Девушка с пистолетом "ТТ"

– Сейчас.

Женя опрометью бросился к машине. Дождя он уже не чувствовал, поглощённый своими мыслями. С тросом Женя быстренько вернулся к «восьмёрке», с грустью отметив, что Зоя закрыла дверь, а по стеклу стекали струйки воды, и её лица не было видно.

Он долго пыхтел под днищем машины, прикидывая, куда приладить трос. Наконец он прицепил его за передний мост, сделав накидную петлю. Развернув свой «жигулёнок», Женя стал перед «восьмёркой». Другой конец троса он набросил на крюк сзади своей машины, предназначенный для крепления прицепа. Подёргав для уверенности за оба конца, Желток махнул рукой Зое и сел за руль «шестёрки». Осторожно и плавно он тронулся с места, ощутив рывок, когда натянулся трос. После этого проехал пять метров, выругался, остановился и снова выскочил из машины.

– А куда ехать-то? – крикнул он, подбегая к «восьмёрке».

Зоя чуть опустила стекло и насмешливо смотрела на мокнущего Женю.

– Жукова, десять.

– А квартира? – спросил Женя, переступая с ноги на ногу и пряча стынущие руки в рукава куртки.

– Перебьёшься, - ответила Зоя, поднимая стекло.

– Облом, - грустно прогудел Желток, возвращаясь обратно.

Дорога назад прошла благополучно, хотя Женя первый раз в жизни буксировал другую машину. Но, зато его вместе с «запорожцем» много раз таскали на привязи, и Желток запомнил, что ехать надо равномерно, не очень быстро, без рывков. Мало-помалу, держа скорость тридцать-сорок километров в час, они добрались до города. На перекрёстке улиц Гагарина и Жукова Женя замешкался, не зная, в какую сторону повернуть, но Зоя просигналила ему правым поворотом, и он послушно свернул в нужном направлении.

По улице Жукова Желток ехал медленно, высматривая десятый номер. Возле нужной многоэтажки он притормозил и побежал обратно к Зое.

– Куда? – спросил Женя.

– За следующим домом свернёшь во двор, там будут гаражи. Пятый справа.

Они объехали здание, подъехали к гаражам и остановились у нужного бокса. Пока Женя возился с тросом, Зойка выскочила из машины, открыла ворота, включила освещение в гараже и стала поджидать его там, укрываясь от дождя. Возиться с тросом пришлось долго, петли затянулись туго, и пока Женя не сбегал к багажнику за отвёрткой, дело не шло. Расцепив, наконец, обе машины, он отогнал «Жигули» в сторону, освободив «восьмёрке» дорогу.

– Заталкивай сюда, - крикнула Зоя и добавила, - Арнольд.

Женя действительно был чем-то похож на Шварценеггера, только перенесшего тяжёлую и продолжительную болезнь. Он внимательно осмотрел въезд в гараж, тот был невысоким и довольно пологим.

– Скорость на нейтралке? – спросил Желток Зою.

– Естественно.

– Тогда я толкаю, а ты крути руль.

– Я выставила, - сказала Зоя, которой очень не хотелось выходить под дождь. – Вот, как сейчас прямо стоит, так и толкай.

Женя налёг на машину, но запихнуть её в гараж ему удалось только со второй попытки.

– Всё, - сказал он, стараясь не слишком отдуваться. – Порядок.

Зоя посмотрела на него. Женя стоял перед ней, вымокший до нитки, роняя крупные капли на бетонный пол. Его пальцы слегка подрагивали. И, хотя причиной этому было волнение (Женю всегда колотило возле женщин, которые ему нравились), Зоя решила, что это от холода, поскольку сама она довольно ощутимо озябла.

Если бы это был кто-нибудь из известных ей людей Матвея, она, не колеблясь, поблагодарила бы его и отправила куда подальше. Но, Желток настолько отличался от этой публики, что, волей-неволей, она вспомнила о приличиях и задала простой естественный вопрос:

– Может зайдём ко мне? Выпьешь чего-нибудь горячего и обсохнешь, пока воспаление лёгких не заработал, - и добавила, пристально глядя на него. – Если, конечно, Матвея не боишься.

Женя был настолько ошарашен приглашением, что не сразу сообразил, кто такой Матвей, и ответил вопросом на вопрос:

– А чего мне его бояться?

Зоя покачала головой.

«Полудурок» – решила она. – «Либо больной, либо сумасшедший».

Здесь ей в голову внезапно пришла простая мысль, а вдруг этот человек со стороны и, действительно, к Матвею никакого отношения не имеет. Мало ли кто он такой, и какими путями его попросили помочь. Хорошо же она выглядит в этом случае!

– А ты разве не на него работаешь? – решила всё-таки уточнить Зоя.

Женя уже оклемался и пришёл в себя. Он понял, о каком Матвее идёт речь, и начал догадываться, какое Зоя может иметь к нему отношение. Любой нормальный человек при этом тихонько бы распрощался и исчез от греха подальше. Но, Женя был романтиком. Полным и безнадёжным. А романтики, как известно, это группа умственно неполноценных людей, готовых, ради призрачного сиюминутного счастья, наплевать на последствия. Поэтому Женя тяжёлой полновесной слюной, но, правда, мысленно, плюнул на все последствия и ответил:

– Работаю, но не боюсь.

Он ещё не знал, какую роль в его жизни сыграет эта фраза.

27.

Вечер удался на славу. Гудели вовсю, оттягиваясь, кто как хочет. Сауна была подготовлена на «отлично». Точнее говоря, она всегда была в полной боевой. И без клиентов не простаивала никогда. Весь город ездил сюда, и не только город, а и близлежащие районы. Изредка здесь появлялись мэр и губернатор, чаще - публика помельче. Сегодня здесь отдыхали ребята Матвея.

Обслуживание было на уровне. Собственно, обслуживающего персонала был минимум, необходимый для того, чтобы всё поддерживалось в норме. Кроме того, их задачей было: держаться в тени и не мозолить глаза клиентам. Все пожелания и заказы принимал Сёмушка, управляющий этим заведением, будучи одновременно младшим братом его владельца Бориса Трегубовича, «главного банщика».

После парилки и бассейна пацаны расслаблялись в холле в компании девочек, взятых у Лёвы Райзмана. Лёва деликатно поинтересовался, на вечер или на всю ночь, на что ему кратко ответили: «Как получится». И всё. Правда, Лёвчик надеялся, что ребята быстро дойдут до кондиции, и получится не на очень долго, так, чтобы девочки ещё успели этой ночью поработать и принести ему свой профит.

Братанов было пятеро, дам-с - соответственно, водки – море. Закуски заказали много, но попроще, безо всяких фуршетов с грёбаными бутербродами, всё наше, родное, главное – побольше. Травку и колёса ребята взяли свои, а серьёзной дурью никто из них не баловался. В общем, всё по уму.

Было. До определённого момента. Пока всё не испортилось. А поламал кайф, естественно, Шиз.

Случилось это уже в позднем часу, когда гулянка была в самом разгаре. К тому времени все находились под приличным градусом, пацаны приняли в себя по банке водки, догоняясь косяками и таблетками, девки насосались вина и шампанского, однако более осторожно, помня, что сегодня ещё, возможно, придётся работать по вызовам. Братва скопом отходила своих партнёрш в разных ракурсах, меняясь ими бессистемно в произвольных вариантах.

Сейчас все они разместились в просторном холле кто где, по двое, по трое, по четверо, в банном наряде, то есть, совсем без ничего. Глаза у Шиза уже с полчаса как превратились в оловянные пуговки, глубоко вшитые под надбровные дуги. Отрываться он любил, а сейчас отъехал дальше и выше остальной братвы. Мысли Шиза, и раньше не отличавшиеся изыском, превратились в совсем простенькие и плоские, как, например, в утверждение своего мужского превосходства.

Четверо остальных чувствовали себя довольно вяло, после парилки и любовных утех пребывали в полной расслабке. Шиз же забил с Баксом, что сейчас ещё раз отжучит Ингу, самую привлекательную из имеющихся подруг. Бакс, по состоянию близкий к Шизу, согласился и приготовился смотреть, поскольку участвовать ни в чём таком уже не мог.