Глазами сокола

Удивительное дело: клёкот ни разу не прервал речи недавно превратившейся королевской дочери. А в спокойных, размеренных словах было столько силы, что не поверить в них и не подчиниться было просто невозможно…

А дальше были три дня, отличавшиеся от первых трёх. Селеста не проявляла любопытства, и вела себя так, будто распланировала каждую минуту. Ни единого лишнего жеста, ни единого неосторожного слова. Она с Мельбой посетила службу в местной церкви, но не поведала священнику о своём проклятье, хоть хозяйка и уговаривала её. Не пошла она и к колдуну. И Сириус пытался понять её, но не мог.

– Я чувствую, что птица внутри, – сказала она им за ужином, без тени улыбки, – она чего-то ждёт и чего-то боится. Я знаю, что никто из посторонних не сможет помочь мне понять, чего именно. Но я знаю, кто сумеет наверняка.

И страшная догадка о том, кого именно имеет ввиду девушка, поразила Сириуса. И он оказался прав в своих подозрениях. Она продолжала.

– Та, что заняла моё место, должна это знать. Она сможет указать путь к снятию проклятья.

– Но как ты собираешься добиться ответов? – Спросил Сириус.

– Не знаю, – ответила девушка, – но пока я на этой стороне рогов континента, я точно ничего не добьюсь… Слишком мало времени я бываю человеком…

Она говорила так, будто знала что-то такое, что знали лишь некоторые из людей. Её тон, её поза… Будто в юном теле, вдруг, проснулась мудрость и понимание того, как устроен мир. Даже не смотря на то, что губы её молвили сущее безумие.

– Мне нужно попасть на Родину, охотник. Увы, я не могу предложить тебе ничего, кроме обещаний, но я отблагодарю тебя, когда смогу это сделать. Мне нужно на Родину, но лететь туда в одиночку… Это долго и опасно. А если я стану человеком в середине пути? Вот если мы сядем на корабль…

– Мы не сядем на корабль, – прервал её Сириус.

– Как ты можешь! Девочке нужна помощь, - вмешалась хозяйка.

– А я и не отказывал ей в помощи. Но на корабль я не сяду, какие награды мне только не посулишь.

Сириус посмотрел в глаза королевны. Теперь она не избегала его взгляда. И поняв, что та его слушает, продолжил.

– Когда начнётся охотничий сезон, мы тронемся в путь в твой город по суше. Я провожу тебя не потому, что ты мне пообещаешь богатства и прочие блага, хотя, ты бы выполнила свои обещания, я верю. Моя причина в том, что отчего-то мне кажется, что так нужно. Я уверен, что рано или поздно об этом пожалею, королевна. Я честен с тобой сейчас лишь потому, что и ты была с нами честна. Через три месяца мы присоединимся к одному из торговых караванов, что осенью часто отправляются на юг. Я помогу тебе, но на корабль я не полезу.

– Времени мало, - прошептала Селеста.

– Его всегда мало. И через три месяца ничего не изменится.

Охотник был непреклонен, и, даже, жесток. Но у Селесты не было особого выбора. Она согласилась на условия своего провожатого, хоть и не была довольна ими.

А Сириус честно в тот же день начал готовиться к длинному путешествию. И, прежде всего, ему нужно было узнать, кто из торговцев едет на юг это осенью, как бывало и прежде…

И когда он шёл по улице, внезапно, раздался чей-то крик, и мир стремительно закружился, смешался и потемнел. Только потом охотник почувствовал боль, которой раньше не ведал. «Должно быть, рысь?», подумал он, вдруг, вспомнив рассказы о свирепой пёстрой кошке, что таилась среди ветвей, а потом обрушивалась на человека, вонзая в его загривок зубы и когти. Он, вдруг, забыл, что был не на охоте.

Сириус то ли падал в болотную муть, то ли взмывал в небо, когда тянулись бурые стволы сосен. Но он не был на земле, не ощущал того, что происходило в мире для остальных, не слышал, не видел… Не дикий зверь был тому виной, не зубы и когти жалили его в шею, стремясь лишить жизни. Сириус умирал благодаря неизвестному человеку, который смазал ядом свой дротик, чтобы поохотиться на него…

Глава 15. Это случилось вновь

Селеста боялась. Пусть лихорадка спала, а пот перестал струиться по посеревшей от отравы коже. Пусть казалось, что незнакомец сказал правду, она всё равно то и дело прислушивалась в дыханию охотника. Слишком свежи были воспоминания о том, что стряслось этим вечером.

Соседи, знавшие Сириуса (в маленьком городке на торговом посту все местные знали друг друга), притащили бьющегося в агонии охотника домой. Никто не знал, что именно произошло с ним на знакомой улице, но он был отравлен. Местный лекарь осмотрел рану, но покинул дом быстро, посоветовав пригласить священника. Он не знал, что за яд владел теперь телом молодого мужчины и стремительно иссушал в нём жизнь. Лекарь пытался отнять у них напрасную надежду, но лишь вселил ужас в сердца и без того напуганных женщин.

И тогда на пороге появился он. Седой солдат, которого было трудно назвать стариком. На нём была кольчуга, звенья которой напоминали рыбью чешую. Такие носили в путешествиях наёмники и телохранители. На рукояти его меча красовалась голова озёрного дракона. Он будто готовился к битве, снаряжённый и при оружии. На кухне старой хозяйки его присутствие казалось ещё более невероятным, чем угрожавшая охотнику в эту минуту смерть. И тем более невероятным было то, что у него было противоядье.

Селеста не верила в совпадения. Этому её учили с детства. Но как связаны между собой простой охотник, неведомый отравитель и старый воин? Сириус был не так прост. Селеста вытирала влажной губкой пот с лица мужчины по настоянию хозяйки, ушедшей теперь отдохнуть. Забота о своём жильце лишила её последних сил, и не мудрено. Оставшись с едва избежавшим смерти мужчиной наедине, королевна гадала, что же он скрывал… И именно в этот миг она заметила странные пятна на скулах спящего.

В печалях мыслей последних дней Сириус забыл обновить краску, скрывающую благородство его волос… А когда это случилось, краска неминуемо начала тускнеть и осыпаться. Селеста, не веря своему отрытую, неистово стала стирать её со светлеющих с каждым её усилием всё больше прядей, слипшихся от пота. Она перевела всю воду из кувшина, а изголовье кровати стало влажным и холодным. Но девушка смыла с волос Сириуса тёмный порошок, что хранил его тайну.

– Кто же ты такой? – спросила она тихим шёпотом.

Но вопрос ожидаемо остался без ответа. Сириус спал ещё около четырёх часов. И проснулся, когда танцующие огни всё ещё правили в ночном небе. Старый воин ждал момента, когда охотник откроет глаза. Он пришёл в комнату раненного за несколько минут до его пробуждения, явно хорошо знакомый, как с действием противоядья, так и с самой отравой, от которой оно могло спасти. Селеста пожалела, что поддалась любопытству и смыла краску с волос раненого. Но, похоже, солдата ничуть не удивило увиденное.

– Нас не представили.

Воин поклонился учтиво, а движения его было много достоинства. Но Селеста не хотела любезничать. Будь она чуть старше и мудрее – собеседник не догадался бы об этом. Но она была юна и напугана, хоть и обучена манерам и искусству говорить красиво. Она ответила:

– Скажите мне, какое имя носите Вы, а меня можете называть как вздумается.

Она грубила намеренно, говорила пусть и относительно вежливо, но с непреклонной холодностью. Она не доверяла чужаку. Она хотела, чтобы он это знал. Но воин лишь засмеялся.