Доплыть до Каталины

— Не зарегистрированный, как я понимаю?

— Я предпочел бы не заполнять никаких федеральных форм.

— Стоун, ты что, собираешься кого-то застрелить?

— Не теперь, но кто его знает.

34

Стоун поспешно покинул Ле Парк, предварительно позвонив в отель Биверли Хиллс и зарезервировав там номер. Отель расположен в укромном месте, думал он, да и вполне комфортабелен. Он вошел в небольшой номер и позвонил портье.

— Что угодно, сэр? — спросил тот, когда Стоун открыл ему дверь.

Стоун протянул ему вымокший костюм, который повесил на плечики и туфли, в которые вставил деревянные распорки.

— Как, по-вашему, можно с этим что-нибудь сделать?

Портье осторожно приподнял рукав и понюхал его.

— Соленая вода? — спросил он.

— Боюсь, что да, — сказал Стоун. — Несчастный случай во время морской прогулки.

— Мне надо будет замочить это сначала в воде, чтобы избавиться от соли, а затем несколько раз отутюжить, когда высохнет.

— Могу я надеяться на лучшее? — спросил Баррингтон.

— Надеяться можно всегда, сэр, но я не могу дать никаких поспешных обещаний.

— Сделайте все, что возможно, — сказал Стоун, протягивая пятидесятидолларовую купюру.

— Не сомневайтесь, сэр.

Портье ушел, и Баррингтон закрыл дверь. Он еще немного поспал, а вечером ему позвонил Рик Грант.

— Я организовал встречу с парнем из ФБР, но это будет стоить тебе хорошего обеда.

— Идет. Где?

— Ресторанчик называется «У Майкла» в Санта Моника, в семь вечера. — Он продиктовал адрес и как туда добраться.

В назначенное время отдохнувший и посвежевший Стоун подъехал к ресторану. Рик с незнакомцем поджидали его за столиком в красивом саду.

— Стоун, это Хэнк Кэйбл, — представил Грант.

Стоун обменялся рукопожатием с агентом ФБР.

— Мы прежде встречались, — сказал мужчина.

— Где? — спросил заинтригованный Баррингтон.

— Мы собирались в Нью-Йорке по поводу дела Саши Нежинского несколько лет назад.

— Теперь вспомнил.

— Насколько я помню, ты тогда делал все, чтобы держать нас подальше от этого дела.

— Да, так оно и было, — согласился Стоун.

— Я тогда, честно скажу, не был в претензии. Мы ожидали подобное поведение от местных властей.

— Я рад. За чем же тебя послали сюда сейчас?

— Я возглавляю отдел финансовых расследований.

— Ты как раз тот, с кем бы я хотел поговорить, — улыбнулся Баррингтон.

— Давайте сделаем заказ, — предложил Грант.

Они заказали напитки, ознакомились с меню и заказали обед и уже потом перешли к делу.

— Итак, чего ты хочешь от нас? — спросил Кэйбл.

— Скорее, что у меня есть для вас, — ответил Стоун.

— Во что это мне обойдется?

— Это совершенно даром. Я не нуждаюсь в лаврах, только хочу видеть, как свершится правосудие.

Кэйбл расхохотался.

Тут вступил Грант.

— Хэнк, я думаю, тебе будет полезно выслушать его.

— О'кей, о'кей, валяй, Стоун.

Стоун повернулся к Гранту.

— Рик, ты ничего не раскопал по Финансовой Службе Барона?

— Фирма зарегистрирована в соответствии с законами штата и государства, но при этом она как бы организована по принципу матрешки. Ее штаб-квартира находится в офисном здании в Ла Гиенега. Они занимают верхний, шестой этаж площадью примерно две тысячи квадратных футов.

— Не очень представительно, не так ли? А у них есть другие офисы?

— Всего один, в Тиджуане, в Мексике.

— Довольно странно.

— Что действительно странно, так это то, что небольшой офис имеет сорок телефонных линий, в том числе специальные линии для ускоренных модемных переводов.

— Сильно смахивает на контрабандное предприятие, — сказал Кэйбл.

— Тебе доводилось когда-либо слышать о контрабандных операциях фирмы, зарегистрированной в соответствии с государственными и штатными законами, и в качестве организации широкой сферы финансовых услуг? — спросил Грант.

— Нет, не доводилось, — ответил агент ФБР.

— И мне тоже, — сказал Стоун. — Все это похоже на отмывание денег, особенно когда речь идет о Мексике.

— Вот это разговор! — оживился Кэйбл. — Я обожаю тему отмывания денег!

— Девушка Барона говорила, что он часто бывает в Мексике, — сказал Стоун. — Как насчет самого Барона? На него заведено дело?

— Два ареста в подростковом возрасте в Нью-Йорке за подделку номерных знаков.

— Тогда он замазан, — сказал Кэйбл. — Почему бы, не поставить его телефоны на прослушку?

— Хорошая мысль, — заметил Стоун, — но, думается, есть кое-что более интересное, чем Барон и его фирма.

— Что, например? — спросил Кэйбл.

— Приходилось слышать об Абалоне Фишерис?

— Да. Холдинговая компания, не так ли?

— Верно, но кто держатель акций?

— Кто же?

— Двое парней, один из которых — Дэвид Стармак. Второй — Онофрио Ипполито.

— Ипполито, глава Сэйф Харбор Банка?

— Именно. Абалоне владеет двадцатью с чем-то процентами Сэйф Харбор и почти всей Финансовой Службой Барона.

— Это становится все более интересным, — заметил Кэйбл.

— Ты когда-либо слышал имя — Стармак?

— Не думаю.

— Он — не имеющий практики адвокат, сын человека, который был в дружеских отношениях с Мейером Ланским. По бумагам он чист, но тесно связан с профсоюзами, особенно Тимстерсов.

— И этот Ипполито с ним в деле? Я имею в виду, что Ипполито имеет незапятнанную репутацию.

— Этот незапятнанный гражданин, — сказал Стоун, — не далее, как вчера распорядился меня убить. — Он поведал Кэйблу свою историю.

— Ты прежде встречался с Ипполито?

— Всего один раз. Мы с ним вместе ужинали.

— И ты уверен, что именно он звонил тебе по телефону?

— Да.

— Черти что!

— Что тебя беспокоит? — спросил Грант.

— Вот какое дело, — начал Кэйбл. — Я могу лично заглянуть в Финансовую Службу Барона — проверить директоров и служащих. Если хотя бы на некоторых из них имеются записи в картотеке, я могу сделать запрос на прослушку. Но я не могу пойти напролом на Сэйф Харбор или на Абалоне без гораздо более высокой поддержки, а для этого нужны очень веские свидетельские показания.