Дневные

Недолгая поездка в полицейской машине - Ханна, очевидно, позволяет использовать служебные машины частным охранникам, что показалось Клэр плохой идеей - прежде чем они остановились перед железными воротами старого дома, который выглядел своего рода крепостью. Узкие решетки на окнах, неприступные двери в готическом стиле. Вывеска над дверью гласила "Морганвилльский центр психического здоровья". Явно не подает надежды.

Полностью остановив машину рядом с входной дверью, охранники развернулись, чтобы посмотреть на нее.

 - Не доставляй нам больше хлопот, - сказал тот, которому она не ломала нос.
– Я не люблю бить тощих девчонок, но если ты выкинешь подобный трюк снова, обещаю, я, не колеблясь, свалю тебя на землю.

Другой одобряюще что-то пробормотал, но с его переполненным кровью носом и плохим настроением Клэр ни в чем не могла быть уверена. Она сидела тихо, когда нетравмированный мужчина открыл дверь, и позволила ему помочь ей вылезти, так как связанные за спиной запястья делали это в десять раз тяжелее (в чем, вероятно, и была вся соль). Каменистая серая масса здания - психушки - нависла над ней, словно хотела раздавить и захоронить ее, и она задрожала от страха, представив свое будущее. Нет, мы выберемся отсюда, подумала она. Я и Ева, мы разнесем это место и спасем Стеклянный Дом, Майкла, Оливера и Мирнина, и снова все будет хорошо.

Но Фэллону удалось посеять семя сомнения. Потому что что на самом деле означает "все хорошо"? Статус-кво? Вампиры, продолжающие угнетать и причинять ущерб людям для собственного богатства и преимущества? Люди, ненавидящие вампиров и пытающиеся их всех убить? Постоянное напряжение и кровопролитие с обеих сторон? Она на правильной стороне, и есть ли вообще эта правильная сторона? Должна быть, ради баланса. Вы должны быть на стороне тех, на кого охотятся и заключают в тюрьму, разве не так?

Тем не менее. Мучительное ощущение, что в этой морально серой зоне она была не на той стороне, действительно начинало пугать ее.

Пока старые готические двери не распахнулись, и доктор Ирэн Андерсон вышла, чтобы поприветствовать их.

Она выглядела так же, как в Кембридже, когда она очень нравилась Клэр как наставник; она выглядела спокойной, компетентной и изворотливой, вовсе не как агент зла и хаоса. Белый халат, в который она была одета, давал ей большее впечатление законности. Но взгляд, которым она окинула Клэр, был холодным и довольным.

 - Я так рада снова увидеться с тобой, Клэр, - сказала она.
– Пожалуйста, входи. Я уверена, ты будешь так же счастлива, как и я, что мы снова работаем вместе для общего блага.

– Если вы имеете в виду ничуть, то да, - согласилась Клэр. У нее не было никакого желания сделать пару шагов в сторону двери, где ждала Андерсон, но выбора не было. Двое подражателей копам позади нее запихнут ее туда, если она не пойдет по собственной воле, и Андерсон это бы доставило уйму удовольствия. Из ее страха.

Не сводя с нее взгляда, Клэр подошла, чтобы присоединиться к доктору Андерсон, которая по-дружески положила руку ей на плечо.

 - Так приятно снова с тобой встретиться, - сказала она, и это была ложь, взгляд в ее глазах был нечитаемым.
– Не бойся. Мы поможем тебе оставить в прошлом это чувство лояльности к вампирам. Это не твоя вина. Ты больше заложница Стокгольмского синдрома, стремишься порадовать тех, у кого есть над тобой власть, чтобы выжить. Ничего зазорного, это можно исправить.

– Спасибо. Можно их снять, пожалуйста?
– Клэр загремела своими наручниками. Андерсон расплылась в улыбке.

– Может быть, позже, - сказала она.
– Мне кажется, у тебя появились очень вредные привычки, Клэр. Я хочу быть уверена, что могу доверять тебе.

– Вы можете доверять мне, - сказала Клэр.

– Чтобы что? Разыграть меня? Да, определенно, я могу доверять тебе в той же мере, что и твоей подруге Еве.

Клэр не могла не спросить.

– С ней все в порядке?

– Да, - сказала Андерсон.
– Ты скоро ее увидишь.

Дверь загремела и закрылась позади них, и когда они зашли во мрак, Клэр подавляла ощущение, что она только что совершила ужасную ошибку.

***

В психушке (ладно, она не так называлась, но Клэр не могла так не думать) было на удивление тихо и, как только ее глаза привыкли к слабому освещению, ярко. Новый упругий ковер, мягкий под ее ногами, и она почувствовала резкий запах новой краски для стен. Здесь, как и в остальной части Морганвилля, был косметический ремонт.

Но двери - тяжелые металлические двери со вставленными раздвижными окнами - заперты.

– Весело тут, - сказала Клэр.
– Где Ева?

– Начала курс лечения, - сказала Андерсон.
– Не беспокойся, ты увидишь ее, но не сразу. Это больше иммерсивная терапия.

– Я полагала, что вам нужна моя помощь, чтобы сделать больше копий ВЛАДа.

 Так она назвала - может быть немного причудливо - устройство, созданное ею в лаборатории Мирнина, которое работало в качестве своего рода супер-тазера для вампиров, только он атаковал их ментально, а не физически. Это эффективно. Слишком эффективно на самом деле.

– Ты саботировала последний экземпляр и несешь ответственность за все смерти, которые произошли из-за твоих действий, - сказала ее бывшая наставница. Она не могла скрыть негодование в голосе.
– Из этих соображений я не думаю, что могу доверять тебе, Клэр. Это слишком плохо. Ты очень яркая девушка, и ты могла бы совершить великие дела.

– Все еще могу, - ответила Клэр.
– Но не с тобой, потому что ты сошла с ума.

– Тебе лучше знать, учитывая твою... близость с Мирнином.
– Что-то было в голосе Андерсон, что Клэр сначала посмотрела на нее удивленно, а потом гневно.
– Он знает, твой парень? О твоем романе с вампиром?

– Нет никакого романа!

– Как твое поколение это называет? Ты с ним спишь?

– Ааа, - сказала Клэр.
– Просто заткнись. Ты сама ставишь себя в неловкое положение. Я думаю, это ты хотела переспать с Мирнином, но не вышло.
– Она сказала это и даже немного почувствовала вспышку удовольствия, когда доктор Андерсон вздрогнула. Она научилась у Шейна грязным дракам, но наступать на чье-то больное место - от Моники Моррелл. Забавно, что вы можете чему-то научиться даже от ваших злейших врагов.
– Кроме того, я думаю, ты обжималась со скользким доктором Дэвисом в Кембридже. Он говорил тебе, что затащил в постель мою соседку? Или, может быть, сейчас ты сошлась с Фэллоном? Не важно. Они оба лузеры, и это многое говорит о тебе как о человеке.

Трудно сказать по яростному румянцу Андерсон, какая из догадок попала в цель, но это действительно не имело значения; Клэр попала прямо в десятку. Андерсон открыла скрипящую металлическую дверь, толкнула в нее Клэр, и как только она успела подобрать под себя ноги, она услышала гулкий шум, ее чуть не зажало.. а затем поворот ключа.

Комната не была большой - простая, как и любая камера, с небольшой двуспальной кроватью, подушкой, одеялом, а также небольшим деревянным комодом, и Клэр представила, как будет хранить в нем стандартную пижаму и и нижнее белье для пациентов. Над раковиной было прикреплено зеркало - не стеклянное, конечно. Пластиковое. По крайней мере туалет/душ был в отдельном небольшом алькове.