Дожить до весны

И все же по какой-то причине Артем Мельников направил их в эту сторону… Дурацкая шутка? Как вариант – но вряд ли. Может оказаться, что он действительно винит отца в смерти матери, он хочет нового расследования. Но если так, он выбрал себе неудачную союзницу: всего, о чем болтала Марина, пока было недостаточно для серьезных подозрений.

– Он изменял ей? – уточнил Матвей.

– Он ей – нет.

– Судя по вашему тону, вы не можете утверждать обратное?

Марина заметно растерялась:

– Это вы меня так спрашиваете, изменяла ли ему Клара?

– Да.

– Вот это как раз было! Я потому и думаю, что он убил ее: забыл свое место!

– Интересный подход. С вашей точки зрения, ему следовало терпеть измены?

– Это было частью договора, – пожала плечами Марина. – Когда они поженились, Клара сказала, что не собирается менять ради него прежние привычки. Он согласился! Кстати, она разрешала ему заводить любовниц, но согласованных с ней.

– Тогда у него снова не было мотива убивать ее.

– Я же говорю: зарвался! Сперва он был послушный, но потом вообразил непонятно что и убил Клару. А дальше все себе забрал! Когда они работали вместе, компания называлась «Клара Инт». А потом что? Он с месяцок походил в трауре, а после и компанию переименовал, и всех, кто ценил Клару, оттуда вышвырнул! Разве это не доказывает, что он ее убил?!

Убийство это как раз не доказывало – но намекало, что он относился к изменам жены не так легко, как пытался показать.

– Говоря «всех, кто ценил Клару», вы имеете в виду ее любовников?

– Я точно не знаю… Она настолько откровенной никогда не была. Но что уволил он только мужчин – это факт! Например, Коленьку Гаврилова, который когда-то вместе с Кларой бизнес начинал и сделал больше, чем этот Мельников! Как поступил бы по-настоящему хороший муж, случайно потеряв жену? Увековечил бы ее память хотя бы в названии фирмы! А он что? Переименовал в честь себя, любимого!

Марина злилась совершенно искренне, ей казалось, что доказательств тут хватает, а Матвей просто издевается над ней. Может, его вообще Мельников послал, кто уж разберет, кому полиция продалась!

Но ее возмущение Матвея не особо волновало, он обдумывал ситуацию. Какой-то подвох здесь все-таки есть… Только Марина о нем не знает, и она, даже будучи владелицей салона красоты, даже с влиятельным мужем, никогда бы не организовала такую месть.

И опять же, нет полноценных доказательств, что это действительно месть, но шансы пятьдесят на пятьдесят. Да, на такую сложную схему, еще и безумно дорогую, решится лишь тот, кто искренне любил Клару. Но желания человеческой души непредсказуемы, а те, у кого денег очень много, относятся к ним иначе. За экономический мотив пока держаться сложнее, Вадим сказал Форсову правду: даже после двух чудовищных событий бизнес по-настоящему не пострадал.

Впрочем, никто не знал, что будет после третьего – и куда нанесут удар.

?

Все получилось дурацки как-то, хотя, когда Таиса пыталась обнаружить, где допустила ошибку, ничего конкретного она найти не могла. Просто это было так непривычно: работать напрямую с Форсовым. Ей казалось, что это очередной экзамен – вроде того, который он ей уже устраивал. Она готовилась к этому, убеждала себя, что справится и… провалилась. Кажется. Уверена Таиса ни в чем не была, потому что при разговоре с наставником все ее силы уходили на то, чтобы выглядеть спокойной. Это давалось ей настолько тяжело, что она не запомнила половину того, о чем говорила.

Она понятия не имела, что подумал о ней Форсов. Но ответить у нее получилось не на все вопросы, а это ни при каком раскладе хорошим результатом считаться не может. Хотелось объясниться с Форсовым, сказать, что она будет пытаться, сейчас переволновалась, это не повторится… Но Таиса прекрасно понимала, что лучше от лишней болтовни точно не станет.

Нервы все равно не успокаивались, они сейчас напоминали раскаленные провода, натянутые прямо под кожей. Таиса прекрасно понимала, что уснуть или даже полноценно отдохнуть в ближайшее время не получится. Но если так, зачем мучать себя и посвящать долгие ночные часы самобичеванию? Уж лучше поработать!

Определенного задания у нее не было. Она уже знала, что Матвею удалось выяснить у Марины, но это так себе зацепка. Понятно, что одна подруга станет на сторону другой, и все равно сложно представить, кто устроил бы месть через четырнадцать лет – и сделал ее именно такой. Гарик вызвался добыть список тех, кого Вадим уволил сразу после получения компании, из них можно хоть каких-то подозреваемых слепить. Но на это требовалось время, которое Таисе предстояло чем-то занять.

Она начала с торгового центра – это ведь стало отправной точкой во всей истории! Она терпеливо, час за часом, просматривала любые новости и статьи о «Золотом часе». Ночь за окном дошла до самой темной точки и двинулась к рассвету. Начали загораться окна тех, кому рано вставать, потом остальных – и вскоре гасли, потому что солнце обретало привычную власть, в ясный день оно заливало улицы рано. Ледяная корка, оставленная морозной ночью, таяла под его лучами. В теплом свете все более заметными становились нежно-зеленые листочки, постепенно завоевывающие голые ветви. Все это Таиса замечала в редкие паузы, когда отправлялась на кухню за очередной чашкой кофе.

Она не ожидала, что найдет нечто стоящее прямо сейчас, но и не видела в этом проблемы. Таиса помнила: накопленные знания тоже могут пригодиться, когда появятся дополнительные факты, разрозненные события наконец сложатся в единую цепочку. Поэтому она попросту запоминала все, что могла… и неожиданно получила больше, чем надеялась.

Догадка показалась Таисе настолько внезапной, что она не поверила сама себе. Но сколько бы проверок она ни проводила, никакого противоречия не было. Похоже, она наткнулась на нечто стоящее…

Она набрала номер Матвея. Таиса даже не раздумывала, почему именно его, все получилось само собой. Он ответил почти сразу:

– Слушаю.

– Что слушаешь – это хорошо, – рассудила Таиса. – А посмотреть можешь? Хочу тебе видео скинуть.

– Скидывай.

Таиса послала ему ссылку, запустила ролик на своем компьютере, и теперь они видели одно и то же. А именно – мужчину лет тридцати пяти, хотя определить возраст было сложновато: волосы были выкрашены в темно-синий цвет, лицо покрывал густой слой грима. Именно грима, не макияжа – он не изображал романтичную барышню, а явно вдохновлялся фильмом «Заводной апельсин». Наряд тоже под стать: свободные штаны, увешанные металлом, черная майка, поверх нее – драная белая рубашка. Определенно фрик, но фрик осознанный и даже стильный. Перед камерой он держался уверенно, знал свои удачные ракурсы, позаботился о микрофоне, чтобы посторонние шумы не заглушали его голос. Словом, перед ними был профессиональный блогер.

Он уверенно прогуливался по торговому центру «Золотой час», заглядывал то в один магазин, то в другой. Вряд ли он с кем-то согласовывал съемку, но вел себя настолько уверенно, что никто даже не думал о том, чтобы сделать ему замечание. Одни продавцы приветливо махали в камеру рукой, другие с угрюмыми лицами спешили выбежать из кадра. Блогера это не волновало, он продолжал обращаться к зрителям – на английском, но ни для Таисы, ни для Матвея это проблемой не было.

– И вот эта страна голодает? Видели, какая очередь стояла – в магазине нижнего белья? Они что, теперь трусы жрут? А цену на помаду видели? Наш Дакси пользуется такой же – привет, Дакси! Так вот, он сказал мне, что такую же в Торонто можно купить в три раза дешевле. Короче, мы ударили по ним подорожанием, но они даже не заметили! О, гляньте-ка вот на это!