Если я останусь

Проект захватил нас полностью, он правда напоминал один из проектов Тваури, который был заморожен. Абсолютно такой же подход, только мы поступили чуть иначе, но его живой проект был круче и наверно я пересмотрю свой.

– Скажи пожалуйста честно, сколько здесь процентов вложил твой друг? – мне бы хотелось с ним познакомиться, явно очень интересный мужчина, который возможно бы отказался помочь мне с этим дерьмом.

– Не знаю, по правде, он три года вкладывает в меня, здесь он не многое поправлял, только написанные рекомендации, – харахорится, доволен собой.

– Ты не хотел бы поработать у меня над похожим проектом? Можно удаленно, я все оплачу, – мне хочется дать ему все возможности, которые у меня есть, исполнить его мечту, это вдохновляло меня и вселяет надежду, что я выйду из этого бизнеса когда-нибудь.

– Ты серьезно? – растерян, да парень понимаю не каждый день на голову сыпятся такие предложения.

– Я да, подумай, мы здесь еще на неделю, – напротив меня сидело солнце, которое ослепляло и грело.

– Без надувательства, заключим договор, будешь защищать перед директорами сам, доработки и все такое, я познакомлю тебя с отделом, который ведет проект сейчас, формальности уладим на берегу, – фея-крестная расправила крылья.

– Может у вас есть конкурс на вакансию, я хочу чтобы все было по честному? – удивил так удивил.

– Есть, и вот это твой пропускной билет парень, если тебе нужно одобрение директоров, то как закончишь я скажу куда отправить, – смеюсь искренне, какой же он честный, это покоряет.

– Не смейся Лана, я серьезно, – рассмеялся, хлопнув ладошкой по лбу, – кто знал, что ты волшебница.

– Вон тот парень, – указываю на сына, который спит ничего не подозревая.

В аэропорту нас уже ждал черный кроссовер. Заехали в круглосуточный супермаркет за едой и отправились в квартиру, рядом с парнями мне спокойнее. Всю дорогу боялась своей реакции на квартиру. Но вошли мы спокойно, Матвей отправился сразу спать в нашу спальню. А я принялась готовить салат с яичницей, пытаясь не вспоминать как делала это здесь несколько лет назад.

– Лан, а кто это? – Бадри рассматривает фотографии на стене.

– Это мой муж, – указала на его самую позднюю фотографию, ему тут наверно тут 25.

– Можно вопрос? – внимательно рассматривает каждый снимок и кажется был растерян.

– Да, задавай, – кажется если я выговорю все, то это перестанет болеть во мне.

– Он умер таким молодым от чего?

– Нет, его убили когда ему было почти 35 лет, просто здесь давно не обновляли – это старая квартира, – залюбовалась фотографией Амирана, на которой он беззаботно улыбается, как Бадри.

– Извини, я зря, – грусть в голосе, сожаление, то что никто за все эти годы не проявлял в мой адрес.

– Все нормально, – почувствовала себя капельку слабой от его реакции.

– Мне завтра нужно будет уехать рано утром, побудете с Матвеем вместе?

– Конечно, я буду только рад, покажу ему здесь пару крутых мест.

– Деньги будут в конверте

– Не надо Лан, хватит! – жестко и обижено.

– Нет Бадри, мы не вписывались в твои планы, – неловко его беспокоить, зная, что у него и так не много денег, но прекрасно понимаю, что ущемляю в нем мужчину такими выходками, а это совсем не правильно.

– Я в состоянии оплатить проезд, мороженое и пару экскурсий, – руки в карманах, злится, – ты и так очень много для меня сделала.

– Что например? – усмехнулась.

– Самое крутой и интересное лето, возишь меня к другу и я летел в Тбилиси на частном самолете представляешь? – глаза блестят.

– Бадри, – покраснел в очередной раз, – хорошо, но все остальные экскурсии оплачиваю я и если он что-то захочет помимо мороженого, вы вернетесь домой за лари.

– Хорошо, жвачку ему куплю за твой счет, – полон сарказма.

Ударила кулаком в его твердое плечо, – ему нельзя жвачки, – рядом с ним искренне смеюсь, – пошли есть мои кулинарные шедевры.

Мы просидели на кухне еще час, он рассказывал про родителей, как они открывали свой маленький магазинчик и о том, как бедно жили и ему вряд ли светило поступление в престижный вуз, но одна встреча изменила его жизнь. Человек у которого он учится помог ему за пол года выйти на хорошие оценки и денег не брал за репетиторство, хотя его семья живет небогато, как оказалось это муж Тамары и отец Тимура.

– Он не рад, что я повстречал тебя и наверно не обрадуется если расскажу про твое предложение, – не смог скрыть, мнение этого мужчины важно для него.

– Почему? – отпила красное сухое вино из бокала.

– Коба видит, что ты мне нравишься, то как я рассказываю о тебе, – сидит и смотрил на меня своими яркими карими глазами и вот куда мне прикажете деться от этого заявления?

– Бадри, давай решим сейчас, я не думаю, что это… – не дал мне договорить, положил руку на мою щеку и так мило улыбнулся.

– Лана, я все понимаю, ты очень красивая, тебя хочется укрыть от всего мира, ты кажешься потерянной, – сожаление в его глазах, – что же с тобой произошло?

– Любовь Бадри, – улыбаюсь широко, слезы покатились по щекам.

– Вас послушать так лучше не любить, – отпустил руку и отпил вино.

– Я не жалею, – призналась, занимая себя уборкой стола, чтобы не взболтнуть лишнего.

– Знаешь, Коба тоже не жалеет, оказывается он потерял свою любовь, она умерла. Я надеюсь у меня так не будет, – горький смех.

– У тебя так не будет, а теперь давай спать, – обняла его за талию и повела к спальням.

– Ты коротышка, – потрепал меня за волосы своей пятерней скрываясь за дверью, – спокойной ночи, солнце.

– Спокойной ночи, – тепло разлилось по моей груди, но завтра мне предстоит долгая дорога.

Глава 6

Поехать на рассвете была прекрасная идея. Пока парни спали я как мышка , надела джинсы и оверсайз худи, бейсболку и отправилась в путешествие.

Все так как тогда, когда я ехала к нему переполненная гордостью за свое личное решение. Ехала менять жизнь. Не плакала – благодарила, если бы не он этого бы не было, ощущение любви и потери.

Двери храма открыты, рядом новобрачные с десятком гостей танцуют и смеются.

– Прости меня Господи, я согрешила и он был грешен, пусть ему там будет хорошо. прошу тебя, не гневись на него, – шепчу в свечку, – прости меня Амиран Бесарионович, – слеза покатилась по щеке, – прости за другого мужчину, обещаю тебе мы будем вместе чуть позже, за тобой и огонь и воду. Прости моя любовь, – выдаю, ставлю, крещусь и выхожу прочь на солнце, чтобы задышать полной грудью.