Дмитрий Красивый

В это время хлопнула дверь, и в светлицу вбежал княжеский слуга. – Пресветлый князь! – крикнул он. – К тебе идут приезжие люди! Стражник Ходына говорит, что они из Волыни и с ними сам славный князь!

– Неужели, Бенко?! – вскричал князь Роман в волнении. – Разве это мой тесть, Лев Юрьич? Ты не ошибся, бестолковый?!

– Не ошибся, княже, – кивнул головой слуга. – Думаю, что это сам луцкий князь!

– Господи, да что же там случилось?! – перепугался епископ Арсений. – Князь из далеких русских земель сюда пожаловал не случайно! Вот тебе, сын мой, и жестокая война! Я чувствую неминуемую беду, вызванную твоими несдержанными словами!

– Теперь нам не до охоты, – сказал, ожидая с нетерпением гостей, брянский князь. – Отложим, сынок это дело, – кивнул он головой сидевшему на скамье рядом с владыкой князю Дмитрию, – и примем нашего дорогого гостя! А потом мы все, скопом, пойдем в лес и порадуемся охоте! Не так ли, сын мой? Кабаны ведь не убегут от нас со своих насиженных мест?

– Так, батюшка, – кивнул головой князь Дмитрий, – не убегут! Там у них – любимое лежбище! Совсем нетронутое…К тому же наши служилые люди берегут это место от черного люда и не тревожат чуткого зверя без надобности!

В этот момент в княжескую светлицу вошли, одетые в богатые медвежьи шубы, луцкий князь Лев Юрьевич и два его боярина.

– Здравствуй, брат Роман, низкий тебе поклон! – громко сказал шедший впереди, высокий и гордый, седовласый князь Лев.

– Здоровья тебе, славы и богатства! – едва ли не единогласно прокричали, низко кланяясь, луцкие бояре, которые, будучи крепкими, молодыми и кряжистыми, почти на две головы уступали в росте своему князю.

– Здравствуй, брат! – весело сказал Роман Глебович, слезая со своего кресла и троекратно обнимая тестя. – Мне следовало бы называть тебя батюшкой, но я ведь старше тебя на восемь лет, не правда ли?

– Правда, брат, – усмехнулся князь Лев. – Однако ты взял мою дочь по праву и закону! Как поживает, здорова ли, счастлива ли моя Евдокиюшка?

– Она здорова и счастлива, брат мой! – кивнул головой князь Роман и дал знак стоявшему у дверей слуге принести еще одно кресло. – Мы любим твою дочь: она славная супруга и хозяйка, принесшая мне добрых детей…А это – Дмитрий, мой сын и твой внук, полюбуйся на него!

Князь Дмитрий встал и троекратно поцеловался со своим дедом.

– Красив твой сын Дмитрий! – блеснул большими синими глазами луцкий князь, пристально глядя на внука. – Видать, немало ты пленил красавиц, так, Дмитрий?

– Так, дедушка! – кивнул тот головой. – Я люблю красивых девиц так, как надо, без лишней скромности! Известно, что петух хорош только тогда, когда топчет множество кур!

– И речь у тебя приятная, мой внук! – улыбнулся Лев Юрьевич, и его красивое, с аккуратной русой бородкой, лицо пожилого человека осветилось внутренним теплым светом. Благослови же меня и моих людей, святой отец! – он вдруг повернулся к епископу Арсению, увидев его, сидевшего на скамье напротив князя.

– Да благословит тебя Господь! – сказал, вскочив со скамьи, растерявшийся старик. – И всех твоих бояр! – Он приблизился к гостям и быстро перекрестил склонившиеся перед ним головы.

В это время слуги внесли большое черное кресло и поставили его рядом с креслом князя Романа. – Садись, брат! – указал рукой на кресло князь Роман. – А вы, луцкие бояре, садитесь на скамью, рядом с нашим владыкой!

– Небось, устали с дальней дороги? – спросил он, усевшись, глядя на волынского князя. – Может, пойдем пообедаем, если вы голодны?

– Лучше пока посидим, брат, – кивнул головой знатный гость, – и отдохнет с дороги в полезной беседе. Мы не голодны: утром, еще в обозе, приняли пищу…

– Тогда хорошо. Просьба дорогого гостя – закон! – весело сказал Роман Глебович, хлопнув в ладоши! – В светлицу вбежали два здоровенных краснорожих молодца. – Бегите-ка, ребята, – приказал он, – к моему огнищанину Микуле Милковичу и передайте, чтобы он готовил богатый пир! У нас в гостях мой славный тесть!

– Слушаемся, княже! – вскричали молодцы. – Мы в один миг! – И они выбежали в простенок.

– А пока мы поговорим, брат мой, – сказал князь Роман, удобно усевшись в своем кресле. – Расскажи нам, как вам нынче живется на Волыни?

Князь Лев закрыл глаза и задумался. – Да, брат, – сказал он немного спустя, – мне есть о чем тебе рассказать, но мои новости нерадостные! – И он начал свое повествование, не спеша произнося слова и отдельные фразы, удивляя слушателей изяществом своей речи и логичностью мышления. А рассказать ему было что!

Оказывается, князь Лев прибыл в Брянск не случайно: на галицко-волынские земли хлынули полчища литовцев.

Совсем недавно на великокняжеский стол в Литве «сел» молодой, энергичный полководец Гедимин, пришедший на смену старому князю Витеню. Как это случилось, не знал никто. Одни говорили, что Гедимин был, якобы, простым конюшим у Витеня и убил его с помощью своей любовницы – молодой княгини. Другие же утверждали, что Гедимин был младшим братом умершего Витеня и унаследовал престол законно. Большинство же людей, прибывавших из Литвы, считали, что Гедимин был сыном Витеня и получил великое княжение по наследству после того, как его отца убила молния.

– Тот Витень был сражен молнией потому, – говорили на Волыни немецкие купцы, – что был подлым язычником, а не честным христианином!

Последняя версия гибели старого князя была более правдива потому, что Гедимин, наоборот, прилюдно говорил о смерти Витеня, как о каре разгневанных богов, поскольку старый князь подумывал о принятии христианства и всегда скептически относился к своей вере.

Итак, этот Гедимин, придя к власти, начал решительную борьбу со всеми своими противниками. Прежде всего, он обрушился собранными со всей Литвы и принадлежавшей ему части Руси войсками на немцев, освободил от них Жмойтское княжество и вновь присоединил его к Литве. Немецкий орден уже не наступал, а лишь оборонялся, когда Гедимин вторгся в Добринскую землю. Там он подверг беспощадному разгрому все встретившиеся на его пути войска крестоносного рыцарства.

После этого жестокого урока, который преподнес им Гедимин, немцы уже долго не беспокоили пределы Великого княжества литовского.

Освободив свои руки от врагов на севере и западе, великий литовский князь повел свои войска на Галицию и Волынь.

Только под Владимиром-Волынским он встретил упорное сопротивление. Здесь княжил Владимир Владимирович, доблестный и отважный воин. Десятки раз бросались литовцы на штурм стен древнего города, подводили к ним тараны и пороки, но все было бесполезно: город держался!

И, тем не менее, Гедимин добился успеха и здесь. Это случилось, когда князь Владимир, выйдя из города и пытаясь разбить превосходившего его численностью врага, погиб в ожесточенном сражении. После этого горожане, убеждаемые посланниками Гедимина, в войске которого преобладали русские, открыли ворота своего стольного города на милость победителя.

Гедимин, выполняя свое обещание, не тронул жителей занятого его войсками Владимира, но лишь обложил их умеренной данью и посадил в городе наместником своего сына Любарта.