"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15
Шрифт:
– Пойду я, – потрепал Мордок жёсткий волчий загривок.
Серый мельком глянул – в узких глазах метнулись острые месяцы – и отвернулся к солнцу.
Опираясь на клюку, Келиб стал осторожно спускаться по тропке, скользкой от слоя прошлогодней листвы. Волк проводил исчезающий солнечный луч, широко зевнул и потрусил следом.
Они уже преодолели половину пути, когда парень сообразил, что малость сбился с пути. Тропка внезапно пропала. Он раздвинул кусты и выбрался на склон овражка. Снизу поднимался невыносимый запах гниения и звериного помёта. При виде обглоданных костей и забитых землёй черепов Келиб замер
Его передёрнуло. Сердце ухнуло вниз. И без того слабые ноги совсем сделались ватными. Он подался назад, продрался сквозь заросли и пошатываясь выбрался на тропу. В голове забродила нехорошая догадка. Не раз урывками слышал пугающие разговоры охотников об одноглазом дьяволе. Неужто его занесло во владения людоеда!..
Серый смотрел на Келиба с напряжением. И вдруг повёл ухом. Переступив, отвернулся и пригнул голову, вглядываясь в сумрачную глубину леса.
– Ты ч-чего? – заикаясь, пролепетал парень. Картина увиденного не отпускала, глубоко врезавшись в память.
Подёргивая верхней губой, товарищ издал угрожающий рык. За деревьями затрещали кусты. Келиб вздрогнул, едва не выронив клюку, и попятился.
Из волчьей глотки вырвался лай. Припав на передние лапы, Серый оскалил клыки.
Тёмно-зелёные заросли размашисто качнулись и разошлись, выпуская огромную бурую тушу. Выскочив на тропу, медведь горой поднялся на задние лапы, распахнул пасть и, потрясая неохватной башкой, громогласно взревел. Чёрный глаз злобно буровил помертвевшего парня.
Сердце Келиба сдавил удушающий страх.
Между чудовищем и человеком метнулась серая тень. Раздражённый гигант рванулся навстречу. Промахнулся. Когти-кинжалы рассекли пустоту, вызвав у медведя дикое буйство.
Парень вскрикнул, и тотчас бурая громадина развернулась в его сторону. Мордока будто волной ярости сшибло. Потеряв равновесие, он рухнул как подкошенный. Из груди разом вышибло воздух. Собирая коряги и камни, Мордок по палой листве скатился с тропы и зарылся руками в сырой мшистый дёрн.
Позади под тяжёлыми глухими ударами задрожала земля. Келиб обернулся – рассвирепевший гигант с трубным коротким выдохом бежал прямо к нему.
Внезапно над бурой спиной взвилась серая тень. Волк впился клыками в толстый загривок. Медведь запнулся и, стараясь сбросить помеху, затряс головой. По тайге прокатился бешеный рёв.
Серый боец отчаянно ринулся на непреодолимую гору жира и мышц. Соскочил и зашёлся от осатанелого рыка. Кинулся снова и, выставив когти, располосовал широкую морду. Увернувшись от взмаха тяжеленной лапы, клацнул пастью и нападками взялся уматывать лесного гиганта. В пламенеющей от схватки душе горело древнее как мир желание победить. Осталась одна только цель – вырвать дьяволу горло. Продравшись сквозь шерсть, волк с остервенением вогнал клыки в жаркую плоть и что было сил сдавил челюсти.
Из пасти медведя извергся рёв, наполненный болью и жаждой убийства. Пытаясь достать желтоглазого зверя, он закружил на месте. Всей тушей бросаясь вперёд и рассекая когтями воздух.
Придавленный ужасом Келиб без сил сидел на земле. Он задыхался от страха при виде борьбы, в которую ввязались два слишком неравных противника из одного, таёжного, мира.
Внезапный пронзительный взвизг острым лезвием прошёлся по сердцу. Разъярённый
медведь могучим ударом отбросил лёгкого волка. Серое тело с глухим стуком напоролось на дерево, упало на землю и осталось неподвижно лежать. Шерсть на боку мгновенно окрасилась кровью, обозначая три длинных пореза от жутких когтей.Бурая громада с располосованной мордой повернулась к Келибу. Под глазом свисал лоскут шкуры с выдранным мясом. Густая тёмная кровь заливала морду и стекала на грудь. Шерсть на горле слиплась и влажно блестела.
Потрясённый парень пытался отползти. Тело не слушалось. Из лёгких со свистом вырывался воздух. В голове грохотало.
Бока медведя заходили от тяжёлого дыхания. Зверь вздыбился. Шатаясь, поднялся. В глубине чёрного глаза вспыхнул злобный огонь.
Мордок сжался, чуя скорую гибель. Дыхание сбилось с ритма.
Вытянув морду, бурый гигант распахнул голодную пасть. По лесу покатился устрашающий рёв. В лицо Келибу ударил смрад протухшего мяса, и вязкая слюна зашлёпала щёки.
А следом прилетел короткий звук смерти, наполнив Атсхалы ёмким каскадным эхом. Рёв чудовища оборвался. Медведь осел на задние лапы и повёл головой.
Келиб во все глаза смотрел как он неловко пытается встать. И снова тот же хлёсткий удар, сухой и тяжеловесный, заставивший вздрогнуть даже вершины гор. Зверь покачнулся. Дёрнул башкой. И начал заваливаться набок, подминая массивной тушей хлипкие ветви кустарника.
– Келиб! – По тропе бежал человек с ружьём.
Нервно всхлипывающий парнишка так и остался сидеть на земле, не сразу признав в спасителе одного из охотников Грейстоуна.
– Цел? – спросил мужчина, подходя и оглядывая место борьбы.
С ужасом продолжая смотреть на бездыханного гиганта, Келиб мотнул головой. Потом его глаза нашли неподвижно лежащего друга. Он подполз к Серому, тихонько толкнул в бок и шёпотом позвал. Голова волка безвольно свесилась. В жёлтых глазах, обращённых на парня, медленно гасла жизнь.
– Пойдём, парень, – позвал охотник, – доведу до дома. Мать с отцом поди с ума сходят. Да, попал бродяга, – добавил он, разглядывая умирающего волка.
– Надо его похоронить, – всхлипнул Келиб и, задыхаясь от горя, стал размазывать слёзы по грязным щекам. – Надо его похоронить…
– Спасибо, Виндок, – поблагодарил Магнус, поддерживая обессиленного Келиба. – Если бы ты не подоспел, сегодня я потерял бы сына.
– Сочтёмся, Мордок, – сухо ответил тот. – Так поступил бы любой, окажись он рядом.
Поправив на плече ружейный ремень, он сбежал с крыльца и покинул двор Мордоков. Магнус проводил спину Уорда угрюмым взглядом, запрокинул голову и тяжко выдохнул.
– Вставай, Серый. – Келиб склонился над безжизненным телом, потрепал ещё тёплую шкуру. Не переставая гладить и тормошить, он всё звал и звал товарища. – Вставай. Чего же ты лежишь? Ночь скоро.
Он обхватил тяжёлое волчье тело, хотел приподнять, да сил не хватало. Ощутив на пальцах сырое тепло, с изумлением обнаружил на них пугающе яркую кровь. В нос ударил жуткий дух смерти. Пришло понимание невозвратимой потери. Склонившись над Серым, Келиб взвыл от горя, будто лишился части души, и упал, зарывшись лицом в жёсткую шерсть, остро пахнущую смолистой корой и лесом.