Двойник

Ламмерсфильд назвал имя самого известного криминалиста, имя которого гремело заслуженной славой!

Я начал благодарить его, но он прервал меня:

– Я смотрю на вещи с эгоистической точки зрения! Как бы там ни было, мне совершенно нежелательно, чтобы он знал о моих частных отношениях с покойным мистером Прадо.
– Я бы попросил вас не говорить об этом даже с Гордоном!

Я кивнул головой в знак согласия.

– Что касается меня, я так и поступил, но Прадо, вероятно, оставил какие-нибудь записи в своих делах, и если они попадут в руки двоюродного брата... то вы из моего рассказа уже знаете, что это за птица - Мориц Фернивелл!

Лорд пожал плечами и сказал, поднимаясь:

– Когда занимаешься политикой, невольно становишься философом! В худшем случае это кончится для меня добавочным отпуском, и я считаю, что вполне заслужил такую неприятность, благодаря моей непростительной глупости. Я не понял, что наш покойный приятель просто отъявленный авантюрист! Я был уверен, что он только гнался за титулом!

21

Мистер Джордж Гордон приехал около половины четвертого. Его привел ко мне сам следователь и доложил о нем с тем же благоговением, что и о министре.

Это был высокий, безупречно одетый молодой человек, с усталым лицом и зоркими глазами под тяжелыми веками.

Когда он произнес свое приветствие в голосе его послышалось нечто, напоминающее свист кнута.

– Лорд Ламмерсфильд вам, вероятно, все уже рассказал, - заговорил я.
– Пожалуй будет лучше, если вы теперь станете задавать мне вопросы.

Гордон сел за стол и покачал головой.

– Нет, мистер Бертон, если позволите, я предпочитаю выслушать это дело в вашем собственном изложении. Понятие Ламмерсфильда о истине имеют скорее политический, чем юридический характер.

Вспомнив мнение министра о Гордоне я не мог сдержать улыбки и, без долгих размышлений, начал свой рассказ...

Мой гость слушал меня, нагнувшись над столом, и делал какие-то заметки на листе бумаги. Раза два он прерывал меня и задавал краткие отрывистые вопросы.

Когда я кончил, он встал, потянул к себе свои записки и медленно проговорил:

– Надеюсь, вы понимаете, мистер Бертон, что завтра вы станете самым популярным человеком в Англии! Если вы используете газеты должным образом, то ваши мемуары будут стоить колоссальных денег! Я уверен, что с сегодняшнего дня, каждый английский журналист будет гнаться за вами по пятам!

Немного помолчав, он прибавил:

– Если все, что вы мне рассказали правда, то вам, конечно, ничего не грозит! Начнем с того, что показания господина Логана прекраснейшим образом восстанавливают ваше алиби! Но, с другой стороны, вам трудно избежать судебного процесса! Вся история слишком неправдопадобна! Судья не может принять ее за веру!

– Что же делать, - со вздохом произнес я, - раз все это раскроется, значит так тому и быть!

Гордон кивнул головой.

– Я сейчас разузнаю, какие улики есть у полиции и просмотрю все ваше дело! Надеюсь, появление в суде мисс Солано или вашего друга, мистера Логана, не встретит никаких затруднений.

– Ровно никаких! Логан живет в моей квартире под надзором полицейского. Он, вероятно, скоро придет сюда. Мисс Солано находится у Трэгстоков, но мне не хотелось бы, чтобы ее имя фигурировало в этой истории!

– Пошлите ко мне Логана, как только он придет, - вежливо попросил Гордон.
– Прежде всего, я постараюсь, чтобы издали приказ об аресте Гуареца и всей остальной банды. А затем надо разыскать Мильфорда, если только он еще жив: в его руках все нитки дела!

– Боюсь, что вы найдете его в Темзе, - заметил я.
– Моя единственная надежда на то, что ему удалось убить да-Коста!

Гордон встал с места явно преображенный. Присущая ему усталая томность исчезла-спала с него, как плющ. Глаза засверкали таким живым умом, такой энергией, что я легко понял его выдающийся успех.

– Я сделаю все, что возможно!
– заявил он.
– Между прочим, не можете ли вы дать мне несколько адресов ваших друзей, живущих в Америке, или в каких-либо других странах, которые могли бы засвидетельствовать вашу личность?

Я виписал ему имена нескольких, самых почтенных моих знакомых, знавших меня и о моей поездке в Англию, и Гордон спрятал этот список в карман.

– Я сегодня же пошлю им каблограмму! Не забудьте прислать мне Логана! А с мисс Солано я постараюсь повидаться сам!

Он ушел, оставив меня в приятном сознании, что защита выбрана очень удачно! Меня теперь беспокоила только мысль о том, что Марчию все же придется втянуть в эту историю, как свидетельницу.

Но что бы там не случилось, я твердо решил скрыть от публики ее истинную роль, а мою настоящую роль в этом деле, она уже знала от Билли. Ей было известно, что только благодаря мне, Лиге до сих пор не удавалось отомстить убийце ее отца...

Я верил, что ее отношение ко мне не изменится от этого: ведь ее любовь ко мне вспыхнула еще тогда, когда она принимала меня за Прадо. Такая любовь, наверное, выдержит любой удар! Я скорее боялся, что Марчиа сильно тревожится за меня...

Я предавалсяразмышлениям по этому поводу, когда вошел полицейский и сообщил мне о приходе Билли.

– Расскажите мне, что с Марчией!
– попросил я друга, когда он вошел.

– Она прекрасно себя чувствует: этих Солано не так легко проберешь! заявил Билли.
– Я рассказал ей всю историю перед тем, как приехать в суд, а она и глазом не моргнула. Сильный характер у этой девушки! одобрительно прибавил он.

– А она ничего не просила передать мне?

– Да, она, кажется, просила сказать, что вы еще не надоели ей!
– со смехом ответил Билли.

– Следите за Марчией!
– серьезно попросил я его.
– Меня теперь не так беспокоит Гуарец и его шайка, как этот негодяй - Сангетт! Он влюблен в Марчию и как только узнает, что у меня руки связаны, может придумать какую-нибудь гнусность!

В тот вечер у меня не было больше посетителей, а на следующее утро ко мне снова привели Гордона.

– Не будете ли вы возражать, если я не найду нужным протестовать против назначения дополнительного следствия на сегодня?
– спросил он, глядя на меня своим острым взором.

– Если вы можете добиться от судьи, чтобы он выпустил меня на поруки, или как там это называется, я, конечно, брыкаться не буду!
– ответил я. Пока Гуарец и вся его шайка находятся на свободе, мне хотелось бы выйти отсюда, хотя бы для того только, чтобы сохранить мисс Солано.

– Мисс Солано уже охраняется, - любезно заявил Гордон.
– Агент тайной полиции сторожит день и ночь дом Трэгстоков! А что касается Гуареца и его товарищей, то я имею приказ об аресте всей шайки. Дело теперь только затем, чтобы их найти!