"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29
Шрифт:
Она все же почище, и места там хватит на всех.
Я взяла сундучок-аптечку, чтобы у горничных не было соблазна сунуть в него нос. Аглая, опомнившись, отступила от двери, пропуская меня. Повторять приказание я не стала. Сунула в печь ставшие совершенно нечитаемыми распоряжения доктора и занялась делом. Вскоре все было готово, оставалось только выгнать из девичьей всех, кроме Дуни, которая поможет, если что.
Успокоить Феню удалось намного быстрее, чем я думала: видимо, уже начало действовать обезболивающее, оно же седативное. Обработав ожоги, я накрыла их проглаженной ветошью, края которой приклеила к неповрежденной коже теплым желатином, — иначе пришлось бы обматывать
Ужин оказался куда богаче обеда, так что я заблаговременно попросила Алексея класть мне порции поменьше. Конечно же, Виктор не оставил это без внимания.
— Ты почти не ешь. Плохо себя чувствуешь?
— Нет, все в порядке. — Я улыбнулась. — Все очень вкусно, и я оставляю место, чтобы попробовать все что подадут. Дарья готовит отлично, несмотря на дурной характер.
Виктор едва заметно нахмурился, и я поспешила добавить:
— Но об этом после ужина, если хочешь. Сейчас скажу только: если она так готовит, то Жан, который ее учил, наверняка способен на большее. Я была не права…
— Ты уже извинилась, и хватит об этом, — мягко перебил муж. — Лучше расскажи, чем тебя так заинтересовали белила.
— Не белила… — Нужно было срочно перевести тему. — Я прикидывала, как половчее ограбить фабрику и что именно оттуда утащить.
— И что же? — полюбопытствовал муж.
— Например, квасцы.
— Ты собираешься открыть кожевенное производство или красильную фабрику?
— Упаси господи. — Я едва не поперхнулась грибным крем-супом. — Мне и без них забот хватает.
— Тогда зачем?
— Смотри, ты прижигаешь порезы ляписом.
Виктор приподнял бровь, будто собираясь спросить, как я догадалась, и тут же расслабился, видимо, сообразив, что я сделала выводы исходя из содержимого его аптечки. Я продолжала:
— Замечательная штука, но красит кожу. Вряд ли тебе нравится ходить с серыми пятнами на лице.
— Поэтому я бреюсь сам, не доверяя лакею, — улыбнулся муж.
— Порошок квасцов останавливает кровь не хуже и при этом не красит.
— Один мой приятель рассказывал, что врач его полка промывал гнойные раны раствором из смеси квасцов и сулемы. Он считает, что только поэтому ему не отняли ногу, и каждый день молится за здравие того доктора, — задумчиво произнес Виктор. Спохватился. — Прости, подобные вещи — не тема для разговора за столом.
На самом деле меня передернуло вовсе не из-за упоминания гнойных ран, а от предложения поливать их соединением ртути. Бактерии, из-за которых образуется гной, такой смеси, конечно, не выдержат, но как бы и самому пациенту на тот свет не отправиться! Чем больше я узнаю о местных методах врачевания, тем сильнее убеждаюсь, что, если пациент хочет жить, медицина бессильна.
33
— В самом деле, давай лучше о квасцах, — улыбнулась я. — Скорняки используют их из-за дубящих свойств, и они же помогают при протравке тканей. Примерно то же самое происходит, если обработать квасцами небольшой свежий порез — из-за вяжущего действия кровь быстрее остановится. А еще благодаря этому действию квасцы избавляют от запаха пота в летнюю жару. Лето не за горами.
— Полагаю, спрашивать, откуда ты это знаешь, снова бесполезно.
Я пожала плечами с самым невинным видом, на какой только была способна.
— Порошок квасцов, говоришь… Не очень удобно, того и гляди рассыплешь.
— Можно растереть в пудру и сделать из ваты пуховку, — сказала я.
Виктор
расхохотался.— Хорош я буду с пудреницей и пуховкой!
— Я же не предлагаю тебе наносить пудру на лицо, — хихикнула я.
Представить Виктора с его резкими, мужественными чертами напудренным не получалось, хоть тресни.
— А какое место я, по-твоему, брею? — приподнял бровь он.
— На все лицо, — уточнила я, стараясь не думать о современных мне стандартах ухоженности и о том, как они сочетаются с опасной бритвой. — Но, если тебе не хочется возиться с пудрой, можно вырастить кристалл из квасцов и использовать его так же, как ляписный карандаш. К слову, полученный кристалл будет содержать намного меньше примесей, чем исходный порошок.
Виктор едва заметно сдвинул брови.
— Я читал работу «о слоях земных». Автор говорит, что кристаллы образуются из мельчайших частиц в водных растворах. Так что, возможно, ты и права, но я полагал, что все это пустые теоретизирования, а ты говоришь о практике, и так уверенно…
Мысленно помянув недобрым словом любопытство князя Северского и собственный длинный язык, я улыбнулась.
— Я не читала этой работы, по крайней мере не помню о ней. Зато мне как-то попалось переваренное варенье, на дне которого нашлась частица сахара размером с мою фалангу. Из-за слишком долгой варки варенье стало слишком густым и не смогло удержать весь растворенный сахар, вот и получился кристалл.
— Автор того трактата утверждал, что для роста кристалла нужны столетия.
— Так я же не драгоценные камни предлагаю выращивать. Это похоже на то, как вываривают соль. Или сахар. Когда в растворе вещества больше, чем может удержать вода, оно выпадает кристаллами. В горячих жидкостях растворимость выше. Поэтому соль вываривают, пока раствор не станет концентрированным, а потом остужают и отделяют выпавшие кристаллы. И с сахаром так же: кипятят сироп, убирая лишнюю воду, а когда он остывает, чистый сахар выпадает прозрачными кристаллами, патока с примесями остается, и их легко отделить.
— Примерно так делают на сахарорафинадных заводах, — согласился Виктор. — Только сперва добавляют в сироп известковое молоко и отфильтровывают, чтобы очистить от части примесей.
— Насколько мне известно, при получении свекольного сахара поступают так же.
— Но кристаллы все равно получаются мелкими. На рафинадных заводах их потом снова разводят в сироп и варят сахарные головы. Да и соль…
— Потому что их специально никто не выращивает, да это и не нужно. Если хочешь, можно и из соли вырастить кристалл с палец, или из синего камня…
Когда-то в школе на уроках химии мы делали цветы из медного купороса. Всего-то и нужно было: горячий раствор, медная проволока для основы цветка, нитки для обмотки и подвешивания проволоки в емкость с купоросом, чтобы не касалась стен. И еще время — обычно хватало недели, чтобы основа покрылась яркими кристалликами.
— Но зачем тратить на это несколько месяцев? — продолжала я. — От квасцов хоть толк будет. А так дело несложное, только нужно регулярно насыщать раствор, а в остальное время держать его в тихом месте и не трясти.
— Интересно будет попробовать. Если я принесу квасцы?
— Я все равно собираюсь покупать их на фабрике, — пожала плечами я. — Но вырастить большой кристалл — дело небыстрое.
— Какой успеется. Впрочем, мы можем и задержаться, пока дороги подсохнут, пока одно, пока другое. А то в усадьбе тебя не поймаешь: то на дереве, то на кухне, то в теплице.
— Я в любом случае задержусь, пока не удостоверюсь, что ожоги Анфисы заживают нормально. — Я улыбнулась Виктору в ответ. — Еще успею тебе надоесть.