Гость

– А надо ли?- Слегка наклонила голову Диссонанс.- Такой очаровательный мальчик, чей разум затуманен любовью и подчинён моему слову. Разве мы не найдём ему применения?

– Опасно.- Скривился демон.- Следует признать, мы все его безмерно недооценили. Это было даже слишком опасно.

В этот момент Хранитель заплакал. Аквилон продолжал улыбаться, но его глаза были наполнены океаном боли. Диссонанс от неожиданности даже сделала шаг назад.

– Что с тобой, мой сладкий?

– Оплакиваю гибель любимой.- С неописуемым отчаянием ответил Хранитель, а затем резким движением воплотил Пространственную Длань и оторвал девушке голову.- Ненавижу менталистов.- Все ошарашенно замолчали, а из кармана плаща Аквилона выползла фея, взмахнувшая рукой и лишившая Гостя этой боли. Он благодарно погладил её по голове.- Спасибо, малышка.

– Какая жалость.- Посланник скривился, но его голос был наполнен облегчением.- Ты умрёшь не от моей руки. Но я не ожидал что ты настолько безумен, чтобы собственноручно убить любимого человека.

– Стоило делать упор на контроль, а не чувства.- Фыркнул Хранитель, с нескрываемым презрением оглядывая труп Диссонанс.- Может и сработало бы. А убить я могу кого угодно, хоть собственную дочь, которой у меня нет. Такова абсолютная свобода и цена отсутствия любых внутренних рамок. Довольно неприглядно, правда? Ты, кстати, рановато празднуешь победу. Я ведь ещё жив.

– Но ты убил в черте Города.- Целитель был ощутимо расстроен таким концом.- И он тебя за это покарает. Я видел такое однажды. Это нельзя пережить и от этого невозможно убежать.

– Кто тебе такое сказал?- Хранитель улыбнулся, а в воздухе повисло напряжённое недоумение.- Если что, Охотник тоже труп. Зря он предупреждению не внял. Но я ещё здесь. И Город что-то молчит.

– Что за бред.- Пробормотал Ректор, пытаясь найти искорку жизни Охотника, но не преуспевая в этом. Он действительно оказался мёртв.- Невозможно...

И в этот момент над трупом Диссонанс появилось новое действующее лицо. Бородатый мужчина средних лет оглядел труп девушки с недоумением и непониманием. А затем повернулся к Хранителю и принюхался.

– Ты почему ещё жив? Как сумел обмануть меня?

– Никто никого не обманывал.- Улыбка Хранителя стала ещё шире.- Я сразу сказал, что лишь Гость в этом месте.

– Ты пришёл с другой стороны.- Отказался принимать действительность Город.- Лжец. Я сотру тебя.

– Что, не выходит?- Аквилон глумливо наклонил голову, наблюдая за потугами воплощения местного пространства.- У тебя нет власти над пришлыми, трус. А я всего лишь Гость. Исчезни.

– И почему же я трус?- Город слегка прищурился. Его это фраза однозначно разозлила, хотя он старался не демонстрировать своих эмоций.

– Потому что я знаю твою историю.- Хранитель улыбнулся, а на лицо Города словно тень упала. Аквилон продолжал говорить, а пространство вокруг начало дрожать, словно приходя в ярость и отвергая слова Гостя.- Историю некогда великого и сияющего мира. Который почти пал под натиском неведомого врага, сведений о коем в исторических хрониках не сохранилось. Защитники мира стояли до последней капли крови, сражаясь и умирая за свой дом. Но мир испугался. Он предал их. Продал жизни всех и каждого, стремясь сохранить свою. Саморазрушился, предав даже самого себя, сумев лишь вырвать небольшую часть тела из потока времени. И с тех пор пытается делать вид, что презрел саму Смерть, собирая таких же дрожащих в страхе и бегущих от гибели существ...

Хранитель всё говорил и говорил, а город вокруг словно сошёл с ума, начав содрогаться до основания. В конце концов он не выдержал и взревел:

– ПОШЁЛ ПРОЧЬ...- Буквально вырвав кусок пространства и выбросив его за пределы самого себя.

Ощущения от такого перемещения должны быть не самые приятные. И пока вся пёстрая компания приходила в себя, вокруг них организовалось сборище ещё более пёстрое. Подоспели недостающие демоны, сопровождаемые разделившимися на два лагеря богами, а также на шум слетелись Птицы, ведомые самим главой ордена.

Что хуже всего, на место грядущей битвы прибыл Энальдан. Его слуги однозначно проиграли и теперь Владыка Ледяных Пустошей имел право вступить в игру самолично. В этот момент разрушение Пацифиды уже не выглядело столь маловероятным.

– Рад наконец-то познакомиться.- Приветливо взмахнул рукой демон со снежного цвета волосами и ледяной кожей.

– А я не очень.- Буркнул Хранитель, принимая от Риты артефакт и восстанавливая свои силы.- Чего пришёл? Присутствие всех остальных меня тоже изрядно удивляет. Начнёте здесь драку, Девять вас с потрохами сожрут.

– О, этот вопрос почти решён.- Оскалился Владыка Ледяных Пустошей.- Мой отец, Седьмой, прямо сейчас убеждает остальных дать нам право устроить в городе небольшую потасовку. Полагаю, ему это удастся.

Атмосфера предчувствия бури стала настолько плотной, что её можно было ложкой есть. И это без Первого, который в этот момент вышел из разлома Города и направился к месту скопления столь могущественных существ с лишь одной конкретной целью. С той же целью за ним следовал Шут.

Убить Хранителя.

Глава 23. Настоящий Волшебник.

Феномен Города, Гунгнира и им подобных всегда будоражил моё сознание. Появление эмоций в существах, способ мышления которых невозможно постичь человеческим разумом. Явление нелогичное и достаточно исключительное, но всё-таки встречающееся на просторах обитаемых миров. И я сталкивался с ним уже не раз, с самой первой жизни. И первой богини смерти.

Полюбивший ремесло бог и испугавшийся мир. Разумеется, первый импонировал мне больше. Город просто раздражает. Не трусостью как самим фактом, а предательством и лишением шанса на спасение тех, кто ему доверял. Обмануть его оказалось не то чтобы сложно, но довольно ресурсозатратно. Без разговора с Гунгниром даже пробовать бы не стал.

Что интересно, Ливия тоже не часть Города. Но он этого просто не заметил, поскольку я отвлёк его рассказом о собственном прошлом. Амплуа Танцовщицы девушке ещё может пригодится.

Детища Мельпомены сработали как нельзя лучше, обеспечив защиту самой важной части моего сознания. Я изначально предполагал, что сражение с Диссонанс придёт именно к такому итогу. Проблема была лишь в том, чтобы сначала убить демонов и лишь затем приняться за своих. Повезло.

Убийство любимого человека- отвратительно. Пожалуй, ничего подобного мне ещё испытать не доводилось. И не будь я абсолютно сумасшедшим, это могло бы и сработать. Впрочем, в той или иной степени все люди сумасшедшие. Кто-то меньше, кто-то больше, но без исключений.

И моё сумасшествие закончилось четырьмя смертями. Охотника, не внявшего предупреждению. Диссонанс, взбесившей меня влезанием в голову. И двумя демонами, которых я прикончил немного позже Охотника и даже не заметил этого, войдя в раж. Кстати, их в целом было не очень много. Если забыть о присутствии сильнейшего Энальдана, то всерьёз меня всё-таки не воспринимали.

Впрочем, такой силы сущностей нельзя надолго дёргать из родного мира. Это просто были самые свободные и ближайшие к Перекрёстку. Хотя парочка вообще не привязанных к миру среди них нашлась.