело. Сейчас наступит короткий мартовский вечер, а затем опустится ночь. С неба пошёл мелкий холодный моросящий дождик.

Зоя вздохнула и отправилась обратно к машине.

26.

Матвей перезвонил Бите и сказал ему, что надо забрать Зою возле села Красное, где она сейчас находилась. Биту он нашёл только с третьего захода, достав его в машине по сотовому телефону. Бита сказал, что всё будет в порядке, доехал до центра и попытался оттуда связаться с Петровичем. В мастерских никто не отвечал, значит, срочных заказов на сегодня не было, и все разошлись. Звонить Петровичу домой Бита не захотел, рассудив, что поручить пригнать машину можно любому из своих людей. Что он и сделал, увидев Шиза.

Шизу было это поручение совершенно ни в дугу, потому что они с пацанами собирались сейчас взять баб у Левика Райзмана и завалиться в Завражный, в сауну. Шиз уже пальцами ощущал начало классного оттяга и тут, на тебе! – бери и тащись, на ночь глядя, хер знает куда, вытаскивай чью-то машину. Он попытался отмазаться, но сам понял, что звучит неубедительно. А Бита наклонился к нему и спросил:

– Ты хочешь, чтобы я туда поехал?

Шиз не хотел, чтобы Бита ехал туда, потому что тогда Шизу было бы очень плохо. Но и самому ехать, вместо Завражного, за город, за машиной, не хотелось. Поэтому Шиз не бросился сразу исполнять полученное распоряжение, а начал шурупать мозгами, как ему поступить.