Единство

— Еще успеешь насмотреться, — напомнила о себе Оника. — Нам нужно идти дальше.

— Куда? — Кристар замешкался, но проследив за взглядом сестры, содрогнулся. — Ты верно шутишь!

— Что не так? — изобразив искреннее непонимание, девушка едва сдерживала смех. — Мне легче всего защитить тебя там, где моя сила достигает своего пика.

— И поэтому мы идем в царство вечной безжизненной мерзлоты? — Кристар почесал затылок.

— Думаю, полярные коты и зайцы там точно есть.

— Если ты с самого начала знала, где мы окажемся, почему было не прихватить с собой теплых вещей?

— Огненный маг испугался холода, — Оника усмехнулась и подтолкнула брата к самому краю обрыва. — За окном весна, а вместе с двумя беглецами пропали еще и шубы. Это существенно сузило бы территорию поиска. Прыгай уже.

Крепко держась за руки, маги ступили в пустоту, где их подхватил ветер и бережно доставил к воде, превратившейся в лед. Сверкающий плот рассекал грубые волны, стремясь к гигантскому леднику, застившему горизонт.

К соленым брызгам прибавились упавшие с серых облаков снежинки, оседая усталыми стайками на плечах магов. Когда плот добрался до дрейфующих льдов, черный остов материка уже превратился в узкую тень. Многотонные плиты с тихим треском расходились, пропуская путников к заснеженной громаде, возвышавшейся над морем куда больше, чем ожидал Кристар.

— Пробирает до самых костей, — прошептал юноша, не отрывая взгляда от белого исполина.

— Это ты его только видишь, а я могу еще и почувствовать, — согласилась Оника, правя плот среди льдов.

— Там только снег?

— Нет, снега и льды только покрывают камень. Мне не хватает сил, оценить, как далеко простирается холодная пустыня, — будто бы у нее и вовсе нет конца. Дальше пойдем пешком.

Холодная вода едва волновалась, корка за коркой нарастая на краях ледников. Попросив брата подождать, Оника опустилась на колени, вглядываясь в свое отражение в сизом зеркале. Девушка давно хотела избавиться от обезобразивших кожу рубцов, и теперь, когда ей больше не нужно было прятаться за шрамами, она не могла решиться избавиться от них, зная о боли, что придется испытать.

— Сейчас, еще пару минут, — не оборачиваясь, произнесла Оника, сжимая острые края ледника.

Вдохнув, она склонилась к самой воде. Холод забирался под кожу, жаля и кусая ее, проникая в разум и парализуя его. Намокшие волосы медленно извивались тонкими черными нитями.

Водяное лезвие впилось в кожу, срезая ее словно яблочную шкурку. Холод умерил боль, но ее было достаточно, чтобы в голове закружилось.

Кристар придержал сестру за плечи, не дав уйти под воду с головой. Красные клубы наполняли синеву и тут же скрывались из виду, увлекаемые течением на глубину. Несколько алых лоскутков коснулись льда, проникая в него и наполняя недолгим теплом.

Когда раны почти затянулись, а боль утихла, впившиеся в лед пальцы ослабили хватку.

— Поразительно, — юноша убрал со лба сестры волосы, открывая взору лишенный метки Проклятого лоб.

— Пойдем, — в голове еще гудело от воспоминания о холодном и остром лезвии, впившемся в кожу.

Взбираясь по глубокому острому снегу, Кристар пытался разглядеть что-либо за созданным Оникой заслоном. За невидимой гранью мел снегопад, перемешав небо с землей и закружив мир в неуемном вихре. Раз за разом проваливаясь в снег, юноша уже едва держался на ногах, следуя за закутавшейся в плащ сестрой. Долгий подъем закончился бескрайней равниной, тонущей в метели.

— Лучше остановиться и переждать пургу, — Оника убрала со лба растрепавшиеся волосы, и устало повела руками, возводя в снегу временное укрытие.

Пока девушка была занята постройкой снежного убежища, Кристар, не сдержав любопытства, приблизился к самому краю безопасного островка, протягивая сквозь него руку и чувствуя, как снежинки жадно прилипают к коже. Оступившись, он попытался удержаться на ногах, но снег стремительно проседал под ним, засасывая вниз и сбрасывая в сокрытую за метелью долину.

Кувыркаясь и глотая колючий холод, Кристар рухнул в выросший на его пути сугроб. Оника спустилась к брату, когда тот, отплевываясь, пытался вытряхнуть попавший за шиворот снег.

— Тебя ни на минуту нельзя оставить без присмотра, — укоризненно произнесла девушка.

В низине было безветренно и снежинки подолгу кружили в воздухе, прежде чем присоединиться к уснувшим на леднике сестрам. Недалеко от склона, по которому скатился Кристар, высился занесенный снегом холм, внутри которого гулял ветер.

— Кажется, ты нашел грот, — Оника ободрительно улыбнулась и, потянув брата за плечо, направилась к возвышенности. — Укроемся там.

— А если там уже прячется полярный кот?

— Тогда ему придется искать себе новое жилье. Держись позади меня и не отходи ни на шаг.

Спустившись в ложе долины, закованное в тонкую ледяную корку, маги тут же провалились под снег, оказавшись по щиколотку в талой воде. С трудом передвигая ноги, они направились к маячащему невдалеке бугру.

— И почему ты не выбрала более жизнерадостное место?

Оника пропустила жалобу брата мимо ушей. Вода хлюпала в ботинках и была куда теплее, чем окружающий холод.

— Похоже, под нами находятся горячие источники. Странно, не думала, что Мориус изменил и земли приполярья. Если повезет, внизу будет тепло и сухо. Может быть, там даже растет трава и деревья.

— Откуда им здесь взяться, — проворчал Кристар.

Вход в грот оказался узким и низким, сразу переходящим в крутой извилистый спуск. Изнутри лился теплый воздух, растопивший снег у входа и устроивший капель из верхушки горба.

— Больше воодушевления, ты же давно мечтал о передышке, — Оника усмехнулась и первой съехала по выточенному водой проходу.

* * *

Изъеденную чужими снами тесную пещеру, освещало жидкое пламя, мерно пульсировавшее за ветвистой сеткой прозрачного минерала. Огненная жила наполняла грот сухим теплом и многолетней безмятежностью.

Эрхильд выдохнул кольцо сладкого дыма, когда два мага вторглись в его обитель. Легкий аромат трав заполнял грот, обманывая ощущения Оники.

— Ну, и что вы наделали? — сурово спросил старик, двигая обвислыми бровями и направив потрескавшуюся от времени трубку на незваных гостей. Его голос, хриплый и неровный, прозвучал дико даже для него самого, давно утратившего необходимость говорить с кем-либо. — Только посмотрите, сколько с вас воды натекло. Снимайте свои лапти и поставьте в угол — пусть просохнут. Эрхильд указал трубкой в сторону, где золотые сосуды тесно переплетались, рождая крошечное солнце. Приподняв бровь, старик посмотрел на воинственно настроенную девушку, и юношу, растерянно стоящего за ней. Пошамкав губами, Эрхильд самозабвенно потянул из трубки.