Дьявол начинает и...
Шрифт:
– Татьяна Михайловна, - удалось мне приостановить выпады соседки.
– Вы не знаете, куда бабушка пошла? А то звоню я ей, звоню, не отвечает!
– Откуда я могу знать!
– возмутилась соседка.
– Я ведь за ней не слежу.
"А то, как же" - я еле удержалась, чтобы не произнести это вслух. Ты ведь за всеми следишь! "Активистка - помню, ее еще так мама называла.
– Вечно она лезет не в свое дело!
У них с мамой отношения действительно не сложились. Татьяна Михайловна чуть что надменно поджимала губы да хмурилась, показывая свое неодобрение. Все
Жаль, она умерла. Еще лет пять назад. Во сне. Дней десять в квартире пролежала. К ней тогда дочка с мужем приехали, вот и обнаружили. Сначала удивлялись, что она дверь не отпирает, потом слесаря вызвали. Взломать попросили. Ее дочку у нас в доме хорошо знали, только ведь к мужу переехала. Потому и открыли дверь без проволочек, а тетя Люба там мертвая лежала. Давно уже остыть успела.
Бабуля услышала об этой истории - соседки разболтали. Тогда она решила на случай чего запасные ключи от нашей квартиры соседке отдать. Татьяне Михайловне. Она почти все время дома сидела, да и отношения у них были получше, чем с моей матерью.
– Может, дадите мне ключи запасные, а то я в квартиру попасть не могу? А захватить с собой свои забыла.
Татьяна Михайловна поджала губы.
– Сейчас вынесу, - она захлопнула двери, будто боялась, что я увижу что-то лишнее, но уже через мгновение появилась снова, держа в руках связку.
– Бери, - она протянула мне ключи и тихо пробормотала себе под нос.
– И как только можно ключи забывать?!
– Спасибо, - я сделала вид, что не услышала ее слов, кивнула на прощание, а затем подошла к двери в свою квартиру.
Боковым зрением я видела, что Татьяна Михайловна все еще не удалилась к себе и теперь наблюдает за нами с Дамианом.
– Входи, - я отворила двери и пригласила Дамиана войти.
– Не боишься меня к себе приглашать?
– с деланным удивлением спросил он.
Я шикнула на него и втолкнула в середину. Мы оказались в узеньком помещении между входной дверью и вешалками с одеждой.
– Ты соображай, что говоришь, - со смехом начала я.
– Татьяна Михайловна - старушка с богатой фантазией. Она теперь бабушке начнет рассказывать, что я чуть ли не опасных преступников к себе вожу. С нее станется!
– Я ведь никогда не говорил, что я безопасный, - одна его рука легла мне на талию, вторая коснулась подбородка.
В царившей вокруг темноте я замечала лишь блеск глаз Дамиана, чувствовала изогнутые в кривой усмешке губы в сантиметре от моих губ.
– Дамиан...
– Иначе я лгал бы, - закончил парень, и его губы коснулись моих губ. Одно прикосновение. Еще одно. Я почувствовала, как мои руки ложатся ему на плечи, из горла вырывается тяжелое дыхание, а все мысли улетучиваются.
И снова...
"Бабушка" - внезапно вспомнила я.
Я оттолкнула от себя Дамиана... Попыталась это сделать. Мои
губы помимо моей воли тянулись к его. Руки не слушались.– Дамиан... Прекрати... Моя бабушка...
Внезапно раздался стон. Я вздрогнула, отодвинулась от Дамиана и щелкнула выключателем, который находился как раз возле моей левой руки.
– Бабушка!
Она лежала на полу возле двери, ведущей в кухню. Лицо посинело и осунулось, отчего казалось, что передо мной обтянутый кожей скелет.
– Бабушка!
– я бросилась на пол, попробовала чуть приподнять ее голову.
Снова раздался ее стон и еще один...
– Баб!
– я подняла глаза, прикрывая ладонями рот, чтобы не заплакать.
– Дамиан, звони в скорую. Телефон на тумбочке.
Больше не обращая на него внимания, я склонилась над бабушкой, провела ладонью по ее лбу, убирая волосы.
– Бабуль, не умирай, пожалуйста.
– Номер?
– откуда-то издалека до меня долетел голос Дамиана, но я не обратила на него внимания.
– Бабушка!
– Витька?
– сабо произнесла она, чуть открыв глаза.
– Это ты?
Дамиан схватил меня за шкирку, заставляя посмотреть в его глаза.
– Пусти меня, ты что, не видишь, - я замахнулась на него свободной рукой, но он без труда схватил ее.
– Скажи мне номер скорой, чтобы я мог до них дозвониться, - отчетливо произнес парень.
– Ноль...
– я произнесла нужные цифры и вновь склонилась над бабушкой.
– С тобой все будет хорошо. Честно. Сейчас приедет скорая и поможет тебе. Я обещаю, все будет хорошо.
Она не ответила. Лишь слабое подобие улыбки тронуло ее губы. Глаза начали закрываться, голова накренилась вниз.
– Бабушка!
– я попыталась растормошить ее, сделать хоть что-то!
– Дамиан...
– Я позвонил им. Они сейчас будут здесь, - он присел рядом со мной и взял руку бабушки в свои руки. Провел по ее кисти, будто пытаясь что-то узнать.
– Скорая...
– Она скоро будет, - отмахнулся Дамиан, перевернул бабулину руку и коснулся ее ладони.
– У нее больное сердце?
– Да. Давно.
– Вижу.
Он поднял на меня глаза. Хотел что-то сказать. Я замерла, впилась зубами в губы, силясь спросить...
– Она будет жить, - отчетливо сказал Дамиан и сжал кисть моей бабушки, будто вливая в нее силу.
Бабушка открыла глаза.
– Это ты?
– она взглянула на меня, силясь улыбнуться.
– Я думала больше никогда тебя не увижу. Думала... Ты жива, радость моя, как же я счастлива. Марина... Марина...
– Бабушка!
Она не слышала меня. Все продолжала и продолжала повторять:
– Марина, Марина...
– Это я, - по наитию я еще сильнее наклонилась к ней, отчего наши лица почти соприкоснулись.
– Я пришла.
– Ты вернулась, - она протянула руку к моему лицу, но коснуться его не смогла. Сил не хватило.
– Я знала. Те люди не такие, как ты. Они плохие, хотят погубить тебя. Все эти их ритуалы... Не верь им. Не верь! Они - зло. Я поняла это еще тогда, когда впервые их увидела. Помнишь, мы тогда гуляли в парке и...