Город под куполом

– Что ты делаешь? – печально спросил Каин, застав Авеля за его занятием.

Авель, молча, отцепился от капельки, которая тут же уползла, затерявшись среди полусотни подобных.

– Насекомые, – пожал плечами он. – Откуда только берутся.

– Ах, это. Не беспокойся, я вытравил почти всех. Назвал их космическими тараканами. Видимо, один проник с багажом и вывел тут колонию.

– Одна, – поправил машинально Авель.

– Прости?

– Это была самка. Самки организовывают колонии.

Каин побледнел и ссутулился.

– Да, конечно, – согласился он. – Самка. Они могут. Постоянно лезут, куда их не просят. Самка. Да.

Кивая и бормоча себе под нос, Каин ушёл, пожимая плечами на какие-то свои мысли.

***

Через две недели Авель решил посетить капитанский мостик.

Перед этим он пару часов упражнялся в спортивном секторе, отбивая упругой палкой летящие в него снаряды. Потом принял душ, насухо вытерся и ещё полчаса стоял под потоком тёплого воздуха, выслушивая мнение Старшей о его физиологии. Она почти не отлучалась от Авеля, и он уже стал относиться к этому как к должному. Если искусственный интеллект корабля мог обладать эмоциональной составляющей, то пребывание в течение восьми лет в компании угрюмого Каина точно не пошло ему – ей – на пользу. Ведь единственная тема, которая вызывала огоньки в глазах его сотоварища, это Сэл-о.

Авель облачился в боевую форму – серую с тёмными пятнами, покрытую бронепластинами и имеющую несколько отсеков под снаряжение. Причесался перед зеркалом, глядя в глаза своему отражению. Немного впавшие щёки, пухлая выдающаяся вперёд нижняя губа, приподнятые тонкие брови и светлые редкие волосы до плеч. Зрачок правого глаза уменьшился и увеличился – стандартная проверка оптического навыка. Имплантаты у солдат империи Сэл-о были врождённые, популярная процедура. Боевая и физическая подготовка задействовала все допустимые резервы организма.

Открылся шлюз из общей капсулы в командную, подъехавшую по приказу Авеля по кишке «Серафима». Авель шагнул в проём и тут же заблокировал за собой проход.

Командная капсула – всего полсотни метров в длину – представляла собой помещение с множеством мониторов, датчиков и низких кресел, утопленных в полу. Поверхность изнутри была всё такой же мясистой, но без снующих капелек. На постаменте виднелась объёмная фигурка «Серафима» – отсюда можно было вручную провести диагностику внешних щитов и провести минимальные ремонтные и навигационные работы. А у задней стены располагалась ниша в человеческий рост, предназначенная для инженера-навигатора.

Авель занял кресло по центру, застегнулся и активировал терминал короткой командой – шифры были прочно введены в память и не потерялись за время анабиоза.

Тест систем корабля показал, что двигатели в норме, реактор стабильно работает, а внешние щиты прошли регенерацию до девяноста шести процентов. Авель сосредоточился и попытался вспомнить, как активировать посадочные челноки. Набор команд показал ему все отсеки корабля. На схеме было видно, что ещё два челнока в рабочем состоянии готовы к отправке.

Маленькое устройство, прикреплённое у рукоятки кресла, издало негромкий писк.

– Ты в рубке управления? – раздражённо спросил голос Каина из устройства, вползшего из ручки кресла в ухо Авеля.

Авель максимально сосредоточился и придал голосу непринуждённое, но притом торжественное выражение.

– Проведены поверхностные тесты всех систем. Извещаю, что «Серафим» готов к отбытию из галактики Млечного Пути обратно… домой. Курс согласован с загруженным в банк памяти навигационного компьютера, с минимальными поправками, учитывая искривление пространственных тоннелей и гравитационного поля объектов Солнечной системы. Агент Каин, вам надлежит провести медицинское освидетельствование и занять место в свободном саркофаге. По прибытии на Сэл-о вы будете разбужены автоматически.

Голос Каина, откликнувшийся через полторы минуты после сделанного заявления, дрожал от возбуждения и плохо скрываемой радости:

– Мама! Мама! Авель, ты сделал это! Спасибо, друг… Ты знаешь… – Каин хотел что-то сказать, но замялся, и вместо этого просто сказал, – спасибо! Эти восемь лет были ужасны. Наконец-то мы вернёмся. Авель! Я всё понимаю. Ты так хотел Землю, ну, увидеть. Я понимаю. Но это было глупой затеей, признай сам. Лететь наугад, неизвестно куда, непонятно для какой цели… В общем, хорошо, что всё так закончилось.

Хорошо. Когда чирикающий голос Каина стих, Авель ещё минуту сидел, сцепив пальцы на руках в замок и уставившись в монитор. Плохо или хорошо в данный момент не имели значения, превратившись в набор ничего не значащих букв. Каин лгал, Авель лгал, правдой было лишь то, что скрывалось за пределами «Серафима», уже изготовившегося к броску в обратном направлении. Но и эта изготовка была лишь маскировкой, предназначенной для Каина, если тот вдруг захочет проверить слова Авеля.

Спустя минуту Авель запустил тестовую перегрузку капитанской рубки. В ушах запищало, а тело вжало в кресло. Дыша глубоко и равномерно, Авель подтянул правой рукой к носу кислородную маску и немного пригубил из неё, будто пробуя изысканное вино. От глотка кислорода перед глазами расцвели изометрические цветные круги, а уши уловили посвистывания птиц. Давление возросло, доводя до тошноты и отдачи в висках. После чего гравитация понизилась, и Авель увидел, как рядом с ним из-за соседнего кресла взлетает ссохшаяся человеческая кисть. Под лопающиеся звуки в ушах кисть проплыла перед глазами застывшего Авеля и спустя полминуты шлёпнулась на пол.

Сообщение на мониторе извещало, что тест перегрузки кабины успешно завершён.

– Загрузить цель миссии, – прошептал Авель, уставившись в монитор и стараясь не думать о кисти.

«Цели миссии повреждены», – сообщил монитор.

– Загрузить данные на внешние накопители в аварийном хранилище.

«…»

Авель отключился и, продолжая размеренно дышать, подошёл к валяющейся на полу кисти. Она действительно была человеческая. Отделённая от руки острым предметом, потерявшая хозяина. Угадать, кому она принадлежала, без дополнительного оборудования не представлялось возможным, поэтому Авель просто схватил её и приложил к сенсору ближайшего кресла.

«Сканирование завершено. Идентифицирован капитан Йозеф».

Авель перескочил в транспортный отсек и принялся сходу закидывать в посадочный челнок припасы. Внутрь отправился исследовательский скафандр, предназначенный для высадки на планету с пониженной кислотной средой и вероятным наличием флоры, резак, аппарат для конденсирования воды и упаковка сменных фильтров.

С командного терминала уже был дан приказ о заморозке транспортника «Серафим» на орбите до возврата челнока. Также был отдан приказ не выпускать из криогенной камеры-саркофага агента Каина. Повреждённые, несомненно, Каином, данные о миссии, залитые на мягкие компактные накопители, легли в амортизированный короб и были тщательно припрятаны в челноке.

Капельки судорожно метались по стенам, а голос Старшей навязчиво взывал к совести агента Авеля. Брать её с собой было опасно – от Старшей Сестры больше толку было здесь, на борту. Он опасался даже ответить ей, чтобы не ввязаться в сомнительную дискуссию с искусственным интеллектом о правильности или неправильности своих действий.

Привези нам жизнь! А вместо этого он привезёт отрубленную руку их капитана, по несчастью оставшегося верным своим клятвам. Авель развернулся к люку, чтобы схватить очередной короб и нос к носу столкнулся с Каином.