"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16
Шрифт:
– Придурок! – рявкнул Уолт. – Уходите отсюда, если вам жизнь дорога! Я…
Высокий широкоплечий риттер, стоявший рядом с Магистром, ударил его в живот. Магические цепи не помешали латной перчатке. Ракура согнулся, зашипел от боли. Воин забрал у него Никиитас, схватил за плечо, надавил, заставляя встать на колени. Посох рунный рыцарь отдал приблизившемуся Янису.
– Благодарю, сержант. Надо же, настоящий Именной посох. Последний раз видел такой очень давно. Понятно, почему он выдержал удары рунного меча. Как думаете, сержант, этот Именной посох будет хорошо смотреться в моей коллекции?
– Ты не понимаешь… – прошипел Уолт.
– Сержант, – бросил Тиратус, разглядывая кристаллы навершия.
Плохо. Очень плохо, боевой маг. Ты думал, что подготовился ко всему, и не шрайя удивят тебя, а ты удивишь шрайя. И что же? В итоге тебя удивил обычный наблюдатель за порталами, униженный тобой и Аэрусом конклавовец, чье желание отомстить перечеркнуло здравый смысл и завело его вместе с подчиненными в смертельную ловушку.
Да, Янис жаждал мести. Это легко читалось в его глазах, там пылал огонь, сравнимый разве что с адским пламенем Нижних Реальностей. Ненависть служила топливом для этого огня, но подавать готовящееся на нем блюдо холодным Тиратус не желал. Иначе как объяснить его слежку за Уолтом и слова о Легионе Гибели? Хочет оклеветать Магистра? Подкинуть запрещенный артефакт, обвинить в связях с Отверженными? Глупо, очень глупо. Не то чтобы выпускники Школы Магии являлись святошами, избегали всяких сомнительных дел и чурались запретных заклинаний. Вон сам Архиректор тайно сотрудничает с Лангарэем. Однако Уолт не обычный Магистр, отучившийся пять – восемь лет в Школе и вернувшийся домой. Он боевой маг, лицензированный Конклавом. Тиратус уже пытался обвинить его в нарушении Номоса, и чем это закончилось? Позором Тиратуса. Неужели он не понимает, что новые сомнительные обвинения послужат поводом для новых унижений, только втаптывать его в грязь будет уже не Аэрус, а Архиректор, и отнюдь не в фигуральном смысле?
Вот только…
Вот только собирается ли убоговский хорек доводить дело до официального расследования? Не хочет ли он выплеснуть порожденный действиями Ясунари и Уолта гнев на одного лишь Ракуру? Выбор между Номеном и Магистром прост. Аэрус эгидовцу не по зубам, к нему он подойти не посмеет, да и не сможет. Другое дело Уолт. Формально ничто не мешает Тиратусу следить за вызвавшим подозрение магом. И если во время слежки он заметит нарушение Номосов со стороны подозрительного мага и попытается его задержать, то не будет ничего удивительного, коли подозрительный маг окажет сопротивление. А что делать конклавовским блюстителям Номосов? Правильно, подавить сопротивление любым способом, вплоть до устранения подозрительного мага. Дознаватели Высшего совета и по трупу смогут многое выяснить. Или по разрешенному лишь для Стражей Системы магическому плащу, снятому с трупа внимательным Янисом Тиратусом.
А не надумал ли ты того, чего нет, Уолт? Да уж вряд ли. Стоит посмотреть в глаза эгидовцу – и все сразу становится понятно. Под личиной верного служителя идеалам Конклава скрывается безумец, приспособивший цели Высшего совета к своим нуждам. Безумец, уверенный, что он нормальный, а ненормальны лишь смертные вокруг. Его безумие долго ждало своего часа, годами копилось, как золото в хранилище скряги-гнома – и вот долгожданный миг наступил. Случившееся в риокане стало последней каплей? Ясунари снес сдерживающие запоры? Убоги его знают.
Безумец перестал скрывать свое безумие – именно это видел Уолт, встречаясь со взглядом Тиратуса. Он помнил этот взгляд. Когда-то так смотрел на боевого мага безумный бог-упырь, собираясь покончить с Магистром, а потом и со всем миром.
– Нехорошо, Ракура, совсем нехорошо. – Тиратус любовался
посохом, изредка поглядывая на склонившегося перед ним боевого мага. – А ведь я знал, что с вами что-то не так. Два незаконных Перехода, и оба каким-то образом связаны с вашей персоной. Знаете, я не хочу ждать третьего раза, чтобы убедиться в закономерности. Ну не верю я в совпадения. Работа обязывает. А что это вы замолчали, Ракура? Ничего не хотите сказать? Объяснить, что связывает вас с Отверженными? Или, может, подумываете дать Слово Мага? А?– Уходите отсюда…
Хлесткий удар. Кровь потекла из носа. Его не собирались слушать. Конклавовские риттеры известны дружеской сплоченностью, а Уолт сразил двух из них. Ясунари, правда, превратил в блины еще больше конклавовцев, но опять же отомстить Номену рунным рыцарям не легче, чем победить бога войны в Безначальном Безначалье Безначальности. А вот выместить злость на Магистре – это не проблема.
Иукена ждет. Упыри не проявят себя, пока не покажутся жрецы Госпожи Мертвых. Правильно. Уолт сам выжидал бы удобного момента и не стал бы кидаться сломя голову в драку. Анализ, выработка стратегии, атака – так его учили и так он сам обучает «василисков». А еще он их учит действовать по обстоятельствам, когда нет времени на расчеты, когда верным подспорьем практике служит интуиция – вот как сейчас. И чутье боевого мага подсказывало Уолту ждать и не вмешиваться в течение событий.
Боевой маг хорошо понимал, почему интуиция так говорит. Он отлично запомнил послание шрайя.
И все же он не мог позволить ни в чем не повинным бойцам сложить свои головы из-за глупости командира.
– Шрайя! – отчаянно крикнул Уолт. Тиратус оторвался от посоха, в пылающих ненавистью и безумием глазах промелькнул интерес. Обеспокоенно шевельнулись риттеры, поглядывая по сторонам. Мало кто в Равалоне не знал прозвища лучших наемных убийц.
– Шрайя? Вы сказали – шрайя, Ракура? – Конклавовец растянул губы в хищной улыбке, стал еще больше похож на хорька. – Хотите сказать, вы встречаетесь здесь со слугами Печальной Жрицы? Они недавно прибыли в Мирту?
По странной иронии богов Янис ни в чем не ошибся, только конклавовец явно не сознавал всей серьезности своих слов. Издевательская насмешка сквозила в словах эгидовского наблюдателя. Он не верил Уолту.
– А почему именно шрайя, Ракура? Почему не, скажем, кто-то из Архонтов? Или, допустим, небожитель инкогнито? Почему вдруг наемные убийцы? Решили от кого-то избавиться чужими руками? Или думаете, что я и мои рыцари, услышав о страшных и ужасных жрецах Госпожи Мертвых, испугаемся и убежим, точно крестьяне при виде призрака? Да будет вам, Ракура! Неужели вы правда думаете обмануть меня столь нелепой ложью?
– Я не лгу, – упрямо повторил Уолт. Широкоплечий сержант пока не проявлял намерений прервать речь боевого мага, и Ракура поспешно добавил:
– Я понимаю, как это звучит, но вам стоит как можно быстрее уйти как можно дальше. Доводилось слышать о гексаэдре ушебти? Когда он появится, вас уже ничто не спасет. Шрайя никого не пощадят…
Бац!
Янис ударил его сам, посохом в живот. Уолт задохнулся, захрипел. Боль раскаленным свинцом потекла по телу, в голове словно загремел набат.
Бесполезно. Тиратус не будет его слушать. Он слышит Ракуру, но слушает только свое безумие.
– Хватит, Ракура, – брезгливо сказал конклавовец. – Обман, угрозы. Боевому магу это не к лицу. Как там говорят в Эквилидоре? В бой с открытым забралом? Прекрасные слова. Вам стоит вслушаться в них. Будьте честны со мной, Ракура. Ничего не скрывайте. Не пытайтесь лгать. Правда спасет вас. Правда всегда спасает. Если не тело, то хотя бы душу. Понимаете? Я предлагаю вам спасение. Я спасу вас. Я спрошу, а вы честно ответите. Кто прибыл в Мирту через незаконный портал?