Элунея

– А ты чего? Разве у тебя нет каких-нибудь важных дел?

– Не-а, - с каким-то задором отвечал низкорослый человек, - Мне интересно посмотреть на вас, на жителей материка. Вы как любопытные антаки, которых переселили из травы на песок. За вами так забавно наблюдать. Тем более, а кто вам откроет пентаграмму, чтобы вы отсюда выбрались? Ах да…

По мановению её лёгкой руки на полу библиотеки образовалась пентаграмма, из которой тут же выбрался огромный саткар. Все, кроме эджага, напугались, когда исполин выбрался из своего портала. А Йимир даже вспомнил его. Это был один из генералов воинства саткаров из его второго сна. Только вот название запомнить ему так и не удалось, а, когда он попытался вспомнить, Катиара махнула рукой:

– А, даже не пытайся. Вы, жители материка, таких никогда не видели и не увидите вообще. Архидур. Запомни: ар-хи-дур. Кстати, его звать Курул. Тому, кто даже подумает тронуть меня хотя бы пальцем, Курул эти самые пальцы оторвёт все до единого, - она глянула на псара, - Надеюсь, понятно описала.

А потом, как ни в чём не бывало, как будто бы рядом с ней не стоял огромный саткар, она совершенно невозмутимо спросила:

– Ну что, куда ещё пойдём погулять?

Но никто никуда не хотел идти. Йимир принялся изучать книги. Поняв это, сопнар махнула рукой и сказал, что будет на первом уровне. Пентаграмма останется открытой, если что. Отварив огненный портал, она исчезла в нём. И теперь у друзей появилось время поговорить обо всём, что они тут видели и слышали.

Сименторий был рад, когда как Зандр, наоборот, считал, что здесь проживают сенонцы, которые слишком легкомысленно относятся к своей магии. В частности, его настораживала эта самая Катиара, а также он никак не мог отделаться от мысли о том, что где-то здесь, по морю пешком шастает некромант, которого здесь ничего, кроме слова Талата, не держит. Йимир и Олия не торопились судить этих чародеев. Они вдвоём никак не могли поверить в то, что сенонцы на самом деле подвержены влиянию какого-то Унвала, а потому могут оказаться не теми, за кого себя выдают. Йимир даже рассудил так:

– Более того, мне кажется, что они сами могут являться двуличными предателями, но, чтобы отвести от себя это подозрение, Санум повесил это не других.

Но скоропалительных выводов никто делать не стал.

В книгах Йимир ничего интересного не обнаружил, разве что кроме учебника по пятой стихии, состоящего из двух частей: «Мастерит Саткараолу», а также «Истоки истинного бессмертия», которые рассказывают о способах покорения сопна и зора. Уложив это чтиво на место, Йимир сказал:

– Этому точно нельзя попадать на материк.

Так они пробыли в библиотеке целых три хавора. Катиара то и дело возвращалась к ним, чтобы узнать, как у них там дела и не нужна ли им какая-нибудь помощь, а после вновь уходила на первый уровень, чтобы тренироваться со своим Курулом. В середине четвёртого хавора они покинули библиотеку и, не предупредив чародейку, устремились походить по этому подземному городу. Сопнары продолжали рассматривать гостей, косясь на них исподлобья. Когда Йимиру это надоело, он решил поговорить с теми, кто в данный момент стал пялиться на них. Группа, состоящая из трёх сенонок и одного сенонца, немного растерялась, когда Йимир поприветствовал их, но всё-таки поприветствовали в ответ, что означало лишь одно – эти четверо готовы идти на контакт. Кольер стал интересоваться, как им тут живётся и не хочется ли им вернуться на материк. И так, слово за слово, им удалось начать полноценный диалог. В ответ сопнары стали задавать свои вопрос, например, а действительно ли они пятеро – гости из основного Сенона? Или какая магия у них там, на материке самая изучаемая? Или что можно считать нарушением правила на материке? В общем, беседа была настолько долгой, что даже Катиара заметила их отсутствие и переместилась туда, где они находились, чем тут же перетянула всё внимание на себя. Йимир тактично её поправил и продолжил общение с четырьмя собеседниками. Умия, её сестра Баэлия, а также Ками и Шиддон хотели пройти испытание и стать, в конце концов, талами, но во время прохождения обучения в финта’урине им на глаза попались рукописи Санума. Они даже не подозревали о том, что это такое. Начали читать, увидели методику обучения и стали следовать ей. Когда у них начало получаться, их тут же заметили, из ниоткуда взялись псары, допросили и велели больше так не делать. И хоть ученикам было всё предельно ясно, они всё же не смогли оставить это. Просто чародеи видели, как учителя объясняют свой материал, без особого энтузиазма, без интереса, как будто бы для них же самих в тягость то, что они знают. А тут Санум излагает мысли на бумаге ещё интереснее и доходчивее, чем преподаватели делают это в живую. И непроизвольно приходит понимание, что сопна гораздо интереснее и практичнее, нежели все другие сферы магии. Когда они продолжили практику, их снова вычислили и запретили это делать, а все попытки оканчивались тем, что псары постоянно ссылались на правила. Так что молодым чародеям ничего не оставалось, кроме как продолжать мучения в попытке познать этот неинтересный и тяжкий финта. А потому настал такой момент, когда терпеть было нельзя, и четверо чародеев ушли из урина и принялись скрытно практиковать сопна. Когда они стали достаточно опытными, их снова обнаружили. Третьего предупреждения не было – таковы правила. А потому псары отправили их сюда. Чародеи боялись, что здесь живут до мозга костей отступники, а потому переживали, что с ними сделают местные обитатели. Но, когда увидели здесь таких же сенонцев, что и на материке, успокоились. И последнюю точку в этом вопросе поставил сам Санум. Этот человек был очень приятной личностью. Насколько воодушевлены были чародеи рукописями, но мастер был и того лучше. В общем, Умия, Баэлия, Ками и Шиддон ни за что не вернутся в Сенон. Их место – здесь, среди таких же сопнаров, как и они. Йимир спросил, что они думают обо мне. Все четверо переглянулись, и Шиддон ответил:

– Я бы хотел быть, как он. Однако для меня был уготован путь сопна.

Катиара поморщилась:

– Как этот мертвяк? Фу! Лучше быть как я!

И дальше пошёл длинный перечень того, почему Катиара – самый лучший кандидат на подражание, а, точнее, на обожание. Да, правильно говорят: люди не воспринимают магию душой, а потому и не так сильно поддаются далодичности. С Катиарой это работает только на половину: далодичность её практически не берёт, но вот знаний у неё хоть отбавляй.

В общем, так она к ним и пристала. Ходила шестой среди них. А гости наши продолжили знакомство с местными жителями. Хавор за хавором пролетел целый миссар. К кольеру и его друзьям уже все привыкли. И везде, где бы те ни появлялись, сопнары приветствовали их. А Йимир, Олия и даже Зандр окончательно убедились в том, что этот остров населён не фанатиками, а самыми обычными сенонцами. Санум ходил среди них, и никому не позволял как-то возвеличивать себя, хотя своей магии все здешние обитатели были обязаны именно ему.

И вот наступает миг покинуть Дароис, чтобы продолжить путешествие, ведь в планах кольера было ещё постижение тайных знаний своей магии на втором материке. Когда Санум узнал об этом, он, конечно же, одобрил решение своих новых друзей. На что Йимир ответил:

– А ты разве не должен ратовать за то, чтобы я начал изучать сопна, а не укреплять стихийные сферы магии?

– Я понимаю, что этот вопрос был задан, скорее, из вежливости, чем из-за того, что ты жаждешь получить на него ответ, но всё же отвечу тебе, и ответ мой тебя не удивит: мы не фанатики. Если ты считаешь, что тебе нужно постигать стихийные сферы, то кто я такой, чтобы принуждать тебя к иному? Тем более в пророчестве говорилось о том, что тебе предстоит победить стихийного бога. Наверняка это нужно сделать ничем иным, а именно той магией, которую ты хочешь изучать. Поэтому я только рад за тебя. И, знаешь, тебе лучше взять собой Катиару и Лезера. Эти двое – самые сильные представители своей сферы магии. Быть может, они будут тебе полезны, а, быть может, и сами чему-то научатся.

Саткарал, конечно же, не удержалась от того, чтобы съязвить:

– Я? Научиться? Да я сама кого хочешь научу!

Санум по-отечески положил свою ладонь ей на плечо, а после отвечал:

– Я не сомневаюсь в этом. Катиара, ты ведь кроме сопна ничего не знаешь. Дополнительные знания в какой-нибудь другой сфере магии тебе не помешают.

– Учитель, ты же видишь, какая во мне мощь жиждится. Что мне какие-то другие сферы магии? Я любого противника одолею с помощью сопна.

– Знаешь, чем хороший маг отличается от плохого?

– Конечно. Хороший маг выигрывает, а плохой проигрывает.

– Да, я не рассматривал этот вопрос с такой стороны. А тогда почему хороший выигрывает, а плохой проигрывает?»

– Потому что первый – хороший маг, а второй – плохой.

– Тебе нет равных, ученица моя. Разница в том, что хороший маг всегда имеет в запасе тайные приёмы и, самое главное, готов применить их. А ты, моя дорогая, пряма, как спонтанная магия. При всём твоём могуществе тебя можно, в конце концов, прочитать и вывести из строя одни простецким приёмом, пропущенным сквозь плотный строй твоих грозных чар.

– Учитель, я готова доказать обратное, если только этот трусливый мертвяк согласится принять мой вызов.

Санум по-доброму улыбнулся и, подняв глаза на Йимира, объяснил:

– В прошлый раз я сказал ей, что Лезер сможет прочитать её за одно мгновение, а после победить одним только щелчком пальца. С тех пор она всё пытается доказать мне, что это не так. Но некромант не трусливый. Просто ты не понимаешь, насколько губительной может быть капелька зора.

– Что-то мне в это не верится.

– Вот и сплавай вместе с Лезером на второй материк. Быть может, он тебе что-то продемонстрирует из своего зловещего арсенала.

В общем, они ещё долго расставались, прежде чем коралловый корабль отчалил от песчаной бухты и повернул на восток, где их уже встречал я. Взобравшись на палубу, я тут же глянул на бестию и сказал:

– Нет.

В ответ послышалось её зловещее рычание:

– Ненавижу, когда он так делает.

Они часто поглядывали на меня. Им впервой приходилось видеть бессмертного. Хотя мне, конечно, ещё было далеко до истинной нежити, но то, какие изменения во мне производил зора, уже оставили в них неизгладимое впечатления. Я свой путь обращения во тьму прошёл, может быть, только наполовину. Однако уже видны результаты. Я возвысился над жизнью, потребности в радости и общении уже не имели надо мной власти. Да и связь с эфиром мне была практически не нужна. Я впитал в себя лунный свет и зелёный поток магии. А моя душа сделалась настолько широкой, что в неё вместится сколько угодно энергии. Более того, рядом со мной любые начинающие некроманты могут чувствовать прилив сил. Но в Сеноне таких, как я, больше нет. Единственный представитель сенонцев, кто впустил в себя силу смерти.