Долг

Не люблю, когда меня перебивают, но сейчас это было вовремя. Он… Я верю ему.

— Я просто хочу высказать тебе свою искреннюю человеческую благодарность за это и всё, — наконец договорила я. — Спасибо, Лорин, за то, что я всё ещё жива.

Он молчал долго, и я не ждала ответа. Он был не нужен, я знала, что он слышал и теперь одной тайной меньше. Я ему это сказала, пусть между нами пропасть, но земля трясётся, есть вероятность того, что с соседней горы сойдёт лавина, которая накроет всех нас или… заполнит пропасть и мы сможем продолжить давно начатый путь.

— Пожалуйста, — прозвучало тихо и коротко.

Если он ответил, то он думал… Наверное, его никто никогда не благодарил за подобные вещи.

Я сидела и обрывала коротенькую травку рядом с собой. Было спокойно, и я уже не знала, чем себя занять. Плевать на всех. Не ищут — значит так нужно. Я могу быть той, кем хочу. Да, я в клетке, но я обустрою её так, что все свободные позавидуют мне. Так-то.

— Я тебе соврал, — неожиданно раздался его голос, и я прекратила уродовать землю-матушку. — По поводу?

Я даже удивиться не успела, как Лорин оказался позади меня. Он стоял и таращился на меня своими большими глазами. Мне пришлось изогнуть шею, чтобы одарить своего соседа по дереву вопросительным взглядом.

— Я забыл совсем о том письме, — начал ликан оправдываться, присаживаясь на корточки. — Прости, это вылетело у меня из головы…

Мы были на одном уровне, и я теперь наблюдала за потерянным ликаном, который пришёл каяться.

— Что, Лорин?

Я была спокойна, ничего меня уже не обрадует и не огорчит. Что он мог там забыть?

— Как только мы приехали сюда, мне пришло донесение, что какая-то женщина пыталась написать заявление о пропаже человека, — заговорил блондин, пробудив во мне интерес. — Люди пропадают каждый день… — попыталась я оправдать ошибку Лорина. — Она заявляла о твоей пропаже и была очень настойчива. Мой информатор даже побаивался, что эта дама пойдёт выше и поднимет шумиху, — продолжил нервно мужчина, — но её припугнули и она угомонилась, поэтому я и забыл об этом.

Меня это изумило. Кто-то всё-таки «зачесался». Господи, да быть того не может! Я хоть кому-то небезразлична! Слава Богам!

— И кто это был? — задала я волнующий вопрос.

Лорин видимо заметил мою увлечённость и запаниковал. Начал хмуриться и его глаза забегали.

— Я не… Чёрт, я не помню, как её звали, — начал тереть переносицу мужчина. — Мария… Манра… Может быть, Мойра… Я честно не помню, сразу же выбросил это письмо за ненадобностью… Прости, я не знал, что это будет так важно…

Я сразу поняла о ком идёт речь. Тоска с остервенением сжала моё истерзанное сердце. Она не забыла. Единственная забила тревогу… Она же… Боже, храни эту женщину.

— Марфа, — тихо сказала я. — Да! — тут же оживился мужчина. — Марфа, точно! Имя-то какое странное… Стой, так ты её знаешь?

Моя вторая мама. Прямолинейная, добрая и справедливая женщина. Как же я скучаю… И она меня любит. Любила… Какая разница?! Она искала меня! Искала! Папа небось даже оправдываться не стал, сказал, что я уехала куда-нибудь и всё. Но она не поверила. Пошла жалобы писать… Моя героиня. Всё, я хочу домой!

— Она работала поварихой у нас дома, — начала я с тёплой улыбкой. — Когда умерла мама, она заменила мне её. Учила всему, воспитывала…

Глаза заслезились, но плакать я не хотела. Я улыбалась. Мне было радостно от того, что я хоть кому-то из людей не безразлична. Я — жива, пока меня помнят! А она… Она забеспокоилась после моей таинственной пропажи… Она как мама. Моя мама.

— Я не знал. Ты никогда не рассказывала о ней, — тут же растерянно забормотал блондин.

Я была обрадована и разочарована. Только что я узнала о том, что мир не такой уж и уродский, а ещё о том, что мне будет не так просто отвернуться и отказаться от него. Чёрт.

— Повода не было, — отмахнулась я и начала таращиться в сторону, поддаваясь воспоминаниям. — А теперь есть, — тут же поддался вперёд ликан.

Я уже чуть насмешливо покосилась на него. Пора возвращаться к нашей поляне.

— Ничего особенного, Лорин, она была просто очень хорошей женщиной, — поднимаясь, сказала я и направилась к месту нашей стоянки.

Какие она пироги готовила… Никто так вкусно не сумеет приготовить пироги с печенью или с вишней… Да с чем угодно! За что она возьмётся, то сразу же становится вкусным, красивым и хорошим! Она мне читала… Марфа моя.

— Расскажи, пожалуйста, — пристроился рядом ликан.

Ну, вот неприятный он тип! Знает, как надо просить и специально поступает правильно! Нет, чтобы приказать мне! Я бы сразу же с чистой совестью соврала бы и у меня была бы отличная отговорка!

— Она была моей второй мамой, я не знаю, что тебе ещё рассказать, — обобщила я, — Я её любила и люблю до сих пор. Она единственная, кто понимал меня, и кто наставлял на путь истинный.

Этот здоровый конь, который не перестал меня раздражать, тёрся рядом с мешком с едой. Хитрый, здоровый конь! Боюсь его, от этого и раздражение это дурацкое. Так и хочется его за ухо потаскать!

— Так вот в кого ты такая добрая, — догадался ликан, захлопав глазами, — Видимо, она реально крутая тётка. — «Крутая тётка»? — переспросила я, рассмеявшись. — Скажи ты при ней такое, она бы согласилась и поставила бы тебя в угол за такое вольное обращение.

Лорин понял. Он улыбался и смотрел на меня слегка… возбуждённо. В хорошем смысле, разумеется. Такой весь… дёрганный, радостный.

— Думаешь, она смогла бы? — поиграл он бровями. — Поверь, она сделала бы это и глазом не моргнув, и твоё положение её никак бы не озаботило. Стоял бы как миленький, — продолжая веселиться, подтвердила я, — а я бы рядышком с тобой торчала. За компанию.

Ликан тоже засмеялся. Наконец-то дурацкие темы преодолены! Я могу идти дальше!

— У тебя такая красивая улыбка, — вдруг выдал ликан и в тот же миг струхнул.

Я слегка опешила, но улыбаться продолжила, хоть и не так явно. Было видно, как ликан испугался. Будто не хотел этого говорить.

— У тебя тоже, — кивнула я как-то устало. — Да и в общем ты… ничего.

Он поджал губы, чтобы сдержать улыбку. Такой весь довольный, но с капелькой стеснительности. Так, как надо. Гад, знает ведь и делает вид, будто удивлён.