Долг

Ликан удивлённо вытаращился на меня, постоял, потом сел напротив меня. Мешок этот рядом положил. Что он там таскает?

 — То есть ты не хотела, чтобы мне было также больно, как тебе? — искоса взглянул на меня блондин.

А прям попал. И прав он. Но… не от моей руки. Это слишком… жестоко. И мне вдруг стало смешно. Он захотел побывать на моём месте? Это… почти похвально. Стало его нестерпимо жалко. Рубашку он застегнул, пятная крови хорошо отпечатались. Грудь и ключица. Интересно, ликан специально так ходит, чтобы я видела или этот жест не имеет тайного смысла? Меня ведь это задевает, мне… тяжело на него такого смотреть.

— Хотела по началу, — не стала я врать и вздохнула. — Но прошло время, и я убедила себя в том, что я заслужила подобное.

— Не заслужила, — покачал он головой.

— Ну, как же? Так высокомерно себя с тобой вела, не отдавалась тебе по первому твоему приказу, потом ещё не слушалась постоянно. Ты мне, наверное, достался за мои грехи, которые я скорее всего совершу в будущем, поскольку сейчас я не совершила ничего серьёзнее кражи булочек с кухни… ну и подслушивала, но я никому ничего не рассказывала, поэтому это не считается.

Старые воспоминания меня одолели, и я начала думать о своём старом доме… кажется, уже пара лет прошла.

— Я правда не хотел быть грубым, просто… так вышло, мне тяжело было сдерживаться, да и не один ведь я был… — эти его сбивчивые объяснения мне не нравились.

— Не один? — зацепилась я. — Боже, Лорин, только не говори, что ты меня насиловал с каким-то своим другом!

Я даже не знала, что чувствую. Унижение, злость, боль? Если он сейчас скажет «да», я схвачусь за тот самый нож и кастрирую этого урода!

— Нет! — тут же как-то разозлёно глянул он мне в глаза. — Не смей даже думать о таком. Я имел в виду своего волка.

Меня насиловало животное. Боже, почему это не был его друг?! Я тут же потёрла лицо и встала. Пошёл на хрен!

Обошла стол и прошла в гостиную. Схватила первую попавшуюся книгу и села на диван. Не прошла и минута, а Лорин уже сидел в кресле и прожигал меня взглядом. Я молчала, он тоже. Отлично, у меня был первым волк. Надо на стене написать, чтобы хвастаться.

— Ну, извини меня за то, что заставил себя порезать! — с чувством заговорил ликан. — Вспылил. Был уверен, что это вынудит тебя ненавидеть меня меньше… Просто пойми, я очень хочу наладить с тобой отношения, чтобы мы с тобой говорили и делали всё вместе…

Я открыла книгу и уставилась в неё. Хочет вернуть всё? А нужно ли это мне?

— Не поздновато? — сухо поинтересовалась я, перелистывая страницу.

— Это тебе решать.

Какое-то время мы молчали, думая о своём. Но вдруг в голове как-то странно прояснилось. Что я делаю? Он порезал себя, лишь бы мне было не так обидно! Утонуть не дал. Извинялся. Он пытается. Криво-косо, но он хромает ко мне навстречу. Раньше его палкой нужно было гнать, вечно делал мне одолжение, вынуждая меня его упрашивать, а что сейчас? Он на моём месте. Я к нему холодна, а он наоборот пытается как-то подступиться ко мне. Он даже вещи постирал! «Прополоскал и вывесил» — поправили меня, но я отмахнулась от этого. Он мог ничего и не делать! Кажется, он не врёт. Так долго изображать из себя провинившегося мальчика, который разбил мамину вазу, нереально. И даже если и пытается, то цели уже нет. Всё сделано.

— Лорин, сколько я стоила?

Это тот вопрос, на который я не хотела знать ответ, но он был важен. Хотелось бы сопоставить свои потрясения с ценой. И я всегда боялась, что она будет маленькой. С меня ведь нечего взять.

Он не отвечал. Я не хотела смотреть на него, ведь вопрос был настолько… интимным, что взгляд в глаза своего покупателя был бы невыносим.

— Двенадцать с половиной килограмм, — вдруг донёсся до меня приглушённый голос мужчины, и я подняла наконец голову. — В монетах около тысячи восьмисот золотых, в серебре не знаю, в медяках тоже.

Ну… хорошая цена. На эти деньги можно купить неплохой, но небольшой замок в хорошей части города. И ещё с пару месяцев платить слугам, отапливать его и кормить постояльцев. Я слышала, что бардельных девушек продавали монет за десять-двадцать золотых. Точнее это был штраф, если девушка «вдруг» не выживала после игрищ с клиентом. Платишь, и казнь откладывается. «Плати и убивай» — девиз нашего города.

Знаете, стало полегче. Теперь хотя бы знаю, сколько стоит моя честь. Но внутри всё равно ворочается червячок сожаления, мол, не так много отец заплатил, продешевил и так далее.

Задумалась о выплате этих больших денег. Если бы я нашла работу, к примеру, за три серебряника в день (средний, то есть хороший заработок без грабежей и торговли своим телом), то за год я бы заработала около двадцати двух монет, если конечно же, не тратила их. То есть весь долг я бы выплатила через… восемьдесят с копейками лет. Отлично. Причём я считала без учёта съёма дома, трат на еду и одежду. Да я на все сто лет вляпываюсь! Смешно, но если бы у меня были дети, то именно они бы доплачивали этот долг за меня, вместе с внуками. Вот же хрень…

— Крупная сумма, я почему-то думала, что за меня отдали не больше пяти кило, — глянула я на свои обломанные ногти.

И то эту сумму я назвала потому, что являюсь не деревенской простушкой, а самой настоящей леди, да и отец мой не последний человек, а так… с меня брать нечего.

— Ты себя недооцениваешь, — усмехнулся он вдруг.

«Спасибо», — сказала я про себя. Хоть какая-то поддержка. Так необычно и… приятно.

— Я всё равно не понимаю, почему ты не взял золотом? — чуть смутившись, поинтересовалась я.

Не могу я на эту рубашку кровавую смотреть! Он ещё такой весь открытый и отзывчивый, что тошно становится.

— Просто рискнул, — зажмурил он смешно один глаз. — А ты бы не хотела иметь… подобный шанс, заполучить кого-то в своё пользование?

На вопрос я не обиделась — это правда, но ликан был… располагающим, так скажем. Хотелось говорить с ним и смотреть на него, хоть он меня и бесил.

— Смотря какие обстоятельства, — честно фыркнула я.

— Допустим, как у нас, — тут же предположил Лорин. — Поставь себя на моё место. Купила бы ты высокого блондина?

Впервые за столько дней я засмеялась. Он ещё так бровями поиграл и рукой указал на себя, что я не сдержалась. Широко улыбнулась и чуть потупила взгляд. Даже представить такое сложно.

— С твоими мыслями и твоим воспитанием? — уточнила я.

— Ну, да.

— Никогда, — тут же усмехнулась я. — Как бы ты мне не приглянулся, такого рослого мужика никогда бы не взяла.

Лицо ликана чуть посерело, было видно, что мои слова его задели, но он постарался сохранить азарт в глазах, что давалось ему с трудом.