Джокер

Она сосет быстрее, направляя губы к основанию моего ствола. Я в небесах.

Я стону, моё тело дергается, и я разряжаюсь в её горло. Я балансирую на

грани между удовольствием и болью, хочу оттолкнуть её и в тоже время мне

нужно больше. Несколько секунд спустя я стону, потому что не могу

остановиться, даже её мягкое дыхание возбуждает меня.

– Черт, это было эпично! – пробормотал я, закрыв глаза. Она хихикает, и я

расслабляюсь.

– Ты не против, если мы посмотрим твоё джакузи? – открыв глаза, я вижу

Сиеру передо мной. Салли вскакивает и незаметно вытирает рот.

– Конечно, идите, – фыркаю я.

Салли протягивает руку и помогает мне. Мои джинсы упали до лодыжек, я

переступаю через них и следую за девочками в джакузи.

Мой балкон похож на сцену из фильмов восьмидесятых: на заднем фоне

играет музыка и везде сиськи. Этих девушек ничего не смущает. То, что мне

нужно.

– Ты идешь? – спрашивают они.

Я забыл, кто есть кто, так что киваю и снимаю боксёры. Я опускаюсь в

дымящуюся воду. Девушки садятся по обе стороны от меня, а Салли

располагается между моих ног. Я смеюсь и думаю, что она пытается

«застолбить» меня. Пайпер, вроде та, что слева, наклоняется и целует меня. Я

стону, чувствуя руку на своем члене. После такого дня, я не понимаю, как он

ещё стоит, но он достаточно твердый. Я прикасаюсь губами к её губам, пока

её руки работают над моим членом. Я даже не уверен, что это именно её

руки.

– Хочешь ещё шампанского? – Сиера машет передо мной пустым бокалом.

– Давай, – я смеюсь, она уже наполовину разлила свой бокал. Пайпер

надувает губки, как будто она разочарована, что я ухожу, но, честно говоря,

мои яйца гудят как сумасшедшие. Мне нужно время, чтобы оправиться после

звёздного минета Салли. Я встаю и выхожу из джакузи.

Моя нога скользит, и прежде чем я понимаю, что за херня случилась, я

лежу на спине, уставившись в небо. В отдалении я слышу, как женщина

кричит. Мне требуется секунда, что бы понять, что это мне.

Я кричу. Я кричу, блядь, как гребаная девочка. Боль адская. Это самое

жуткое, что я когда-либо чувствовал. Это буквально выбивает из меня дух.

Вдруг голые женщины окружают меня. Салли помогает мне сесть.

– Блядь, – рычу я и снова падаю на бок. Это единственная позиция, которая

приносит мне облегчение. Это херово.

– Может вызвать «скорую»? – спрашивает кто-то.

– Нет, – отвечаю я, стиснув зубы.

Я даже не знаю, был ли это вопрос мне, но я не могу рисковать.

– Я в порядке, я просто в шоке. Помогите мне, – я почти падаю в обморок,

когда девушки поднимают меня на ноги. Такое ощущение, что я сломал

спину, и на секунду мне кажется, что это так, но я понимаю, что не смог бы

двигаться, если бы было так.

Это просто растяжение связок, несколько часов покоя, и я буду в порядке.

– Я думаю, вам лучше уйти, – бормочу я, свернувшись на диване. Теперь

номер вращается.

– Ты уверен? – Салли выглядит обеспокоенной. – Может тебе дать

обезболивающее? Ты плохо выглядишь. Ты уверен, что тебе не нужно в

больницу?

– Нурофен в моей теннисной сумке. Будет здорово, если ты достанешь

таблетки и дашь бутылку воды, – благодарю я.

Она бежит к сумке, достает таблетки и кладет их на столик вместе с

бутылкой воды. Она в последний раз неуверенно смотрит на меня и выходит

из комнаты вслед за подругами. Я слышу, как они одеваются и, наконец,

слышу, как дверь захлопывается.

Блядь. Теперь я могу паниковать. Потому что это серьёзно. Я глотаю

нурофен и смеюсь. Я сомневаюсь, что таблетки помогут убить эту адскую

боль. Я немного сдвигаюсь и почти падаю в обморок от боли. Я жалею, что

они не вызвали «скорую».

4

Я слышу, как открывается дверь, и с трудом поднимаю глаза. Мэтт

подходит ко мне и качает головой. Он выглядит рассерженным, но я не виню

его. Я бы на его месте тоже был зол. Реальность медленно возвращается, но

память всё ещё нечёткая. Помню девочек из клуба, как упал на балконе.

Помню, как позвонил Джошу, но потом – ничего до тех пор, пока не

проснулся здесь несколько часов спустя. Должно быть, я был в отключке.

– Я знаю, знаю, – бормочу я, игнорируя боль в пояснице. Она все ещё

чертовски сильная. – Тебе не нужно ничего говорить.

– Я думаю, нужно, – он смеётся, берет стул и садится возле меня. – О чём

ты, чёрт возьми, думал?! Хотя нет, подожди, ты вообще не думал, ты же

ненормальный!

– Я не знал, что что-то сломаю! – дотягиваюсь до морфина и нажимаю на

кнопку. Облегчение разносится по моим венам.

– Блядь, Райдер, всё, что я могу сказать, тебе повезло, что это случилось

сейчас, а не в начале сезона.

– Повезло? – рычу я. Я не понимаю, каким образом мне повезло. Я

лишился финала «French Open». Мои спонсоры собираются убить меня.

Вероятно, для них эта катастрофа оказалась большой проблемой.

– Ой, перестань делать вид, как будто тебя об этом не предупреждали. Этот

пиар – гребаный страшный сон! – говорит он, запустив руку в седоватые

волосы. – Ты знаешь, что женщины, с которыми ты был, пошли прямо в

жёлтую прессу? Тебе нужно начать думать головой, а не членом!

– Что? – рявкнул я. – Я облажался, я в курсе. Ты можешь что-нибудь

сделать, чтобы избежать этого?

– Нет, и я думаю, тебе это пойдёт на пользу, прежде чем ты снова

выкинешь что-то настолько глупое. Чёрт возьми, ты поскользнулся и сломал

тазовую кость, выходя из дурацкого джакузи посреди оргии, не беспокоясь,

что у тебя утром открытый чемпионат Франции. Как можно быть настолько