Дикая Софи
Шрифт:
Тут он услышал скрип тяжелой двери: во двор вышли Раймунд и Станислав. Выглядели они удрученными и обессиленными. Станислав сел на край колодца. Несколько минут они молчали. Но потом Ян, в пятнадцати метрах над их головами, слышал каждое их слово.
— Нам конец, — заговорил Раймунд. — Можно прямо сейчас броситься в колодец.
Станислав схватил товарища за плечо:
— Не делай глупостей.
Раймунд горько рассмеялся:
— Но ведь король прав. Мы оба ужасно оплошали. Либо мы найдем его и вернем, либо окажемся в темнице. Представь: ни лучика света, только вши и крысы. И
Тут уж Ян на дубе не выдержал.
— Я здесь! — выкрикнул он, не успев подумать. — Здесь, наверху.
Раймунд вздрогнул и дернул Станислава за рукав:
— Ты слышал? Это же… нет, ушам своим не верю…
Слуги растерянно оглядывали двор и стены замка.
— Я наверху, на дубе, — подсказал Ян. — Спустите меня как-нибудь.
Старики уставились друг на друга, отступили на несколько шагов, задрали головы и посмотрели на крону дерева. И правда, между листьями, на огромной высоте виднелось бледное лицо принца.
— Не шевелись! — отрывисто крикнул Станислав. — Пожалуйста, не шевелись, не делай никаких движений. Ты можешь упасть, — молил он, заламывая руки.
— Нам нужна лестница, — сказал Раймунд.
— Да, лестница, — повторил Станислав.
Раймунд лихорадочно соображал:
— У конюшни, кажется… Нет, в сарае с инструментами должна быть. Пойдем, скорей, скорей.
Лесным пожаром по замку распространился слух, что принца нашли — на крыше, нет, во рву, нет, в колодце, нет, подтвердилось самое невероятное — на дубе.
Во двор сбежались слуги и солдаты. Известили королевскую чету. Началась спасательная операция.
Когда наконец принесли приставную лестницу, придворный носильщик по лестницам залез на дуб и спустил принца. Фердинанд к этому моменту едва не упал в обморок, пришлось снова обрызгать его розовой водой. Изабелла, стоявшая рядом с ним, кусала губы от волнения, но не проронила ни слова. Еще три, две ступеньки, последняя, носильщик ступил на землю, и королева заключила сына в объятия.
— Ян, мальчик мой, — сказала она, — господи, как же ты нас напугал!
Однако над принцем тут же склонился король.
— Ничего не сломал? Все цело? — спросил он. — Надо немедля обследовать тебя с головы до ног. — Тут он увидел порез на ладони Яна. — Чуяло мое сердце! Он тяжело ранен! Что же они с ним сделали! — Король оглянулся в поисках придворного врача. — Скажи правду, он выживет?
— Прогноз благоприятный, ваше величество, — ответил врач. — Надо продезинфицировать, нанести несколько мазей, возможно, сделать небольшую операцию.
— Операцию? — воскликнул король. — Так я и знал!
— Да уже почти не болит, — сказал Ян.
— Ты в этом ничего не понимаешь. За дело, доктор, приступай к лечению. И горе тебе, если схалтуришь!
Принца уложили на носилки, закутали в пять одеял и отнесли в медицинский кабинет. Там им занялись врач и четверо санитаров. Яна обмазали йодом; не только порезанную ладонь, но и всю левую руку до плеча забинтовали и подвесили на перевязь; на колено прилепили огромный пластырь, и на всякий случай врач намотал второй моток марли принцу на голову. В итоге Ян стал действительно
похож на тяжелораненого. Ему дали десять ложек рыбьего жира и наконец принесли обратно в его комнату. Король во главе колонны лично отогнал с дороги Раймунда и Станислава, ожидавших в коридоре с серыми лицами.Лишь когда Ян уже лежал в своей кровати, потея под одеялами, Фердинанд позволил Изабелле подойти к сыну.
— Теперь расскажи мне по порядку, что произошло, — велел Яну король. — Как выглядели похитители? Как они затащили тебя на дерево? Я передам твое описание Родерику, и уж, клянусь Богом, он их найдет!
— Меня никто не похищал, я сам ушел.
— Что? Как? — Лицо Фердинанда приняло совершенно глупый вид.
— Я налил валерьянки в чай Станиславу и Раймунду. Они не виноваты. Тебе не за что бросать их в темницу.
— Но почему же, разрази меня гром?.. — Фердинанд поправил съехавшую корону.
— Пообещай мне, что не посадишь их в темницу, — попросил Ян.
— Ладно, согласен. Чего не скажешь в сердцах. Но я хочу знать, отчего ты решил устроить нам такую пакость.
— Просто так. — Ян сжал губы и поклялся себе не рассказывать лишнего.
— Просто так, — проворчал король. — Просто так разбил окно. Просто так залез на дерево. Да что тебе в голову взбрело? Ты раз десять рисковал жизнью!
— Я… но я же был осторожен, папа.
— Нет, ты доказал, что как раз этого ты не умеешь.
— Не будь с ним так суров, — вмешалась Изабелла. — Все дети иногда делают глупости.
— Но не мой сын. — Фердинанд скрестил руки на груди.
— С дуба видно поля, леса, небо, — сказал Ян.
— Но у тебя же есть книги с картинками, там ты можешь любоваться полями и лесами сколько угодно. Чего еще тебе нужно? Еще больше книг? Большего размера? Больше больших картинок? Еще более красочных? Так они у тебя будут!
Ян помотал забинтованной головой:
— Я предпочел бы каждый день ходить на прогулку.
— Даже не обсуждается! — воскликнул король. — Сперва посмотрим, не будет ли у тебя осложнений. Пока это неизвестно, ты не сдвинешься с места.
— О Фердинанд! — упрекнула его Изабелла.
— Нет, нет, однажды я уступил тебе. Но теперь пришло время решительных мер. Я не допущу, чтобы наследник престола снова так легкомысленно рисковал своей жизнью.
— И какие же это решительные меры? Наймешь еще дюжину стражников?
— Этого недостаточно. Во-первых, я велю поставить решетки на все окна. Во-вторых, будет возведена новая крепостная стена, вдвое выше нынешней. Пусть тогда кто-нибудь попробует ворваться или вырваться из замка. — И Фердинанд злорадно рассмеялся.
— Муж, ты что, хочешь превратить королевский замок в тюрьму?
— Я делаю, что должен.
— Но я хочу гулять, — настырно повторил Ян. — Во дворе и дальше.
— Об этом я подумаю позже. Разве я неясно сказал? В-третьих, я распоряжусь, чтобы этот дуб спилили.
В лице Яна не осталось ни кровинки. Он откинул одеяла и встал с постели.
— Нет, — тихо произнес он. — Ты этого не сделаешь.
Король потерял дар речи от удивления. Совладав с собой, он ответил:
— Ты что, перечить мне вздумал? Сейчас же ложись в постель! Понятно?!