"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29
Шрифт:
Война. Добыча. Пленники. Подвиги. Хольмаг не может удержаться. И даже не задумывается о том, что все это случится, только если он проиграет. А он уверен в победе. Но подумать ему не дают его воины, которые опять радостно ревут от восторга. Боевые ребята, как я погляжу, тут собрались.
— По рукам! — соглашается Хольмаг.
— Тогда пусть твои люди сейчас поклянутся, что выполнят это условие! — спешу я ковать железо, пока горячо. Мне нужно, чтобы его племя сдержало свое слово и после гибели вождя, в которой я не сомневаюсь.
И еще мне надо, чтобы в дело не вмешалась Сигрид. Она, похоже, единственная, кто тут хорошо соображает. И мне это удается. Вождь не замечает ее отчаянных жестов
— Клянемся!
Волей — неволей вместе с ними ритуал выполняет и Сигрид. И это очень хорошо.
Вот теперь можно и начинать. Представляю, как обалдеют имперские легионы, когда на них лоси, опустив рога и выкидывая вперед свои жуткие копыта, помчатся. Да и конница Конрада Третьего со всеми наемниками против такого не устоит. С тыла ударят дроу. А в лоб мы. Да еще и пару залпов из бомбард добавим. А там и я руку приложу. Так, теперь осталось только этого здоровяка упокоить, и все.
Быстро очерчивается круг. В его центре расстилают шкуру. На ней должны будут лежать девушки — Элениэль и Диана. Добычу, из-за которой мы схлестнемся, изображать.
Сигрид напряженно вглядывается в меня, потом в сидящую рядом на лошади Изабеллу, щурит глаза, шумно втягивает в себя воздух, как будто принюхивается. На минуту опускает глаза, о чем-то размышляя, а потом передает цепь, к которой за ошейник прикована Элениэль, стоящему рядом оборотню и что-то ему говорит. Тот достает кинжал и приставляет к горлу эльфийки. Сама Сигрид решительным шагом направляется к нам.
— Твой муж — маг. Темный, — произносит она, встав перед лошадью Изабеллы. Лошадь чувствует вторую ипостась Сигрид и пытается попятиться, но Изабелла ее удерживает на месте. — Я не хочу, чтобы он сейчас убил моего мужа. Ты меня понимаешь? — требовательно смотрит в глаза моей жене. — Если он сейчас не даст слово не применять магию, ее (она через плечо показывает на Элениэль) по моему знаку зарежут.
— Мой муж сейчас тебя, животное, в кадавра обратит, — шипит в ответ Изабелла, свешиваясь с седла и наклоняясь к Сигрид. — А потом и твоего мужа.
Сигрид лишь усмехается и поворачивается ко мне.
— Убьешь Хольмага и, несмотря ни на какую клятву, я твою жену в клочья разорву, — она обнажает белоснежные зубки и показывает свои аккуратные клычки. — А она, чую, котенка сейчас ждет. Никакая охрана мне не помешает. Веришь?
Верю. Перекинется и одним прыжком будет рядом с Изабеллой. И никакая охрана, действительно, не спасет.
— Если согласен, я скажу Хольмагу, чтобы он тоже в медведя не обращался и тебя не стремился убить, — продолжает между тем она. — И даю слово, что вне зависимости от исхода схватки наши воины пойдут с тобой в бой против турвальдцев и имперцев. Ты же этого больше всего хотел? Так?
Не совсем так на самом деле. Больше всего мне хочется освободить бестолковую эльфийку, но да — участие оборотней на моей стороне в сражении меня тоже очень интересует. И все-таки она меня подловила. Сильна, однако. Теперь понимаю, как ее кретин муж столько лет умудряется звание вождя сохранять.
То есть она мне предлагает сейчас провести что-то вроде поединка не до смерти. Я-то, допустим, могу и согласиться, но только очень сомневаюсь, что Хольмаг, когда схватка начнется, не забудет о договоренности. Дикий он какой-то слишком. Тем не менее, киваю.
— Хорошо, — отвечаю ей, и вижу, как на глазах бледнеет Изабелла. — Если Хольмаг будет выполнять эти условия, я не стану применять магию. Даю слово. Но если увижу, что он договоренности не придерживается, то сама понимаешь… Выбора у меня не будет.
Сигрид тоже кивает, молча разворачивается и направляется к своему мужу.
— Ричард, —
в отчаянии стонет Изабелла. — Что же делать? Я не знала, что так все обернется, когда попросила тебя вытащить из лап этих чудовищ Эли. Ричард, зачем ты согласился? Ричард, не держи данное слово! Убей их обоих прямо сейчас. Даже если Эли из-за этого погибнет.Успокаивающе глажу жену по плечу, внимательно следя за тем, что происходит на другой стороне круга. Сигрид что-то втолковывает Хольмагу, указывает на меня, опять начинает что-то говорить. Тот сначала отрицательно крутит головой, но потом, видимо, соглашается и кивает. Обнимает Сигрид и тычется своей бородой в ее щеку. Надо же какие нежности у них. Кто бы мог подумать?
Наконец, все приготовления завершены. Элениэль, с которой снимают цепь, и Диана выходят в центр круга и ложатся на расстеленную для них шкуру. Эльфийка дрожит. Дроу спокойна. Ну да! Элениэль же, наверное, слышала разговор Сигрид с мужем и знает, что я дал слово обойтись без магии, а в то, что вождь не разрубит меня напополам своей секирой при первой же возможности, она не верит. А вот Диана об этом ничего не знает. Будет для нее сейчас неприятный сюрприз.
Кружимся с Хольмагом вокруг «добычи». Наступать на шкуру нельзя, выходить за края круга тоже. Впрочем, последнее я делать и не собираюсь. А вот препятствие в виде «добычи» пришлось очень кстати. Понимаю, что стоит мне только допустить, чтобы между нами не было лежащих девушек, и вождь меня своей секирой неминуемо достанет. Попробовал один раз выйти из-за этого укрытия и сразу понял, что никакой мой укол шпагой, если только не будет мгновенно смертельным, противника не остановит. Он готов пойти на размен. У него после этого будет аккуратная дырочка от моей шпаги, а у меня в голове до самых зубов застрянет лезвие его секиры.
И уставать он тоже не собирается. Двигается легко, оружием своим весьма увесистым размахивает играючи. Счастье, что при выпаде моя рука со шпагой оказывается длиннее его руки с секирой. Держу на дистанции. Но как же мягко он перемещается! Действительно, как настоящий зверь. И что-то мне нужно придумать. Что-то такое, что его свалит и не даст шансов нанести мне ответный удар. Ноги? Но он их вперед не выставляет. Как, помню, тренер по боксу, который вел занятия в клубе в соседнем с моим фехтовальным зале, кричал на своих учеников:
— Ноги! Ноги под собой держи! Что ты их раскорячил, как гулящая девка!
Вот и Хольмаг держит ноги под собой. Не раскорячивает.
«Ваше благородие, госпожа Удача…». Придется мне на эту переменчивую даму положиться. Ждать ошибки противника смысла не имеет. Боец опытный. Думаю, не один десяток таких схваток провел и, раз он сейчас вполне живой размахивает перед моим носом своей секирой, то значит — во всех победил.
Резко и, надеюсь, неожиданно для вождя выскакиваю из-за разделяющей нас шкуры. Показываю, что собираюсь нанести удар в грудь. Тот довольно усмехается и заносит секиру над головой. Ждет, когда я сделаю выпад, чтобы опустить мне ее на голову. А я выпада не делаю. Вместо этого, пользуясь тем, что он следит за моей шпагой (в глаза противнику надо смотреть, в глаза, а не на его руки) делаю рывок к нему. Вонзаю со всей силой шпагу в ступню Хольмага, пригваждывая ее к земле, отпускаю рукоять шпаги и подныриваю под застывший на мгновение в воздухе топор, а потом, обхватив сзади за шею, висну на нем, как какая-то обезьяна, стараясь свалить на спину. Были бы у него ноги свободны, сделал бы шаг назад и потом стряхнул меня с себя. Но не сейчас. Сейчас одна его нога намертво к земле прибита. И поэтому, покачнувшись, он обрушивается на землю. А я, воспользовавшись этим, вырываю у него из руки секиру и со всей дури бью обухом в лоб. Кости черепа у него такие крепкие, что не убью.