Дорога к могуществу

– За нарушением школьных правил, они замечены не были, - декан Рейвенкло откусил кусочек пирога с начинкой из груш и слив.
– Только Майкл Корнер потерял пятьдесят баллов за шалость с конфетами.

– Бедная мисс Чанг, - покачала головой мадам Помфри.
– Целый день промучилась из-за тех конфет. И как я слышала, тот случай не очень хорошо сказался на ее репутации. Вроде та не успела добежать до уборной.

– Седрик Диггори поддержал девочку, - с гордостью за своего студента, произнесла профессор Спраут.
– Он закрыл рты всем злопыхателям.

– Верно, - Флитвик взмахнул палочкой и налил себе еще чаю.
– Сейчас мисс Чанг и мистер Дигорри очень дружны.

– Сейчас намечается тенденция дружбы между представителями разных факультетов, - заметила Минерва, молча слушавшая разговор двух деканов до этого.

– И это отлично, - Дамблдор раскрыл обертку и положил конфету в рот.

– И это более явно видно на первокурсниках, - сказала профессор Спраут.
– Мистер Поттер, Мистер Малфой и Мистер Нотт дружат с Эрнестом Макмилланом, а так же прекрасно общаются с другими ребятами из Хаффлпаффа.

– А так же Поттер лучший друг Невилла Лонгботтома, - МакГонагалл потянулась еще за одним пирожным.

– Я лично не раз видел, как мистер Поттер вступал в дружеские дискуссии со студентами моего факультета, - добавил профессор Флитвик.

– А как Гарри чувствует себя в Слизерине?
– спросил Альбус и посмотрел на декана данного факультета.

– Великолепно, - сухо ответил Северус.
– Даже слишком. Ни Нотт ни Малфой даже не пытались оспорить его главенство.

– А их в одной комнате поселили?
– спросил декан профессор Чар. Другие преподаватели удивленно на него посмотрели.
– В Слизерине есть же традиция, всех потенциальных лидеров селить вместе. Сам Салазар ввел эту систему, объясняя это желанием воспитать сильных волшебников. Проживая с конкурентом под одной крышей, юные маги должны познать, какого находить на одной территории с потенциальным врагом. Так проще выявить слабые стороны и более хитрый, правильно воспользуется информацией для достижения власти над другими. Своеобразный тест и тренировка слизеринцев, но только для самых достойных.

– Да, Поттер, Малфой и Нотт живут вместе, - ответил профессор Зельеварения.
– Не знал, что Вам известна эта система.

– Не зря же я декан Рейвенкло, - сам себя похвалил Флитвик.

– Никогда об этом не думала, - призналась МакГонагалл.
– Хоть признаюсь, это объясняет немного неравное заселение комнат каждый год.

– Ваша очередь рассказывать про слизеринцев, - Помона улыбнулась декану Слизерина.
– Про троих мальчиков можно ничего не говорить. Все присутствующие и так знают о хорошем поведении и отличных оценках этой троицы.

– Да, - поддержал декан Рейвенкло.
– А Поттер вообще первый на курсе. Необычайно одаренный мальчик, но не зазнается от этого. Расскажите лучше о других.

– По оценкам выделяется Трейси Дэвис...

– А как Слизерин принял ее?
– перебила профессор Спраут Северуса.
– Девочка не чистокровная волшебница. И я замечала, мисс Дэвис постоянно стоит обособленно от своего факультета.

– Нормально, - прохладным тоном ответил Снейп, не очень довольный тем, что его перебили.
– Дэвис сама по себе не очень общительная, такой характер.

– Не злитесь, Северус, - примирительно произнесла Поппи.
– Помона просто беспокоиться о благополучии студентки.

– Кроме мисс Дэвис, - пропустив мимо ушей слова Помфри, продолжил говорить декан Слизерина.
– Отличные показатели успеваемости наблюдаются у Блейза Забини. Его сильная сторона - зелья. Остальные...

Слушая преподавателей, Альбус думал о странностях судьбы. Сколько лет он говорил о необходимости дружбы между факультетами, и стоило поступить Гарри Поттеру в Слизерин, как появился проблеск примирения между антагонистами. Гриффиндор стал спокойней относиться к извечным соперникам, но это относилось только к младшекурсникам. Но если так и дальше будет все идти, то они вырастут, и будут подавать пример другим поколениям студентов, которые придут в школу со следующего года.

Какой бы положительный эффект не шел от нахождения юного Гарри в Слизерине, но все равно Альбус не мог не тревожиться. Да, он возможно, лучше всех осознавал, отсутствие равенства между словами 'зло' и 'Слизерин', но все же это факультет, куда попадают хитрые и амбициозные волшебники. В желание достичь чего-то великого, ничего плохого нет, но не все цели приносят благо. Директор желал верить в лучшее, исходя из наблюдений за Гарри и на то положительно влияние, которое он оказывает на наследников Малфоя и Нотта, но маленький червячок сомнений поднимал свою голову. Чрезвычайно легко юный слизеринец завоевал авторитет, слишком охотно волшебники попадали под его обаяние. Как тут не вспомнить другого харизматичного мальчика из приюта, который впоследствии стал Темным Лордом?

Альбусу оставалось только наблюдать и надеяться не пропустить того момента, если Гарри Поттер решит пойти по стопам Волдеморта и успеть повлиять на него. В противном случае, сложно спрогнозировать ожидавшее их будущее. Поттер обещает вырасти в могущественного и страшнее всего, умного волшебника. Был бы тот на уровне интеллекта, прости Мерлин, того же Рона Уизли можно было не опасаться возможных глобальных последствий. Сила это еще не все, с умениями Альбуса можно направить любого по нужному ему курсу, не прибегая к магическим ухищрениям. Дамблдор тешил себя надеждой, что если юный Гарри оступится, то директор сумеет направить его на правильный путь.

***

Гарри вышел на перрон и тепло попрощался с многочисленными друзьями и знакомыми. Проходя сквозь барьер, разделяющий два Мира, он размышлял о последней неделе перед каникулами. Маг получил не одно приглашение на Рождество. Их все он вежливо отклонил, мотивируя свой отказ желанием тети провести вместе с ним праздник. Таким ответом никто не остался обижен.

Зачеты сданы на отлично - особой гордости нет, все же материал рассчитан не на взрослых. Малфой, Нотт, МакМиллан и Лонгботтом считают его своим другом, причем искренне, как свойственно только детям. И еще, они конкурировали за его внимание, первые три. Невилл пока не достаточно уверен в себе и не считает свою компанию достойной Гарри. Довольно весело наблюдать, как те пытаются уколоть и задеть чем-то друг друга. Но он следил и не допускал перехода определенной черты, когда из друзей-соперников те стали бы врагами. Такое ему не нужно, определенно.

– Привет, как добрался?
– к нему подошла Петунья, изменившая стиль, став брюнеткой. Новая прическа ее молодила, а одежда немного отличалась от привычных нарядов миссис Дурсль: приталенное бежевое пальто средней длинны, с красивой массивной брошью, сапоги на высоком каблуке, и платье-футляр, черного цвета.

– Привет, нормально, только проголодался. Прекрасно выглядите, тетя, - искренне сделал комплемент Гарри, у которого выработалась привычка всегда, если видит достоинства другого существа их словесно отмечать, еще в своем мире, когда он активно занимался политикой и дипломатией... когда не надо было действовать с позиции силы.

– Спасибо, - щеки женщины окрасил легкий румянец.
– Я приготовила все твои любимые блюда, как мы и договаривались.

– Отлично, - на счет еды, он сделал маленькую установку первого сентября. Почему бы, не побаловать себя? Гарри давно научился получать от таких мелочей удовольствие.

– Как поживает Дадли и дядя Вернон?
– расспрашивал маг Петунью, когда они шли к стоянке с автомобилями.

– Дадли самый популярный мальчик в школе, - хвасталась миссис Дурсль.
– У него много друзей. А Вернона скоро ждет повышение..., - соловьем заливалась женщина, поднятая тема ей доставляла удовольствие. Ее монолог продолжался, пока они не дошли до парковки. Петунья и Гарри сели в автомобиль Вернона, после того как Поттер поздоровался с дядей. Только дверца захлопнулась, мистер Дурсль нажал на педаль газа, и они плавно тронулись в сторону пригорода.