Дом пепла
Шрифт:
– Думаешь, расскажет?
Даниэль пожал плечами. От брата он знал, что призраки говорят только то, что хотят, умеют врать и не то чтобы всегда дружелюбные создания. Дэвид Эш расскажет то, что посчитает нужным. Если вообще согласится говорить.
Но знал Даниэль и кое-что еще. Смерть всегда меняет, любых людей.
Когда ты мертв, лучше всего понимаешь, кто ты такой, и что по-настоящему важно.
21. Пустить пулю
Дэвид Эш не пожелал появляться перед потомками. Мэтт пробовал по всему дому, от чердака до двора, но
– Упрямый старикан!
– пробурчал Мэтт.
Он сидел в гостиной на полу и сосредотачивался, пялясь на генеалогическое древо над камином.
Даниэль устроился на диване. Босой, он скрестил ноги и разложил на них старинную книгу. Оторвавшись от страниц, поднял взгляд на Мэтта:
– Будь вежлив.
– Я охренительно вежлив!
Мэтт сомневался, что призрака человека, который мертв уже десятки лет, будут волновать такие детали как воспитанность. Тем более, сначала он правда пытался! Очень уважительно. Но если замшелый призрак не желал, чтобы его проклятие падало на потомков, мог бы и соизволить явиться.
– Не понимаю!
– сказал Мэтт.
– Почему нас все игнорируют?
– Вдруг он не может. Мало ли какие ограничения. Или Дэвид вообще стал нашим семейным духом, а не призраком в доме.
– Думаешь?
– Я не знаю, Мэтт. Ты у нас специалист по призракам.
Хорош мастер, дар толком использовать не умеет! Хотя Мэтт осознавал, что всего лишь злится. Он пытался. Если бы Дэвид хотел - или мог - материализоваться, он бы уже появился.
Прищурившись, Мэтт глянул на брата. Даниэль отвечал отстраненно и не слишком-то заботясь, что родственничек отказался общаться. Похоже, рукописная книга хроник прошлого интересовала его куда больше.
Мэтт гаденько хмыкнул. Он знал, что точно выведет брата из равновесия:
– Айвори сказал, что наша сестра милая.
Даниэль даже головы не поднял:
– Мужчины ему нравятся больше женщин.
От разочарованного вздоха Мэтт не удержался. Раз внимание Даниэля не привлекла даже гипотетическая честь сестры, значит, он и правда увлечен плесневелым фолиантом. Вряд ли Мэтт справедлив в оценке книги... но внутри клокотала злость на призрака.
И страх. Конечно, любопытно, откуда пошел странный лоа, но больше Мэтта интересовало, как снять проклятие и отцепить навязчивого гостя. А на этом пути они пока несильно продвинулись.
Хотя на умирающего Даниэль не особо походил, но Айвори успел напомнить Мэтту, что проклятие может сработать и причудливо. Например, притянуть какой-нибудь несчастный случай. Сам Айвори, кажется, тоже был готов пойти с ними, но присутствие стороннего человека да еще с амулетом от видений точно снижало вероятность общения с призраком.
Хотя он и так не явился!
Из кухни вышла мать с подносом в руках, на котором аккуратно стояли накрытые тарелки и чашка.
– Мальчики, хотите поужинать? Роберт позвонил, что будет позже.
Даниэль молча качнул головой, и Мэтт подал голос за них двоих:
– Пока нет.
Мэтт и забыл, что раньше Даниэль тоже частенько увлекался книгами или идеями и его мало волновал окружающий мир. Мэтта такое скорее раздражало, хотя он понимал,
что злиться на брата бессмысленно.Мэри кивнула и поднялась по лестнице, чтобы отнести ужин Бернарду. Что ж, возможно, Дэвид такой же упертый, как некоторые из его потомков. Вряд ли призраки умудряются растерять характер после смерти.
– Может быть, Дэвид считает, что все знания в наших руках.
Мэтт глянул на Даниэля, наконец-то подавшего голос первым. Он задумчиво смотрел то ли в сторону камина, то ли лестницы, но вряд ли их видел.
– В смысле?
– подтолкнул Мэтт к разъяснениям.
– Возможно, все факты у нас уже есть. Просто никак не расставим в правильном порядке. Дэвид не думает, что нужно делать это за нас.
– В книге вычитал?
– Это записки Клэр, жены Дэвида. Что-то вроде истории семьи. Она утверждает, будто Дэвид отыскал некие знания, которые привели Эшей к успеху.
– Джинн-лоа?
– хмыкнул Мэтт. Он поднялся, разминая затекшие ноги.
– И тот дал богатство и положение в обмен на душу?
– Богатство Эшей было и раньше. Компанию создавали люди, а не лоа. Но именно после Дэвида в семье стали появляться колдовские силы. Я думаю, их он попросил у лоа.
– А что пишет... Клэр?
Наверное, стоило внимательнее относиться к семейной истории. Она почему-то никогда не привлекала Мэтт. Он любил вымышленные миры книг, сказки, но реальные предки с их тайнами не слишком его волновали. В отличие от Даниэля.
– Я нашел все упоминания, - кивнул Даниэль.
– Думаю, Дэвид искал знания и в итоге нашел, их-то и скрыл от Янга. Оставил наследие своей семье. Открыл перекрестки и заключил сделку с лоа. Тот наделил нас даром магии. Училил то, что и так было в нас.
– А Дэвид отдал душу? Тогда понятно, почему не является.
– Скорее, тело. Думаю, что жизнь. Теперь, когда я читаю слова Клэр... мне кажется, в конце Дэвид попросту устроил что-то вроде жертвоприношения. И в жертву он принес себя. Это и стало платой.
– Тогда почему лоа вернулся с Майклом?
Мэтт полагал, Даниэль пожмет плечами или ответит, что это и стоит выяснить, но он молчал и хмурился. Мэтт прищурился:
– Ты что-то подозреваешь?
– Клэр пишет, лоа именно одаривает. Богатством, славой, магией... или здоровьем.
– Майкл был болен?
– Насколько я знаю, нет. Но ты, возможно, не помнишь... Ли была.
Мэтт и вправду не помнил. Что-то такое шевельнулось на дне памяти, вроде бы о глубоком детстве.
– Проблемы с сердцем, - сказал Даниэль.
– Врожденные. С ней много ходили по врачам и, как я тогда понимал, прогнозы звучали не очень утешительно.
– Но сейчас она абсолютно здорова.
– Вот именно.
Под пристальным взглядом брата Мэтт медленно кивнул. Он понял. Если существовал лоа, который связан с Эшами, Майкл мог попробовать его вызвать. Попросить здоровья для дочери. Ли не была неизлечимо больна, так что это вполне по силам лоа. И вот это вписывалось в характер дяди Майкла, которого Мэтт помнил улыбчивым и добродушным.
Он ходил с племянниками искать змей на болотах и обожал маленькую дочь.
– Поэтому рядом с Ли тень его смерти, - сказал Мэтт.
– Дядя Майкл отдал свою жизнь?