Гекатомба

– Давай водочки, - согласился он, поворачиваясь, чтобы сделать заказ, но Славик его опередил, кивком подозвав смуглого, стройного, молодого парня.

Сделав дополнительный заказ, они закурили.

– Слава, - обратился к нему Звонарев, - а ну-ка глянь, есть кто-нибудь во-о-он в той машине, что у тротуара приткнулась? У тебя глаза не в пример моим. Ты-то у нас известный любитель морковки, - поддел нго Юра.

Горин засмеялся и, чуть подвинувшись, попытался рассмотреть "объект" через залитое дождем оконное стекло, пристально вглядываясь в окутанную шлейфом сумерек улицу.

– Ни черта не видно, - он поближе приник к стеклу.
– Вроде сидит кто...
– И повернулся к Звонареву, с недоумением скользнув взглядом по его напряженно застывшей позе.

– А чего ты дергаешься? Основания есть? Давай я ребят вызову, они подъедут и проверят.

– С ума сошел!
– натянуто засмеялся Юрий.
– Ты еще "беркутят" вызови, чтобы они меня до порога проводили и колыбельную спели.

Им принесли заказ и, подлагодарив, Горин с готовностью наполнил рюмки, вопросительно взглянул на Юрия.

– Ну, шо, за нас, "ментов поганых"?
– иронично провозгласил он.

– За них!
– согласился Звонарев, опрокидывая рюмку и чувствуя как пищевод омывает приятная, обжигающая, одновременно огненная и холодная волна.

– Тебе куда Димка звонить будет, домой?
– прожевав салат, поднял взгляд от тарелки Юра.

– На мобильник. Я ему номер дал. Теща недавно подарила, - не без гордости и хвастовства заметил Горин.

– Богатенькая у тебя теща, повезло, - со скрытой иронией ввернул Звонарев.

– Ой, и не говори, - отчего-то с тоской вздохнул Славик.
– Поверишь, Юрась, у тещи с моей благоверной две пары шмоток на двоих было, когда мы поженились. Пото-о-ом как пошла торговля, как ударились во все эти чартерные туры - с ума сойти можно! Дом, правда, полная чаша, а жизни, так чтоб сказать - на всю катушку счастье!
– как не было, так и нет. От чего это зависит, черт его знает?!
– Он приподнял запотевший графинчик: - По второй? Получив в ответ согласный кивок, наполнил рюмки и выжидающе застыл.

– Славик, - задумчиво проговорил Юра, - давай за будущее выпьем. Не за светлое, райское или какое-нибудь ...истическое, а за просто нормальное. За нормальное будущее, нормальное общество и нормальных людей.

– Принято единогласно!
– с готовностью согласился Горин.

Выпив, вновь принялись за еду, оживленно разговаривая. О чем? Ну о чем могут говорить мужики в начале третьего тысячелетия, собравшись больше одного и с графином водки на столе? О том же, о чем говорили и их предки в далекой Киевской Руси при схожих обстоятельствах. Сначала о бабах, потом о политике. Или наоборот, в зависимости от количества выпитого и его качества. Высокие спинки полукруглых диванчиков с успехом скрывали от посторонних не только их самих, но делали недоступным для непосвященных и предмет разговора.

Спустя какое-то время, Звонарев, прервав страстный монолог Славика о роли любовницы в жизни и работе простого капиталистического милиционера, обратился к нему:

– У тебя мобильник, я так понимаю, с собой?

Тот оторопело кивнул, не сразу переключившись с одной темы на другую.

– О, черт! Димка же должен звонить!
– вспомнил Горин.
– Я и забыл. Сколько сейчас? Половина седьмого?! Ничего себе... посидели-погрустили. Он достал телефон, и неумело тыкая пальцем в кнопки, несколько раз сбившись, в конце концов набрал правильный номер.
– О, Юрчик, привет, обескураженно глянул он на Звонарева, - а шо ему говорить? Полный расклад или... може, по-дружески, "прессанем": на кой ляд он с эсбистами схлестнулся? Молчит че-то... Так, сейчас на работу звякну, подожди.
– Он вновь принялся зверски истязать мобильник.
– И тут - глухо. Странно...

– Странно, что домашний молчит, - с нотками тревоги в голосе заметил Звонарев.

– Аглая обычно в это время дома и...

– Юра, ты, это... извини...
– внезапно смущенно перебил его Славик. Я эту бандуру включить забыл. Ну что делать: одно слово - бывший прапорщик!
– тяжко вздохнув, состроив при этом комичную рожицу, констатировал Горин.

– Да ладно прибедняться, - засмеявшись, махнул рукой Звонарев.
– Вон мэр наш - тоже бывший, из той же самой обоймы. Так что у тебя все впереди.

Стоило Горину включить телефон, как он тут же возмущенно запиликал.

– О, вишь, обрел, гад, дар речи! Вот что значит родная милиция -Краснознаменная и Революцией рожденная - в наших руках и не такие говорить начинали! Слушаю, Горин... А-а, Димыч! А че ты орешь сразу?! Ни здрасьте вам, ни до свиданья. Приличные люди так разговор не начинают, между прочим... Ну... Поинтересоваться надо, как здоровье, жена там, к примеру, дети, другие неформальные семейные союзы... Вот мне интересно, как у тебя дела, здоровы ли все в семье, как коровы, свиньи... Ну, родной, это сейчас нет, а вот прикроют ваш "бандитский рупор" и придется коровку завести. А че это мне типун на язык? Я, может, специально так говорю, чтоб не сглазить... Ну, хорошо, хорошо... И причем здесь, сколько выпил? Ты уже , как Лидка моя... Ладно, молчу... Твой "заказ"? Да как тебе сказать, Димыч... Не хотелось бы по телефону... Что? Ага, понял. Я? У Рубенчика. Хорошо... Понял. Ждем... Ни с кем, - Славик озорно подмигнул напряженно следившему за разговором Звонареву.
– Я тут один сижу. Почему тогда "ждем"? Ну, со мной тут еще...
– увидев энергично запротестовавшего Юрия, закончил: - ... пара-тройка зелененьких чертиков. Давай...
– Фу-у-у, - облегченно перевел дух Горин.
– После этого надо выпить.
– Он укоризненно глянул на Звонарева: - И что он обо мне подумает? Скажет, сдал за графин водки уголовке.

– Не переживай, - не согласился с ним Юра.
– Я Димыча сто лет знаю, его временами корректировать необходимо, а то занесет на каком-нибудь повороте и останется его жена молодой вдовой - тьфу! тьфу! тьфу!
– не дай, Бог!
– Юрий выразительно и громко постучал подереву.

На звук незамедлительно материализовался официант и застыл, выжидая.

– Все нормально, спасибо, - слегка заплетающимся языком заверил его Славик.
– Нам у вас очень нравится, все - класс! Вокруг - настоящее дерево, очень полезно для здоровья. Спасибо.

Официант понимающе улыбнулся и молча удалился.

– Юрась, может, я пойду?
– скривился Горин.
– Твой Димон, он ведь... того...
– Славик красноречиво покрутил пальцем у виска.
– ... Контузия, опять же это... натура творческая, эмоциональная. Стрелу я вам забил, а за корриду, между прочим, базара не было, - Славик отрицательно покачал пальцем перед лицом Звонарева.

– Когда он обещал быть?
– спросил Юра.

– Сказал, дома телефон не отвечает. Сейчас заскочит, жену проведает и приедет.

– Ладно, Славик, если не хочешь, оставляй меня одного на растерзание этого щелкопера.

– От спасибо, от выручил!
– оживляясь, несказанно обрадовался Горин. По последней? Юр, ты пойми, - рассуждал он, разливая водку, - я к Димке очень хорошо отношусь. Тем более, как никак - а мы единственные, кто в этом городе инопланетян встречал...

– Кончай, Славка, - невольно засмеялся Звонарев, - я этот бред уже однажды от Мишки Жаркова слышал.

– Почему бред?!
– неожиданно взвился Славик, лицо которого приняло крайне обиженное выражение.