Эволюция

Выстрел.

Елари закрыла глаза. Наверное, надо бы помолиться, но узорги не верили в богов. И вдруг её осенило. Узорг! Вот её не до конца разыгранная карта. Пока в глазах линзы, никто не догадается, что она не человек, а значит, шанс есть. Но что толку от того шанса? Если всё равно планета будет уничтожена…

Не важно, не важно, не сейчас. Главное — выжить, а потом… Потом, быть может, Хирт что-нибудь придумает. Может быть, она ему ещё пригодится.

Елари сосредоточилась на том, чтобы остаться в живых. Как только пуля пробьет голову, должны запуститься резервные механизмы, начнут восстанавливаться клетки, возрождаться нейронные связи. Это будет сущим адом, боль будет чудовищной, но она должна! А значит — прочь даже мысли о смерти. Узорги сами решают, когда умирать, если, конечно, за них не решает тесак гинопосца.

— Как тебя зовут? — услышала она шепот Надин и распахнула глаза.

— Что?

Третий, последний подрывник тоже упал на пол, разломал стул и попытался отползти. Смит с выражением нетерпения на лице обошел два трупа и прицелился.

— Назови мне своё настоящее имя. Я имею право знать, перед смертью.

Любой человек, который хоть немного был знаком с культурой узоргов, на раз отличал их имена от человеческих. Узоргам запрещено было брать человеческие имена, и поэтому они составляли собственные, обезличенные, случайные наборы букв.

Елари вздохнула. Ей нравилось другое имя. «Элли» — в нем было что-то сказочное, нежное. Но на самом деле она никогда не была Элли.

— Елари, — произнесла она за миг до того, как грянул третий выстрел.

— Теперь дамы, — промурлыкал Смит.

К ним он подошел сзади. Надин закрыла глаза. А Елари, напротив, смотрела. Смотрела на Вернера, который, хмурясь, подносил к глазам браслет…

Холодный ствол коснулся затылка. Плохо… Лучше бы сначала убили Надин, потом её — и ушли. Тогда никто бы не заметил начала регенерации.

— Смит! — сказал Вернер, и голос его теперь звучал иначе. Это был голос человека, который мог и умел отдавать приказы. — Побереги пули. Нас захватывают.

— Прости, что? — удивился Смит.

Вместо ответа завыли сирены снаружи. Где-то за спиной Елари, вероятно, было окно. Оттуда мерцало красным огнём.

— Кто?! — взревел Смит.

— Неизвестно. Они уже здесь! Хочешь погадать на кофейной гуще, или постараемся побыстрее смыться?

Смит молчал. Смит метался в растерянности. Похоже, он подбежал к окну и тут же с рычанием отскочил от него.

— Завод! — застонал Смит. — Господи…

— Это Гинопос, — жестко сказал Вернер. — Забудь про завод.

Смит взял себя в руки удивительно быстро. Он вновь обошел оставшихся в живых пленниц и махнул рукой командиру солдат:

— На корабль. Быстро!

Он мгновенно потерял интерес к расстрелу пленников и выскочил за дверь. За ним выбежали солдаты. Вернер остался. Он оглянулся и подошел к Елари. В руке его что-то брякнуло. Ключи…

— Вряд ли из этого что-то получится, — пробормотал он, — но я считаю, что каждая живая тварь имеет право на крохотный шанс.

Елари не поверила, ощутив, как стали свободными руки. Рядом шумно выдохнула Надин, растирая запястья.

— Не благодарите. — Вернер пошел к двери. В его намерения явно не входило оборачиваться.

— А браслеты? — крикнула вслед Надин.

Ответа не было. Хлопнула дверь.

Елари и Надин переглянулись. Не сговариваясь, вскочили и бросились следом за своим «спасителем». Он обнаружился в конце коридора — стоял и тыкал кнопку лифта.

— Стоять! — Надин налетела на него сзади, попыталась заломить руку, но Вернер проявил неожиданную прыть. Он быстро развернулся, и неудачный захват Надин превратился в её ловушку. Девушка вскрикнула, выгнувшись назад всем телом, и даже привстала на цыпочки.

— Это вместо «спасибо», милая? — проворчал Вернер.

Елари подбежала молча и тут же нанесла удар. В отличие от Надин, она проходила серьезную боевую подготовку, и Вернер сразу это понял. Выпустив жертву, он полностью переключился на Елари.

Первый удар получился смазанным, вскользь задел щеку. Второй Вернер отвёл и атаковал сам — ребром ладони метя в горло. Елари поднырнула под его руку и врезала кулаком в живот.

Вернер был готов. Живот встретил удар напряженными мускулами, а на затылок обрушился локоть. Елари, коротко выдохнув, упала, перекатилась. На Вернера тут же кинулась Надин…

Схватка получилась короткой. Победила молодость. Вернер коротко вскрикнул, прижатый щекой к дверям лифта.

— Отведешь нас на корабль, — сказала Елари, поднимаясь.

— И как ты себе это представляешь? — простонал Вернер. — Мистер Смит пристрелит тебя сразу…

— А это уже не твоя забота, понял? — прикрикнула Надин, наваливаясь на руку старика.

Вернер сделал вид, что смирился, но стоило Надин расслабиться, как он ударил её затылком в лицо и вышел из захвата.

— Моя доброта меня когда-нибудь погубит, — вздохнул он, поправляя пиджак.

Женщины не бросились на него — было очевидно, что Вернер сдался. Не было смысла вести его дальше, заломив руки за спину. И они, и Вернер хотели одного и того же — убраться отсюда.

— О! — вскинул брови Вернер, глядя на Елари. — Теперь понятно, почему ты не хочешь остаться на одной планете с Гинопосом.

Елари застонала. Линзы! Чертовы линзы снова вылетели из глаз, и теперь она — мишень для ворвавшихся на завод убийц.

Раздался приятный сигнал, и двери лифта раскрылись. Вернер сделал приглашающий жест рукой, но Надин все-таки втолкнула его внутрь первым. Елари шагнула следом. Остался ровно один шанс. Тоненькая ниточка в сплетающемся клубке. Если очень сильно повезет, эту ниточку получится вытащить, не порвав.

Глава 29

В такую ночь ехать на мотоцикле было сродни самоубийству. Строук, стиснув зубы, старался даже не дышать. Запретил себе быть человеком на время этой невероятной гонки.

«Красотка» Ллойда оказалась спортивной девочкой, её было сложнее сдержать, чем разогнать. Мотор приятно стрекотал, колёса уверенно держали дорогу. Интерактивное стекло шлема показывало полупрозрачные данные о скорости. Вскоре Строук через браслет отдал приказ убрать цифры — от них кровь леденела в жилах.

Дождь шел стеной, дорога петляла, и видимость то и дело пропадала до нуля. Если бы не подсказки навигатора, время от времени вспыхивающие на стекле шлема, мотоцикл бы десять раз перевернулся и вылетел на обочину.

Когда до завода оставалось километров десять, дождь начал слабеть. Строук сощурился, ему почудилось зарево впереди. Теперь настало время задуматься о том, как прорваться через проходную. И зачем? Предупредить? Сдать Надин? Если бы найти её, если бы перехватить…

Что-то мелькнуло на обочине справа, и Строук резко затормозил. Спрыгнул с мотоцикла, пробежал немного назад. Так и есть, фургон. Двери раскрыты нараспашку, внутри — пусто. Ключ зажигания болтался под рулем. Пару секунд Строук постоял в раздумьях, потом вернулся к мотоциклу.