Грани игры. Исповедь

– Здравствуй, Игорь! – она старалась держать дистанцию между нами.

– Полина, может, мы искренне пообщаемся?

– Я думала, тебе хватило вчера.

– Ты даже не извинилась за то, что так жестоко поступила со мной.

– Да? – приподняла она брови. – Прости, если тебя это утешит.

– Прекращай иронизировать! Пожалуйста! – закатил я глаза.

– Иронизировать? Наша семья состоит из иронии.

– Почему ты вернулась сейчас?!

– Рано или поздно вы бы узнали обо мне.

– Ты что-то задумала?

– Нет. Я давно уже отошла от всех дел. Знаешь, я единственного не понимаю – почему ты общаешься с папой? Он продал меня и компанию за твоей спиной ради перспективных проектов.

– Ты хочешь, чтобы я отомстил ему?

– Проучил!

– Я не буду этого делать. Да и думаю ты преподала урок. Он запомнит. Больше я не позволю никому из вас разрушить мой бизнес и отношения с женой.

– Я тоже. Кстати, где твоя жена? Почему она приехала?

– На работе много дел.

– Не думала, что ты сможешь еще кому-то доверить свое сердце.

– Я удивлен не меньше твоего, – слабо улыбнулся я.

– Тогда береги свое счастье. Чтобы сохранить его мы платим высокую цену.

– Постараюсь.

– Надеюсь, скоро вас станет трое, – Полина улыбнулась и посмотрела на дочку.

– Как назвали? – я задержал взгляд на племяннице.

– Мия. Миюша, – с нежностью произнесла та. – Моя сладкая девочка, – Полина склонила голову и улыбнулась, а дочка в ее руках умильно загулила. – Если бы я осталась решать проблемы и противостоять отцу, то потеряла бы ее. Посмотри, – она развернулась вполоборота, показывая личико малышки.

Девочка была копией Полины: голубоглазая, с темными волосами, пухлыми щечками и губками. Мия посмотрела на меня и сладко зевнула, хаотично взмахнув крохотными ручками. Сестра прижала ее к себе.

Я не мог поверить, что за один день все изменилось. У меня есть сестра и племянница, а мой деловой партнер стал частью семьи. Я смотрел на Полину и не узнавал. Она изменилась за этот год, повзрослела…Раньше я видел ее милой, искренней девушкой, но сейчас мне открылась вторая, темная сторона, так похожая на мою – саркастичность, невозмутимость, хладнокровие.

– Прости, что оставил тебя одну… – выдохнул я.

– И ты прости, что оставила тебя наедине с кошмарами, – наконец искренне сказала она. – Понимаю, что нам нужно время, но, все же, как бы мы не злились и не обижались друг на друга, пора оставить все в прошлом.

– Пока мне трудно забыть то, что я пережил.

– И мне, – Мия заплакала. – Извини, мне надо укладывать дочку на дневной сон, надеюсь, что мы еще пообщаемся и встретимся.

– Конечно! – выдал слабую улыбку.

Полина поднялась с кресла, держа на руках Мию, и оставила нас с Марком наедине.

– Марк, почему ты ничего мне не рассказал?

– Я люблю ее. Я обещал. Извини, – откровенно признался Разумовский.

– Ты ведь так искусно играл, когда рассказывал о ней…

– Я не хотел тебе врать, но ради нее и ребенка готов на все. Ты должен меня понять, – он сделал паузу. – Мы осознавали, на какие риски и жертвы шли, чувства каждого из вас, но в приоритете была наша дочь.

– Главное, что вы счастливы, – легко улыбнулся я.

– Может, чего-нибудь выпьешь?

– Черный кофе.

Марк подошел к кофемашине, а я пересел за барную стойку у окна с видом на центр Москвы. Он поставил передо мной чашку с темным напитком и опустился рядом.

– Спасибо. Я встречаюсь с Матвеем в пять часов вечера. Он продает мне контрольный пакет акций.

– Ну, наконец-то! – приободрился Марк.

– Завтра уже возвращаюсь в офис, – я поднес к губам кофе, не спеша сделал небольшой глоток и поставил чашку обратно.

– Это отличные новости, – обрадовался партнер.

– Когда вы возвращаетесь в Питер?

– На днях. После собрания акционеров и возращения тебя к должности.

Еще с полчаса мы обсуждали основные рабочие моменты. Я допил кофе и поехал на встречу с Игнатьевым.

Пока я обувался в коридоре, к Марку присоединилась Полина.

– Увидимся! – мягко сказала она и обвила талию Марка, тот положил руку ей на плечо и прижал к себе.

– Да. Удачи!

Я поднялся, поправил брюки и удалился из их идеального семейного очага.

ВИКТОРИЯ

Через пару часов после телефонного разговора с мужем я вернулась в квартиру, чтобы забрать вещи. Сегодня я ожидала приглашения от Милены на казнь нашей любви – вечером она сообщит о своей беременности. А мы поставим точку в романтической истории.

Сегодня я уйду от него.

Этого уже не избежать.

В доме работала целая бригада клининга – прибирала ночной погром на террасе. Я прошла в спальню, достала чемодан и принялась со слезами укладывать свои вещи.

Нужно собрать все, ничего не оставить, чтобы Игорь смог быстро забыть меня. Забыть? Эти чувства невозможно забыть, но и простить тоже!

Звонок телефона остановил мой поток мыслей, я посмотрела на экран.

А вот и она.

– Привет! – Милена явно находилась в приподнятом настроении.

– Привет!

– Хотела пригласить тебя на ужин в коттедж Игнатьева к восьми вечера. Думаю, ты догадываешься, по какому случаю.

– Догадываюсь, – сухо ответила я.

– С нетерпением жду! – ехидно произнесла она и отключилась.

Я отложила телефон, побросала оставшуюся одежду в чемодан, присела на кровать и расплакалась. По душе расползались глубокие трещины, из них рассыпались мелкие осколки, оставляя за собой боль разочарования и предательства.

Перед уходом я оставила ключи от подаренной машины, помолвочное и обручальное кольца на прикроватной тумбе в спальне. Конверт с письмом положила Игорю на подушку.

На экране телефона высветилось уведомление, что такси уже ожидает у входа. Я смахнула последние слезы и с тоской осмотрела спальню, задержав взгляд на кровати. Нахлынули теплые воспоминания, оставляя ностальгический шлейф печали. Невыносимо больно.

Я прихватила чемодан и с тяжелым истерзанным сердцем покинула стены мрачной квартиры Покровского, наполненной самыми счастливыми днями в моей жизни.