Элемент власти. Том III

А вот второй — это обязаловка. То, что я должен выполнить в любом случае. Обычно это касалось критически важных вопросов: тренировка Таши и Люмина, отправка Каркарыча с дипломатической миссией, встреча с людьми империи и составление договора, отвечающего как моим, так и их интересам. А также всё то, что я пообещал кому-либо. И хорошо, если обязательства можно было выполнить, просто передав задачу кому-то другому: разобрать плотину, согласовать с Маршаком включение в его группу, что улетела обратно в империю отца двух очаровательных детей, спасённых мной и живущих в Великом Иглове, и так далее. Но некоторые вещи мог сделать только я…

Например, обеспечить каждому из постоянных жителей Бурого собственного элементаля-помощника до конца недели. У меня осталось четыре дня, чтобы выполнить эту задачу, а для этого мне надо создать, по последним подсчётам, сто девяносто семь элементалей. Именно столько было постоянных жителей в городе.

Да, разрушение, война, эвакуация, гибель прошлого барона и все прочие проблемы очень плохо отразились на жителях Бурого. Многие разбежались, и возвращаться они не спешили. Практически ничего из того, что было им дорого, не осталось здесь. И мало того что угроза в их воображении всё ещё запредельная, так ещё и слухи о бунте разлетались очень и очень активно всё это время.

В общем, вернуть доверие людей было действительно сложно. Многие если и думали вернуться, то точно не в первых рядах. Люди всё же не глупые, не хотят излишне рисковать. И я их понимаю.

В любом случае мои обещания — это слово, данное будущим правителем этих земель. Будет неправильно нарушить первое же. Да и в действительности запасы элементалей, пусть даже короткоживущих, должны быть всегда. Они и работники, и разведчики, и защитники. Они — мой символ власти на этой земле. А символ власти — важнейший атрибут правителя.

В общем, слегка придя в себя и создав за счёт мелкого слимопада пару десятков воздушных элек-разведчиков, я взял и погнал Ташу вперёд. Элементали — не я. Они не могут почувствовать духовные искажения из-за духов и призраков. Да я и сам ощущаю их с большим трудом и только на небольшом расстоянии. Вернее даже будет сказать, что я ощущаю аномалию маны, то есть когда в каком-то вроде как обычном и непримечательном месте её слишком уж многовато. Вот туда я и бегу проверять, что же там такое. К сожалению, в девяноста девяти случаях из ста это ложная тревога…

Бывает, сам рельеф местности вызывает сгущение маны в небольшой области. Иногда это происходит из-за ценных магических растений или каких-то минералов — что-то вроде драгоценного камня, который впитал за тысячелетия маны столько, что сам стал выделяться на общем фоне. А иногда попадается какой-то утерянный, иногда даже закопанный в земле артефакт.

На самом деле что-то стоящее найти таким образом сложно. Даже обычная змея, наделённая магическим талантом, может привлечь мои чувства. А пойму я, что это она, только когда увижу её глазами. Или гриб… Ох, как же я устал эти грибы, поглащающие ману из почвы, находить. Я даже собирать их не пытаюсь: цены на рынке мизерные. Мне проще какому-нибудь охамевшему аристократу претензии предъявить и потребовать сатисфакции с выплатой на банковский счёт. В моём случае я таким образом с империи круглую сумму пытаюсь содрать. А грибы… Пусть растут. Это ресурсы для рядовых магов и собирателей полезные. Если начну собирать, просто-напросто опустошу местность и ничего с этого не получу. А кому-то, возможно, ещё и жизнь испорчу. Да и вообще, раз растёт — значит, природе так надо. Без острой необходимости нечего лезть.

В общем, в один из лесов, который выделялся на общем фоне частотой таких вот «аномалий», мы с Ташей на тренировку и направились. Я хотел проверить, что именно здесь так густо растёт, а заодно помочь Таше научиться не только управлять огнём, но и контролировать его цикл жизни и смерти.

Пламя существует, пока его что-то питает. Сама Таша может быть этим источником, потому ей нужно научиться контролировать себя, чтобы не вредить окружению без причины. Ну и себе заодно.

Лес был смешанный. Весьма ароматный, испещрённый тропами зверей и полный пения птиц да шелеста листьев. Эльки уже пролетели здесь, нашли все интересные места и сейчас вели меня к тому, которое было самым удивительным из всех.

По дороге я свернул пару раз к мини-аномалиям, и, как и ожидалось, это всё были объекты природы. То цветочек дивный, то ягодки волшебные, то гриб, то мох целебный… Никаких неприкаянных душ, заблудившихся призраков, никаких оставшихся против своей воли легенд прошлого, скитающихся по незримому для остальных людей духовному миру.

Мы постепенно подбирались к интересующему меня месту, и мы замедлились. Таша с трудом справлялась с полученным заданием. А было оно очень простым — ничего не сжечь. Дымящаяся тропа из отпечатков её босых стоп выдавала наше приближение, да и грозила этому дивному месту пожаром. И, как назло, водный эльк совсем умаялся исправлять косяки моей горячей красавицы и растворился.

— Таша. Повторяю тебе ещё раз: ты и есть пламя. Но пламя это — оно не только внутри тебя. Оно вообще повсюду. Каждый твой след — это след пламени. Оставляя отпечатки, ты не просто оставляешь след на земле, ты тратишь свою жизненную энергию.

— Я понимаю… Стараюсь быть аккуратной, сдерживаюсь как могу! — нервничая, произнесла она, наблюдая, как вокруг неё увядает от жара трава.

— Нет, ты не должна сдерживаться. Ты должна УПРАВЛЯТЬ! Весь огонь в этом мире, если ты захочешь, будет твоим. Нужно лишь его забрать, поглотить, сделать частью себя. Не надо «стараться не оставлять следы», надо не отдавать часть себя и желать забрать всё пламя с собой.

Я взмахнул рукой, призывая чистейшее магическое пламя над своей ладонью.

— Это сложно… Даже понять. Я глупая, да? Люмин и то со своей задачей быстрее справился…

— Ты другая. Вы разные. И не существует одного и того же подхода, одних и тех же слов. Возможно, ты поймёшь всё через мгновение, а возможно, на это уйдут столетия. Видишь это пламя?

— Вижу, — кивнула она, переминаясь с ноги на ногу.

— Чьё оно?

— Твоё…

— Забери его. Я отдаю его тебе! — Я опустил руку, и пламя осталось гореть ровным ярко-алым цветком прямо в воздухе.

Таша осторожно протянула к нему свою руку и, положив ладонь на огонь, впитала его, как высушенная земля пустыни впитывает воду после долгожданного дождя.

— Поздравляю, ты забрала его весь. Без остатка. И даже стала чуть горячее обычного. А теперь сделай то же самое с этим пламенем. — Я отошёл я на несколько шагов и создал ещё один огонёк. — Но не уходи с места.

Глаза девушки были широко открытыми. Она пялилась на огонь, старалась заставить его подлететь к ней, но не могла. Расстояние и пространство стали для неё непреодолимыми барьерами, а сама она так старалась, что чуть пожар не устроила: потеряла контроль над своими желаниями.

Я покачал головой, с сожалением отмечая, что сама она, может, и справится, но как быстро — никто не знает. А это, пожалуй, одно из самых важных правил для элементалей огня, что путешествуют со мной. «Не воспылай окружения своего» — так говорил мне мой наставник. Так говорю и я своим соратникам и ученикам.

— Присядь. Притворись маленьким безобидным костерком, — велел я ей и сам, раздевшись практически догола, присел вместе с ней спина к спине.

Таша почему-то дёргалась, нервничала.