Джума
Шрифт:
– Я готова...
Глава пятнадцатая
Несколько дней неустанных поисков вконец измотали Корнеева, но зато теперь было что рассказать Малышеву. В это утро он в приподнятом настроении вошел в здание Управления, намереваясь сразу же доложить о результатах. Однако дежурный опередил его, передав приказ немедленно явиться к начальнику.
"Что еще стряслось?" - с тревогой подумал Леонид, быстро минуя лестницу, длинный коридор и по пути здороваясь с коллегами. Он лихорадочно перебирал в уме события последних дней. Если не считать промаха в больнице, больше за ним грехов не водилось. И все-таки на сердце легла тяжесть, мешая сосредоточиться и спокойно проанализировать свои действия за истекшие трое суток. Внутренне
– Проходите, присаживайтесь, Леонид Аркадьевич, - проговорил тот сухо. Подождав, пока подчиненный сел, вновь заговорил: - У нас очередное ЧП, причем, довольно неприятное. Но прежде, я хотел бы услышать о результатах вашей проверки. Есть что-нибудь?
Корнеев незаметно с облегчением вздохнул и успокоился, поняв, что причина срочного вызова не в нем, а, видимо, в том самом "довольно неприятном"ЧП.
– Удалось установить, что в ночь, предшествующую смерти Родионовой, начал он четкий доклад, - она встречалась с одним из известных в криминальном мире "авторитетов" по кличке "Немец", а именно - Отто Франком. Есть свидетели, видевшие ее в машине Франка рядом с маленькой торговой точкой, работающей круглосуточно, на улице Панкратова. Кроме этого, ночной вахтер театра, проверявший дверь одного из запасных выходов, обратил внимание на женщину, которая садилась в машину.
– Мало ли женщин садятся в машины, - заметил Малышев недоверчиво.
– К тому же, насколько я знаю, когда закончился концерт, было уже темно.
– Все верно, - согласился Корнеев, но поспешил добавить: - Дело в том, что этот сторож в прошлом - таежный артельщик, заядлый охотник. В настоящее время перебрался в город поближе к сыну из-за частого обострения радикулита. Но зрение сохранил отменное. Он, может, и не обратил внимание, если бы женщина не была одета в роскошную соболинную шубу. В городе такая имелась только одна...
– Я знаю, - кивнул Малышев.
– Генерал подарил ее дочери на двадцатилетний юбилей свадьбы. Она была у него единственная и когда-то он обошелся с ней чересчур жестоко, а потом всю жизнь откупался дорогими подарками. По поводу этой шубы в свое время много шума было, но генерал всем рты на замок посадил. Значит, Отто Франк... Интересно. Его ведь тоже этой ночью убили?
Корнеев кивнул утвердительно. Малышев помолчал, раздумывая, а потом, словно очнувшись, продолжал:
– Леонид Аркадьевич, будем считать, вопрос с Родионовой мы выяснили. Хотя... тот факт, что она встречалась именно с Франком, породил немало новых вопросов. Но они могут подождать. А вот, что касается другой Родионовой, Натальи, здесь вопросов не несколько, а миллион.
– Малышев вздохнул и взглянул на Корнеева: - Наталья Родионова исчезла. Сегодня утром дежурная смена в больнице не обнаружила ее в палате. Дальнейшие поиски ни к чему не привели.
– Вы думаете, есть связь между исчезновением Натальи Родионовой и Сергея Астахова?
– недоверчиво спросил Корнеев.
– Но...
– Не торопитесь с выводами, Леонид Аркадьевич. Хотите сказать, что они не знакомы друг с другом? А откуда мы это знаем? До сегодняшнего дня мы даже предположить не могли, что у Анастасии Филипповны Родионовой есть нечто общее с Отто Франком.
– Малышев взглянул на часы: - Скоро должен подъехать Стрельцов. Как только он появится, я прошу вас обоих зайти ко мне. А пока продумайте версии.
– Разрешите идти?
– Корнеев поднялся и покинул кабинет.
Роман Иванович вышел из-за стола и, пройдя к окну, остановился, размышляя.
"Что же это происходит в нашем "датском королевстве"?
– Он усиленно помассировал ладонью затылок, ощутив в нем тяжесть и болезненное покалывание.
– Не доживу до пенсии, - подумал с удручающей тоской.
– Так и вынесут отсюда вперед ногами. Вообще, ради чего и кого стоим
– Роман Иванович, к вам Стрельцов и Корнеев, - раздался голос секретаря по селектору.
– Пусть заходят!
– громко сказал он, возвращаясь к столу и усаживаясь.
Когда оба вошли, он проговорил:
– Садитесь ближе. Владимир Александрович, слушаю вас.
Стрельцов, как всегда, внешне выглядел спокойным и уравновешенным, особенно на фоне им же произнесенных первых слов:
– Все напуганы до потери сознания.
– Родионов там?
– спросил Малышев.
Стрельцов покачал головой:
– Принимает канадскую делегацию. Прислал Багрова. Он и нагнал страха на сотрудников.
– Общая картина?
– Наталья Родионова содержалась в отдельной палате, с максимум удобств: душ, санузел, усиленное питание, свободный выход. На окнах, правда, решетки. Вела себя спокойно. Есть, тем не менее, один любопытный факт. Несколько дней назад с ней проводил беседу главврач - Марк Моисеевич Блюмштейн. Результатом беседы стал вызов санитаров. Еле удалось ее скрутить и проводить в палату. Однако, к вечеру девушка уже успокоилась.
– О чем они говорили?
– Обычная беседа врача с пациентом. Когда я говорил с Блюмштейном, у меня создалось впечатление, что он сам немного... того... От страха совсем "поплыл". Знаете, что он у меня спросил?! Заберут ли его прямо оттуда или дадут попрощаться с семьей?
– А есть за что забирать?
– усмехнулся Малышев.
– Не знаю, Роман Иванович, честное слово. Но есть у меня подозрение. Только не по поводу Блюмштейна, а Артемьева.
– Он-то причем?!
– похоже, выдержка изменила Малышеву.
– В тот день, когда Родионова "буйствовала", в больницу приезжал Артемьев. Якобы, на консультации. Я проверил: подобное практикуется, он приезжал и раньше. Но дело в том, что, когда санитары забирали Родионову из кабинета главврача, там, кроме нее и Блюмштейна, никого не было. А вот пара алкоголиков, которые в это время проходили "курс трудотерапии", уверяют, что Артемьев находился в тот момент в кабинете и вышел уже после того, как Родионову увели.
– Им можно верить?
– Им можно не верить, но проверить эти сведения необходимо.
– Блюмштейн знает об их показаниях.
– Нет. Он и Артемьев - давние друзья. Мне просто показалось странным, что у этих двух друзей стали исчезать пациенты. Причем, пациены, так или иначе причастные к...
– Стрельцов запнулся, опустив глаза, но почти тотчас вскинул их и, глядя в упор на Малышева, закончил: - Причастные к убийствам.
– Как обнаружили исчезновение Родионовой?
– сухо спросил Малышев.
– В 22-00 дежурная сестра принесла ей в палату лекарство. Девушка выпила его и легла. Через пятнадцать минут, проходя мимо, медсестра вторично заглянула к ней: Родионова спала. Свет там гасить не принято, поэтому спящую девушку она видела отчетливо. К тому же, учитывая, чья она дочь, внимание и интерес со стороны персонала к ней был повышенный. Хватились ее только в половине восьмого, на следующее утро. Смены меняются в восемь утра и восемь вечера. Обыскали все палаты и всю прилегающую территорию. Дождались Блюмштейна и... началось. А Багров добавил.