Долг

На улице я просидела не меньше часа. Прислонилась пострадавшей щекой и скулой к холодному камню и просто сидела. Я на перепутье. В пропасть или в гнилую жизнь? Выбор сложный. Удивительно. Но меня не спросят, впрочем, как и всегда.

Когда стало холодать, мне пришлось плестись в дом. Вся «дружная» компания сидела в кухне. Слышала их приглушённые голоса, но разобрать не могла. Мимо них я просто прошла и поднялась наверх. В гостиную заглядывать не хотела. Увидеть умирающего перед сном к кошмарам. Мне их и так достаточно, да и не выдержу я сегодня…

Переодевшись, я легла на кровать и закрыла глаза. Уснуть не получалось долго. Пару раз вставала и просто ходила по комнате от стены к стене. Я не ждала чуда или надеялась на какой-то случай. Просто мне было не уснуть. Голова была пустая. Я никого не жалела и не сочувствовала, но когда я допускала мысль о том, что буду присутствовать на похоронах Лорина, глаза мои слезились и я тут же отбрасывала всё и старалась забыться. Сон пришёл, как всегда внезапно, и я просто провалилась во тьму.

Утром я проснулась от боли. Лежала на правой щеке и видимо сильно начала ёрзать. Комната была ещё не полностью наполнена светом, поэтому я тут же поднялась и начала одеваться. Голова трещала, как медный котёл, а во рту была сухость. Хотелось пить. «Умер» — тут же всплыла мысль в голове. Боже, да как же заставить заткнуться свой внутренний голос?! Но я боялась. Сейчас я была отдохнувшей и соображала здраво. И то, до чего я додумывалась, меня не радовало.

Спустилась медленно вниз. Кухня была пуста. Я замерла возле косяка в нерешительности. Живой или они уже вынесли тело? Глаза заслезились, и я улыбнулась. Слабачка, даже не могу позлорадствовать над умершим врагом.

Решительно шагнула вперёд и развернулась. Ну, для начала, на полу лежали… ликаны. Они крепко спали. Сон у этих существ никогда не пропадёт. Они достали все спальные принадлежности, которые у нас были, и разлеглись на полу. Перевела взгляд на диван. Лежит. И первые несколько секунд меня одолевала мысль, что он умер. Лорин лежал неподвижно всё в той же позе, в которой я оставила его вчера. Тихий… и умиротворённый… слёзы-таки хлынули из глаз.

«Разуй глаза, кретинка» — вдруг услышала я. Сморгнула влагу и присмотрелась. Твою мать. Этот сукин сын дышит! Медленно, но дышит! Я тут же утёрла нос и…глаз. Правым я плохо видела, но слезился он наравне с братом.

Осторожно подошла к дивану, стараясь не наступить на руку Франка. Слух у них хороший, только тогда, когда они не крепко спят. Я аккуратно присела на край дивана и наклонилась поближе к ране. Швы не разошлись и они не кровоточили, а это самый лучший знак. Лорин уже не потел. Дыхание мерное, не порывистое. Только я не пойму, он спит или без сознания? Чёртов засранец живой. А я уже начала подозревать, что смерть забирает действительно всех. Он её любимчик, она с ним ещё поиграет. Смотрю и улыбаюсь. Вот кого любит удача. Она его в зад расцеловала.

Случайно коснулась его руки. Она была тёплая. Не как обычно. Прохладнее обычного. В ногах было сбито покрывало. Я осторожно взяла его и попыталась накрыть ликана по грудь, чтобы он не мёрз, но… козлина схватила свободной правой рукой моё запястье и медленно открыла глаза:

 — Я же сказал, чтобы ты ко мне не подходила.

Я не испугалась, разве что от неожиданности вздрогнула. Просто улыбнулась ему тихой, но усталой улыбкой. Не доверяет, оно и понятно. А какой у него взгляд… замученный и измотанный.

 — Я ведь дура, — криво улыбнулась я.

Его глаза тут же остановились на моём глазу. И…

 — Да быть того не может!

Очнулся Тур и перебудил всех. Волки повскакивали, как ошпаренные, словно на них отряд наёмных убийц натравили. Спят они, конечно, крепко, но я удивлена, почему Бюрт не пришёл добить всех нас. Мы были слабы, точнее они, альфа на полпути к праотцам, а остальные без него двух слов связать не могут. Конечно, обрадовались, две женщины заревели, остальные начали смеяться и обвинять Лорина в идиотизме. В этом семейном деле я была лишней. Встала и вышла из гостиной. Они сами разберутся.

В ванне первым делом посмотрела на себя в зеркало. Оно и понятно, чего на меня он так покосился. Боже, у меня не было таких синяков ещё и на лице! Красно-бурый какой-то. Правый глаз стал в двое меньше. Осторожно потрогала. Мягко. Опухло здорово всё.

 — Ты должна умереть, иначе заразишь всех своим идиотизмом, — пробормотала я сама себе.

Твою мать! Он живой! Пережил ночь! Боги, а я уже начала сомневаться, что эта скотина выживет. Он же… Лорин! Кабелина проклятая! План с его убийством отметается из списков желаний. Я не смогу. Привыкла слишком сильно. Да и жалко его. Дурак, такой же, как и я. Пара мы, вот и живём вместе.

Заплетя себе своеобразную косу, вышла и замерла. Что делать? Идти на рынок нельзя. Уборка? Когда полный дом народа? Стирка? Возможно. Для начала нужно растопить печь и поставить воду. Да, так и сделаем.

 — Что теперь? — ко мне подошёл Виер, — Он поправится?

Я сидела и пыталась зажечь щепки, дабы дать начало большого огня. Как они меня достали. Я не знаю!

 — Если захочет, — буркнула я.

 — Как люди лечат людей в подобных случаях? — не отставал парень.

 — Он не человек, — возразила я, высекая искру.

Виер стоял над душой, не желая уходить. Прошло несколько минут, прежде чем до меня снова докопались.

 — Богдана, он вырубился, — это был чуть обеспокоенный голос Морика.

Я еле разожгла огонь, и теперь снова отвлекаться. Виер так и стоял рядом со мной. Для чего? Думал, что меня озарит идея?

–  Кто? — не сразу сообразила я.

 — Лорин? — Виер тут же умчался из кухни.

По взгляду Морика поняла, что да. Пришлось вставать и идти за остальными.

Лорин спал. Но на голоса и лёгкие толчки не реагировал. Понятное дело, глупо было рассчитывать на то, что он встанет и пойдёт.

 — Ты сказала, что если он не умрёт до утра, то выживет, — напомнила мне Майла, — Что с ним?

Я разозлилась, причём неплохо так. Сейчас, когда мой хозяин (привыкла, да) при смерти могу позволить себе и такое, ведь запретить мне некому.

 — Он ранен, — напомнила я ей, — И я не лекарь, я же говорила.

На лицах ликанов читалась растерянность и обречённость. Ну, снова здорово.

 — Ты можешь ему помочь? — присмиревшая Мелинда подняла на меня свои серые глаза.

Посмотрела на белобрысого. Боже, куда я денусь? Он меня на том свете достанет, если не попытаюсь.

 — Могу попытаться, — кивнула я, — Но ничего не обещаю.

 — Что нужно делать? — решительно спросил Морик.

 — Лорину нужен покой, — тут же выдала я.

Они не поняли. Начали хмуриться и переглядываться. Что за чёртово племя?!

 — В смысле сон? — уточнила Майла.

 — И он тоже, — начала я разглядывать Лорина, — Вы шумно себя ведёте, вас много. Ему нужна тишина.

На этот раз дошло. Господи, я действительно собралась ставить этого козла на ноги? Кажется, да…это дно.