Гринвуд

– Боишься, Дуги не станет перебирать?

– Ты не видел темных Паков, - сероволосый покачал головой.
– Они настолько увлекаются, что их шутки могут закончиться смертью. Когда Падуб еще не отправился на Дикий континент, он держал их в узде, но сейчас темные распоясались не на шутку.

– Так Падуб сбежал вместе с Трусливым королем?

– И Дуб тоже. Короли фэйри тесно связаны с человеческими. После смерти ализонского и рукийского королей - остался только один монарх, за которым следовали люди.

– Трусливый король.

– Правильно.

– А почему...

– Позже, - перебил Лиама Комнол.
– Ты и так узнал о фэйри столько, как ни один бримиец за последние шестнадцать лет. Суд скоро начнется. Ты поможешь тому, кто спас тебе жизнь.

– Сказано так, чтобы я чувствовал вину, если откажусь.

– Именно этого я и хотел, - признался сероволосый.

– Кто он тебе?

– Приемный сын. Я подобрал его восемнадцать лет тому назад. Во времена, когда начали появляться первые крысы-охотники.
– Последнее слово Комнол произнес, будто плюнул. Ненависть - это Лиам мог понять, как и тревогу за близкого.

– Где одежда?

Глава 22

Зал суда был огромен. Казалось, здесь собрались все те, кто участвовал в битве за дуб, и еще столько же. Фэйри украдкой косились на Лиама, сидевшего во втором ряду за обвиняемым и от этого становилось не по себе. На додачу к этому весь зал перешептывался и гудел, как улей. Сказочный народ предстал для Лиама в новом виде. Узнать их род, можно было только сильно присмотревшись. Здесь головы брауни были не такими большими, а фигуры крылатых эльфов не такими хрупкими.

На помост с судейским столом взобрался старичок в парике из овечьей шерсти и темно-бордовой мантии. По большой голове и носу, Лиам заключил, что это брауни. Судья взял деревянный молоток и дважды стукнул по подставке. Улей разворошился и загудел с новой силой, заглушая стук молотка. Но долго гудеть он не стал. Три громких, как раскат грома, удара заставили испуганно подскочить половину зала и просто заткнуться вторую. Обвинитель - лепрекон Малколм свирепым взглядом осмотрел замерший в гробовой тишине зал, и натянул обратно левый башмак, которым он едва не развалил стол.

– Спасибо, Малколм, - уставшим голосом произнес брауни.
– Не будете ли вы так любезны, разбудить вашего брата. Я понимаю, что клурихоны привыкли днем спать, но это не должно останавливать суд.
– Пока судья говорил, и все наблюдали за ним, Комнол больно ткнул клурихона пальцем в спину в районе почек.
– Тот вскочил, как ужаленный.

– Да ваша честь, этот молодой пак, несомненно...

– Да сядь ты!
– перебил его брат.
– Я еще и обвинение не зачитал.

– А?
– клурихон еще не проснулся, поэтому Комнол просто потянул того за полу сюртука, заставив сесть.

– Теперь, когда мы все готовы, да хранят нас небесные светила, объявляю заседание открытым!
– Старик стукнул молотком по подставке. Даже в этой тишине звук был едва слышен.
– Обвинитель, приступайте.

– Пак Дуги, приемыш рода Греев, обвиняется в попытке лишения жизни человека и раскрытии своей истинной сущности перед недостойными простолюдинами. А так же в действиях, что привели достойного простолюдина к смерти.

– Второе обвинение стало для Лиама шоком. Он, не мигая, уставился на Комнола, но это обвинение было в диковинку и ему. Удивление легко читалось на его лице.

– Представляйте своих свидетелей Малколм.
– И у Малколма нашлось целых восемь свидетелей, которые видели превращение и удар. Под присягой они не пытались юлить, да и не умеют фэйри врать, хотя конкретно этим - очень хотелось. А вот о второй части обвинения пока не говорилось и слова.

– Позвольте ваша честь, но я не согласен с братом, - заявил клурихон, терпеливо выслушав всех восьмерых.

– Говорите, Риманн.

– Здесь опросили только паков, а что скажет человек. Вы видели, превращение?

– Нет.

– Позвольте! Молодой человек уже валялся без сознания, - встрял Малколм, будто его брат не знал этого.

– Хорошо, могли люди его видеть?

– Нет, сер. Было слишком темно, чтобы они что-то разглядели.

– Но вы могли видеть, - вновь встрял лепрекон.

– Малколм!
– остудил его пыл судья.

– Извините, - буркнул тот.

– Сегодня вы настроены слишком агрессивно. Я слышал о вашей ссоре с Дуги. Говорят, вы даже ударили его, после задержания. А он ведь не сопротивлялся.

– Тогда у меня была на это причина. И я вовсе не хочу наказать паренька из-за личной обиды, - заверил его Малколм.

– Приятно слышать. Продолжайте, молодой человек.

– Розалия говорила, что мне по наследству передалось сложное заклинание, которое и позволяет мне хорошо видеть. Волчонок, например, тогда не видел ничего, кроме силуэтов, - комок подкатил к горлу и начал душить Лиама. Ему пришлось сделать усилие, чтобы продолжить.
– А у него было отличное зрение.

– Вы уверены в том, что пака Дуги люди не видели?
– переспросил судья.

– Уверен.

– Что ж, Дуги вам повезло, но на будущее не забывайте использовать заклинание невидимости. Эта часть обвинения снята. Переходим к части о попытке убийства. Малколм, прошу.

– Мне нечего сказать, сер. Свидетели уже подтвердили, что Дуги ударил человека по шее чертовски острым предметом, только чудом не задев артерию.
– Сказано было эмоционально и судья недовольно нахмурился. Братьев сегодня как подменили. Буян Риманн вел себя тихо и примерно, а спокойный Малколм наоборот перегибал палку.

– Сер, - попросил Риманн.

– Прошу, - разрешил тот, подкрепив это жестом руки.

– Свидетели сказали, что видели удар. Молодой человек, - неожиданно клурихон обратился к Лиаму.
– Вы видели битву за дуб, когда Дуги свалил крысолюда?

– Да.

– А как он это сделал?

– Он ударил того по шее глефой.

– Не находите сходства?

– И какое отношение битва имеет к этому происшествию?
– спросил лепрекон.

– Малколм!
– судья начинал злиться и последний поднял руки в примирительном жесте.