Драйвер

На корабле были расположены две огненные машины, метающие «греческий огонь», одна на носу, вторая на корме. Вот такие машинки Юрий и задумал поставить в бастионах. Длина «плевка» была в районе 30-50 метров, так что Юрия это вполне устраивало. Состав греческого огня он, конечно, не знал, помнил, что в него входят нефть и какое-то соединение фосфора с щёлочью, которое выделяет тепло при соприкосновении с водой. Но большой проблемой это стать не должно, так как половцы иногда при осаде использовали «жидкий огонь», технологию производства и использования которого по легендам их предки переняли далеко на востоке.

На втором ярусе он хотел установить автоматических скорпионов, сделав их многозарядными, наподобие многозарядного китайского самострела, которыми собирался вооружить своих абордажников. Насколько помнил Юрий, они сохраняли убойную силу не очень далеко, метров на тридцать-сорок, но для близкого боя эта дистанция самое то, особенно учитывая скорость стрельбы и то, что во флоте носить лишнюю тяжесть не принято.

Юрий тяжело вздохнул – людей катастрофически не хватало, как количественно, так и качественно. Он надеялся на договорённость с епископом Порфирием, тому под боком язычники были не нужны, так как смущали и без того не очень разбиравшихся в теологии крестьян. Если князья и дружина кроме Христа часто тайно и не очень поклонялись Перуну, то что говорить о простых людях. Поэтому практически мирное освобождение «поляны» должно было усилить позицию церкви. Словом, Юрий надеялся, что предложенный им вариант будет полезен всем.

По кораблям решили пока заняться подготовкой команды: на один дромон и пару быстрых монер. В качестве учебного флота сойдет, а дальше, надо думать. Из кораблей в наличии есть ещё один дромон, пяток монер и даже один генуэзский когг. Если не получится найти быстро надёжную команду, лучше поставить их в сухие доки, чтобы при необходимости задействовать.

Однако расслабляться Юрию не дали. Сначала Ставр прислал посыльного, а потом явился и сам. Как понял Юрий, возникли вопросы, не терпящие отлагательств.

Юрий с сожалением покидал порт. К городу тоже была применена ячеистая система, так удивившая местных при строительстве дома. Так что порт был выделен в отдельный район, по шуйцу от возводимой крепости, если смотреть на море.

Ставр терпеливо дождался, пока Юрий закончит трапезничать, и только после этого перешёл к делу:

– Вчера в Херсонес прибыл старший сын нынешнего ромейского императора Мануил. От него прибыл посланник, предлагает встретиться.

– А где предполагаемое место встречи? – спросил Юрий.

– Предлагают на выбор любое место между Ялосом и Херсонесом, - ответил воевода.

– Приятно слышать, – произнёс Юрий, непроизвольно теребя мочку.

– Что именно? – не понял Ставр.

– Что он признаёт договор с Гаврасами и на Ялос не претендует. Такое начало - это повод для оптимизма. Пошли за Шарганом и давай обмозгуем, что от нас могут попросить, и нашу позицию по этим вопросам.

7 июня 1184 года

Окрестности горы Евнух (Хамелеон)

Для встречи у подножья горы был разбит целый шатерный город. Однотонный кожаный со стороны людей Юрия и ярко-пестрый, как цирковое шапито, со стороны византийцев. Посередине, примерно в полукилометре от городков, поставили переговорный шатёр насыщено пурпурного цвета.

Согласно договорённостям, каждый прибыл с сотней охраны. Переговоры происходили с глазу на глаз. Юрий до шатра доехал чуть раньше, чем его визави, то ли конь резвый попался, то ли оппонент хитровыдуманный. Пришлось дожидаться товарища севаста и стараться войти с ним в шатёр одновременно (у шатра было сделано два входа). Рядом с Юрием Мануил не смотрелся, от слова совсем: и в плечах уже и ростом ниже, и на вид пожиже. Юрий даже зауважал византийца, с его стороны это был рискованный поступок, даже с тузом, в рукаве, который у него наверняка припасён.

Неизвестно как планировал Мануил начать переговоры, но Юрий сбил его вопросом:

– А почему эту гору Евнухом кличут? Мои не знают, говорят, ромеи назвали, их и спрашивай.

Нельзя сказать, что это был тонкий психологический расчёт, просто ему действительно было интересно.

– Всё просто, большинство высших чиновников в моей стране евнухи. А мнение чиновников очень переменчивое, как погода около этой горы, – рассмеялся Мануил.

Дальше переговоры прошли, как любили говорить во времена СССР, в дружеской обстановке. Основным вопросом стал вопрос суммы отчислений в год Мануилу за то, что он де факто передаст управление всеми византийскими владениями Юрию.

– Если ты хочешь чего-то добиться, а союзники знают, что за тобой нет силы, так они в порошок тебя сотрут. Имея же деньги, ты можешь встать и сказать: дело ваше, друзья. И уйти, наняв наёмников. Например, тех же латинян. Нет, двести тысяч номисм в год – это, я считаю, минимум.

– Подожди, дорогой. Ты оставляешь сестру в Херсонесе в качестве номинального наместника, а это содержание двора. Ты же понимаешь, что женщины обходятся намного дороже, чем любой самый проворовавшийся чиновник. Поэтому сто тысяч и ни монетой больше, мне ещё налоги в казну империи платить придётся.

– Хорошо, - неожиданно для Юрия согласился Мануил.
– Но тогда оставлю двух сестёр, если потянешь, а то они у меня любвеобильные.

– По этому поводу есть у меня одна история, - усмехнулся Юрий.

«Позвал как-то султан своего евнуха, и говорит:- Приведи ко мне мою первую жену.Евнух привел. Через некоторое время опять султан зовет его:- Веди, - говорит, - вторую.Тот снова привел. Потом султан потребовал третью, пятую-десятую...Вобщем, загонял бедолагу совсем. Уже к утру зовет его к себе снова:- Веди последнюю!- Султан, - говорит евнух, - ты скоро помрешь!- С чего бы это?- От переутомления. Я за твоими женами замучался всю ночь ходить,а ты ведь с ними там еще и трахаешься, как бабуин. Организм такихнагрузок не выдержит!- Запомни, - ответил ему султан, - умереть можно от глупой беготни,а не от любимого занятия!»

Мануил заржал, аки конь. И потом долго не мог успокоиться, а когда успокоился, произнес:

– Я в принципе не против, если ты будешь их окучивать, может, тогда они не такими стервозными будут, но если какая залетит, то придётся жениться, сам понимаешь, честь семьи и всё такое.

– Не вопрос, но тогда ты мне будешь должен, - нагло заявил Юрий.

– С чего это? Ты развлекаешься, а я должен.

– Я не развлекаюсь, а принимаю удар на себя. У меня с девушками и невестами всё хорошо, желающих столько, что хоть метлой отгоняй.

– Слышал я тебя в мужья к Тамарам прочат? – спросил Мануил. – Если мои сестры не по нраву придутся, соглашайся, будем свояками.

– А смысл? – резонно возразил Юрий. – Хорошее дело браком не назовут, - выдал он привычную сентенцию.

– А причём тут брак? –удивился ромей.

Пришлось Юрию объяснять подоплёку этой сентенции.

10 июня 1184 года

Херсонес

Большинство людей, стремящихся к цели, способны скорее сделать одно большое усилие, чем упорно идти избранной дорогой; из-за лени и непостоянства они часто утрачивают плоды лучших своих начинаний и дают обогнать себя тем, кто отправился поздней, чем они, и шел медленней, но зато безостановочно. Мануил относил себя именно к таким людям, и ему было крайне некомфортно, что приходилось действовать быстро и спонтанно, не выверяя каждый шаг.