"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29
Шрифт:
— Благородная Сигрид,- начинаю я, не успев сообразить, как к этой снежной королеве надо обращаться. Не «вождиха» же? — Я рад, что помог вам вновь обрести вашу любимую дочку. Она у вас очень милый ребенок, и моя жена к ней нежно привязалась за то время, что Амельда у нас гостила. В свою очередь, у меня к вам есть просьба. Отдайте мне вон ту девушку, которую вы держите на цепи. Она моя подданная и потерялась в самом начале зимы. Не знаю, как она умудрилась попасть к вам, но я благодарен, что вы предоставили ей приют и сейчас привели домой.
Вру, как сивый мерин. Льщу. Расплываюсь в любезных улыбках.
Сигрид склоняется к Амельде и что-то
Нет! Первым на мою просьбу реагирует Хольмаг. Он бросает на меня злобный взгляд, потом смотрит на Элениэль. В его сузившихся и зажегшихся красным глазках я отчетливо читаю, что даже в таком непотребном виде эльфийка возбуждает в нем совершенно определенные желания.
— Нет, это не по нашим обычаям! — ревет он так, что я окончательно теперь верю, что его вторая ипостась — это медведь. — Зверь так просто добычу не отдает! Ты должен отнять ее у меня. Силой!
Елки! Вождь свое слово сказал. Во всеуслышание. По лицу Сигрид вижу, что она сожалеет, но ничем помочь не может. Хотя и хотела бы. Уронить свое достоинство при воинах своего племени ее муж не позволит даже ей.
Вот же скотство! Мне теперь с этим монстром биться придется?
Глава 18
Поединок. Будем дружить семьями
— Забудь, Ричард. Нет больше той Элениэль, которую ты знал, — тихо произносит Родрик. — Замучили и сломали. Видимо, на нее молодняк притравливали. Выпускали в лес, а потом по следу тех, кто только недавно инициацию прошел и перекидываться научился, пускали. Охотиться учили. Видел я таких. После обменов. В себя, хорошо, если один из десяти потом приходил. А тут девушка, — он безнадежно машет рукой и отворачивается.
Ах, ты ж, зараза такая волосатая, смотрю я на Хольмага, пропуская мимо своего сознания совет дядюшки. Я тебе вернул твою дочку — чистую, ухоженную, в человеческом обличье, а не в клетке с блохами, а ты вот так? Сейчас я тебя буду убивать с особой жестокостью. Мы не в замке. Блокираторов магии здесь нет. Посмотрим, сколько праха из тебя собрать можно будет.
— Хорошо! — кричу вождю. — Силой, так силой! Согласен!
Да он просто конченая тварь какая-то! Я думал, что это в моем прежнем мире торговаться умели, или мои местные купцы на этом собаку съели, да не одну. Но этот лесной обитатель им всем фору даст.
— Нет, — опять возражает он. — Так не пойдет. Ты тоже должен в круг добычу положить. Равноценную, — он окидывает оценивающим взглядом мою свиту. В первую очередь, естественно, девушек.
Все. Не будет никакого честного боя. Придется его со всей свитой записывать в «без вести пропавшие». А с оборотнями потом как будет, так и будет. Пусть пытаются мстить. Родрик читает мои мысли, видимо, потому что буквально кидается к Изабелле и начинает ей быстро что-то втолковывать. Думаю, просит ее отговорить меня от намерения сократить поголовье оборотней и не начинать войну с их племенами, кланами или кто там у них есть. Но та только отрицательно качает головой. Она не меньше меня возмущена поведением Хольмага и жаждет его крови. Улыбочка у нее сейчас! Звериный оскал добрее будет. Посмотришь и сразу понимаешь, чего она сейчас страстно хочет.
Начинаю потихоньку переходить на магическое зрение и прикидывать, какой поток лучше использовать и с какой целью. Можно фиолетовым туманом ударить, так сказать — по площадям, но тогда вождя придется оставить на потом, так как он рядом с Сигрид и Элениэль стоит, а можно только темно-зеленой
змейкой его укусить и натравить на его же воинов. Придется, видимо, пойти по второму пути.— Я! Я буду залогом! — неожиданно выходит вперед Диана. — Согласен, оборотень? — меряет она Хольмага презрительным взглядом.
Не любят дроу этих полулюдей — полузверей. Какая-то давняя история взаимоотношений. С другой стороны, а кого они вообще любят? Кроме меня. Да и то против своей воли. Людей не жалуют, светлых эльфов ненавидят. Так-то, если задуматься, тоже не самые приятные соседи. И договориться с ними даже труднее, чем с оборотнями. С последними у нас до сего момента никаких особых проблем никогда не возникало. А мелкие стычки, хотя и случаются с завидной регулярностью, не в счет.
И вообще — спросить, согласен ли я, Диане в голову не пришло? С другой стороны, в результате схватки я абсолютно уверен, так что пусть. Кроме того, бойни все-таки желательно избежать. Как и вражды с оборотнями. А вот если вождь погибнет в поединке, на который сам же противника и вызвал, то это не будет поводом для начала войны. Эти ребята и сами друг друга периодически на бой вызывают, и кого-то потом обычно хоронят. В их случае — сжигают.
Свита вождя бурно выражает свой восторг.
Э, нет, зверята вы мои. Рано радуетесь. Теперь моя очередь поторговаться. Никогда ничем подобным не занимался, но девушек-менеджеров в фитнес-клубе, где вел занятия для особо богатых, ни раз слышал, когда они разные допуслуги на «особо выгодных условиях» клиентам впаривали. Купите еще вот это за пятьдесят процентов и получите скидку на то и то в тридцать процентов. А если вы хотите исключить из перечня вот это вот, то цена на остальное возрастет. В общем, в любом случае клиент оставался всегда в минусе.
— Нет! — громко произношу я любимое, судя по всему, слово Хольмага. Он с него любую свою фразу начинает. — Так не пойдет. Такие условия меня не устраивают.
Надежда, было блеснувшая в глазах Элениэль при начале наших переговоров с Хольмагом, и не оставшаяся мною незамеченной, гаснет при этих моих словах. А Изабелла смотрит на меня — с удивлением? Осуждением? О… даже со стыдом. За меня. Такой стыд у нас испанским назывался. Когда испытываешь его не за себя, а за другого. Подмигиваю ей — не думай, я от освобождения Эли не отказываюсь.
Хольмаг выглядит разочарованным. Он уже успел чуть ли не раздеть взглядом Диану и очень не хочет терять возможность ею завладеть. Ну, так я этого и ждал. Теперь он у меня на крючке.
— Вождь, — обращаюсь к нему. — Посмотри сам. Какую красотку, еще никем нетронутую (Алира мне говорила, что Диана еще девушка, хотя и не столь важно — так это или нет) я выставляю в залог. А эта, — указываю небрежно на Элениэль. — Грязна, заморена и того гляди помрет. Да и не знаю я, что вы там с ней делали. Так что предлагаю тебе добавить к своей ставке еще что-нибудь.
— Что? Кого? — выпаливает он. Глаза горят. Не хочет отказываться от боя и идущей, как он считает, ему в руки верной добычи. — У нас с собой других рабов нет. Лося? Ездовой лось пойдет?
Умница вождь. Его даже выводить, как какую-нибудь рыбу, не нужно, можно сразу подсекать.
— Лось не подойдет, — огорчаю я его и продолжаю задумчиво. — А вот рабы — да. Но у тебя их сейчас нет. Предлагаю поступить так. Если проиграешь, то ты и твое племя пойдете со мной на турвальдцев и имперцев. Мы их разобьем, возьмем пленников и одного, нет двух, по моему выбору ты мне отдашь. По рукам?