Двойник

– Марчиа, - спросил я опять, - почему вы называете себя мисс де-Розен? Зачем вы скрыли свое настоящее имя?

– Я не хотела, чтобы убийца моего отца знал, что я нахожусь в Англии!
– ответила Марчиа. Затем она в страстном порыве вдруг повернулась ко мне.
– Ведь я вам верю, Стюарт, верю во всем, и верю всем сердцем, всем своим существом!
– пылко говорила она.
– Так скажите же, наконец мне, кто вы? Вы так похожи на Прадо, что даже Гуарец был введен в заблуждение!

Я многое дал бы, чтобы иметь право ответить на вопросы любимой девушки, но слово, данное мною, стояло между нами...

– Еще несколько дней, Марчиа, - нежно умолял я.
– Я бы все открыл вам сейчас, если бы только можно было, ноя дал слово и не могу его нарушить.

Марчиа долго молчала, затем шепотом и не глядя на меня, сказала:

– Пусть будет так, как вы хотите! Я вам верю, потому, что... потому что люблю.

Неожиданный сильный гудок машины, данный Билли, крутой поворот, и мы въехали в предместье Лондона.

– Как вы относитесь к "Дворцовой гостинице"?
– предложил нам Билли. Прошлый месяц я там жил около недели и хорошо знаком с директором.

Мы миновали городскую ратушу, повернули в Чипсайд и остановились у входа в гостиницу.

– Я пойду сначала поговорю с директором, - заявил Билли, сойдя на тротуар и исчезая в подъезде.

Мы с Марчией остались в машине.

На широкой улице, освещенной фонарями, не было ни души. Я взял ее руку и поднес к губам.

– До завтра, дорогая, - произнес я с нежностью.
– Завтра с утра я позвоню вам, перед вашим отъездом к Трэгстокам мы тогда договорились относительно встречи.

Она погладила меня по руке.

– Вы обещаете мне быть осторожным ради меня?
– настойчиво попросила она.

Я успокоил ее улыбкой. Теперь ведь у меня была она, мог ли я бравировать своей жизнью?

– Все в порядке, - возвестил Билли, выходя из отеля в сопровождении управляющего.
– Мистер Поллан сам позаботится о том, что удобно устроить мисс де-Розен!

Управляющий поклонился.

Открыв дверцу машины, я помог Марчии выйти. Ее глаза слипались и я настаивал, чтобы она сейчас же легла спать.

Мы простились в коридоре гостиницы.

Марчиа поднялась на лифте, а мы с Билли вышли и снова уселись в машину.

– Боюсь, что мы найдем дом запертым со всех сторон, - сказал Билли, напрасно я не дал телеграммы, чтобы предупредить о нашем приезде.

Мы быстро покатили и через несколько минут остановились перед домом. Через стеклянную дверь я увидел в вестибюле свет.

– Кто-то все-таки есть там.

– Они, вероятно, пригласили к себе на ужин полицейского!
– пошутил Билли. Мы сейчас устроим им приятный сюрприз своим появлением, не так ли? Вы пойдите и постучитесь, а я тут подожду и покараулю.

Я поднялся по ступенькам и сунул ключ в дверь: она распахнулась, и я, очутился лицом к лицу с человеком, стоящим у самого порога.

Это был широкоплечий мужчина, с короткими усами и проницательным взором. За ним виднелось испуганное лицо моей хорошенькой горничной.

– Если мой вопрос не покажется черезчур дерзким, - произнес я учтиво, - позвольте узнать, кто вы такой?

– Я следователь Нейль из Скотлэнд-Ярда, - проговорил он отчетливо. Я, кажется, имею удовольствие говорить с мистером Джоном Бэртоном?

Это было ужасным ударом для меня, но я перенес его совершенно спокойно.

– Ну, и что же дальше?
– вопросом на вопрос ответил я.

Билли, оставив мотор, уже поднимался по лестнице.

Следователь Нейль поднял руку и опустил ее спокойно и решительно на мое плечо.

– В таком случае, - заявил он, - я обязан вас арестовать!

Я был буквально ошеломлен.

– Арестовать меня... меня... Да за какие грехи, черт возьми?! разразился я.

– За убийство Стюарта Норскотта!
– последовал быстрый и совершенно ясный ответ.

20

Я посмотрел прямо в глаза новому знакомому и громко расхохотался: до того нелепым казалось мне то, что я услышал.

Билли сел на решетку и тоже стал смеятьься, как сумасшедший.

Лицо следователя выражало недоумение.

– Простите, пожалуйста, - вырвалось наконец у меня, - не лучше ли нам войти в дом?

Вытерев слезы, выступившие у меня на глазах от неудержимого смеха, я первым двинулся вперед. Следователь шел следом за мной, Билли замыкал шествие.

– Ну, а теперь, - сказал я, когда мы все вошли в вестибюль, - вы, может быть, будете столь любезны и объясните нам, в чем дело?

Когда я говорил, послышались тяжелые шаги, и по лестнице спустился полицейский.

Следователь с любопытством посмотрел на меня и пожал плечами.

– Тут нечего объяснять! Меня уполномочили арестовать вас за убийство мистера Стюарта Норскотта. И я считаю своим долгом поставить вас в известность, что отныне все ваши слова будут приняты, как улика против вас.

– Но что дает вам повод предполагать, что мистер Норскотт погиб? спросил я.

– То, что его тело находится сейчас в мертвецкой Ист-стрита!

Мне в жизни не раз приходилось переживать неприятные пострясения, но такого, признаюсь, я еще никогда не испытывал!

Даже Билли, чье непоколебимое равновесие могло нарушить разве только землетрясение, и тот был до того ошеломлен, что свистнул.

"Итак, в конце концов, Норскотт все-таки попался им в лапы! пронеслось у меня в голове.
– Длинному списку черных дел Ягнацо Прадо настал конец!"

Я вспомнил о Марчии и порадовался за нее.

– Ваше сообщение, господин следователь, несколько лаконично, - сказал я. Где же случился этот нежелательный инциндент?

– Я не имею права отвечать вам на ваши вопросы, - вежливо возразил следователь - А если вы желаете посоветоваться с юристом, то эта возможность будет вам дана, согласно существующим законам.
– А теперь, прибавил он, обращаясь к полицейскому, - позовите извозчика!

Полицейский козырнул.

– Ну, до свидания, Билли, проговорил я и, в сопровождении следователя, спустился по лестнице.

Я должен был отправиться в тюрьму, откуда мне предстояло предстать перед судом за убийство, которого я не совершал.