Джокер

– Да? – спрашивает она, выражение её лица подозрительное.

– Возьми мой бумажник, он на столе, – я смотрю, как она подходит и берет

его, бросая мне. Ловлю его и достаю пятьдесят баксов. – Вот, купи себе что-

нибудь приятное.

Она смотрит на меня как на сумасшедшего. Может так и есть, но я сейчас

на трети пути по выполнению своих трех добрых дел от Скарлетт.

– Ты нормально себя чувствуешь?

– Просто возьми деньги, пока я не передумал, – рычу я.

Она вздрагивает и пихает деньги в карман. Когда она выбегает из комнаты,

я слышу, как она бормочет «сумасшедший» и «урод», но мне всё равно. Я

слишком сосредоточен на том, что бы выяснить, что ещё я могу сделать. Мой

первоначальный план состоял в том, чтобы заказать маме большой букет

цветов, но после того, что она увидела в понедельник, я не знаю, как

извиниться, не глядя в глаза.

Это так!

Я лезу в ящик и вытаскиваю письмо от Джейка. Разворачивая его, я

улыбаюсь, так как вижу обратный адрес. Я куплю что-нибудь ребенку. Если

это не значит самоотверженный, тогда я не понимаю, что это. Десять минут

спустя, новый синий гоночный велосипед уже находится на пути к Джейку, и

я чертовски гожусь собой. Я заказал ещё дополнительно шлем, замок, стенд,

насос, рюкзак и питьевую бутылку.

Мне чертовски нравится это!

Наконец, я нахожу американскую службу доставку цветов и заказываю

Скарлетт букет из красных роз. В итоге, три совершенных бескорыстных

дела. Я выключаю свет и закрываю глаза. Нелегкое это дело – быть хорошим.

***

– Велосипед? – её голос звучит раздраженно. Почему она бесится? Это

чертовски полезный подарок.

– Это было одним из моих добрых дел, – говорю я, защищаясь.

– Да, отличная идея, купить ребенку с больными легкими велосипедный

набор, которым он никогда не сможет воспользоваться!

Вот дерьмо.

– И не только это, – продолжила она. – Цветы? Ты серьёзно думаешь, что я

хочу, чтобы ты покупал мне цветы? Почему ты автоматически все

связываешь с деньгами? Ты думаешь, что можешь всё купить? Я должна была

догадаться, – она смеётся. – Мне не терпится услышать о других твоих

добрых делах.

– Да, и что же было твоим эгоистичным актом, мисс Ваше-долбаное-

высочество? – огрызаюсь я, раздраженный её неблагодарностью за подарок.

Согласен, велосипед был плохой идеей, но намерение – нет.

– Я сделала стрижку, – её тон оборонительный, он и должен быть таким,

учитывая слабую попытку быть эгоисткой.

– Стрижка? – смеюсь я. – Вау, это непомерная трата денег. Вина, должно

быть, съедает тебя.

– Эй, стрижка это важно для меня, – говорит она. – Я не стриглась с тех

пор, как мне исполнилось 21. И ещё, с каких пор стрижка стала такой

чертовски дорогой?

– Что произошло, когда тебе было 21? Это связано рождением Джейка? –

спрашиваю я, она мало говорит о себе, и я цепляюсь за любой момент, чтобы

вытащить из неё информацию. Я постоянно напоминаю себе, что занимаюсь

этим только потому, что мне скучно.

– Нет, тогда умерла моя мама, – говорит она тихо. – Джейк появился, когда

мне было шестнадцать, – она смеётся. – Почему я говорю это всё тебе?

– Почему бы и нет? – Мне нравится, что она открывается мне. Это похоже

на то, что между нами развивается дружба или что-то типа того. – Похоже,

тебе нужно с кем-то поговорить.

– Ну и что? Ты предлагаешь стать моим психологом? – Она фыркает. –

Потому что все это мне нужно так же, как моему сыну велосипед.

– Нет, я предлагаю быть твоим другом.

– Кто сказал, что мне нужен друг? – бормочет она.

– Может быть, я тот, кто нуждается в друге. Я лежу на своей заднице и

ничего не делаю. Разговаривая с тобой, я быстрее провожу время.

– Ну, не думаю, что ты можешь поместиться в моём напряженном графике,

– бормочет она. – Ты знаешь, я занятая женщина,– она вздыхает и прочищает

горло. – Ладно, Райдер, я дам тебе ещё один шанс. Я хочу, чтобы ты сделал

что-то хорошее для кого-то, не используя деньги. Сделаешь, и мы сможем

стать друзьями.

– Означает ли это, что ты позволишь мне поговорить с Джейком?

– Не нажимай, – предупреждает она смеясь.

– Ладно. Так что я должен буду сделать без денег? – бормочу я. Мне

кажется глупым, что у меня есть деньги, и я не могу использовать их, чтобы

сделать что-то хорошее другим.

– Люди поступают так каждый день. Я уверена, что ты, Райдер,

придумаешь что-то. Сделай приятное своей матери, – говорит она.

– Боже, только не моя мать, – стону я, прикрывая лицо руками. Я сразу же

жалею о своих словах.

– Почему бы и нет? – говорит она, смеясь.

– Потому что у меня был неприятный случай с ней на этой неделе, –

говорю я. Боже, я в ужасе, когда думаю об этом.

– Ну, теперь мне любопытно. Ты должен рассказать мне!

– Нет, ни за что! Я даже думать об этом не могу!

– Давай, тебе, вероятно, полегчает, если ты кому-то расскажешь. Ты

можешь довериться женщине, которая сказала своей матери, что беременна, в

шестнадцать лет.

Я закрываю глаза и стону.

– Хорошо, я расскажу. Но если ты будешь смеяться… – предупреждаю я. –

Она застукала меня, когда я не смог получить облегчения, если ты

понимаешь, о чем я говорю.

– Твоя мама поймала тебя за мастурбацией? – спрашивает она, стараясь не

хихикать.

– Нет, это только часть проблемы. У меня столько треклятой боли, что даже

больно дрочить. Я не могу поверить, что в самом деле говорю с тобой об

этом, – бормочу я. – Я хочу сказать, что в первый раз уже занимался этим,